Герой Периферии - Влад Лей

Нельзя сказать, что с шапрой он работал профессионально, однако этакая уверенность, свойственная человеку не раз и не два управлявшемуся с этим оружием, у него имелась. Были и проблемы — дрался он словно по учебнику, просчитать его не составляло никакого труда. Более того — Маркус обучался и привык сражаться с противником, так же бившимся шапрой.

Однако сейчас Маркусу приходилось туго, ведь я орудовал квилонами. И пусть они в разы короче шапры, зато их два. Я с легкостью парировал все его удары или уходил от них и практически всегда контратаковал. Это заставляло раз за разом Маркуса проигрывать — пока его клинок был заблокирован, он ничего не мог мне противопоставить.

Почти ничего. Кое-чем он все же смог меня удивить — рукопашником Маркус оказался очень неплохим, и один раз даже взял меня на болевой, заставив выпустить оружие из рук.

Благо я быстро сориентировался, вырвался, и затем, оттеснив противника, подобрал оружие, перешел в наступление, нивелировав всякое преимущество Маркуса. Он этим явно был очень недоволен.

— Ах ты черт! — повторил он. — Да как так?

— А вот так, — усмехнулся я, — лучше скажи мне, где ты так научился ногами махать?

— Дома рукопашному бою уделяют немало внимания, — ответил он.

— Зачем?

— Рукопашные схватки во время абордажей кораблей — в порядке вещей.

— Абордажей? Ты же воитель! На кой черт тебе ходить на абордажи?

— У нас нет разделения на воителей и рядовых бойцов — все равны. И воитель — это не привилегия, это…нечто вроде военной специальности.

— Вот как? — удивился я. — Странный у вас все же мир. А ногами дрыгать — это бесчестно.

— Бесчестно своими ножичками махать, — парировал Маркус, — ты же дворянин! Так возьми шапру!

— Квилоны тоже разрешены, — усмехнулся я, — а что такое? Тяжело?

Маркус раздраженно засопел.

— Ну ты сам напросился! — буркнул он и бросился в атаку.

Первые пару ударов шапрой я легко парировал, а вот дальше Маркус устроил мне такое, что совершенно выбило меня из колеи. Он лягался и дрыгал ногами так, что я совершенно ничего не мог сделать. Более того, несколько моих ударов он с легкостью отбил. Опять же, ногами, а затем и вовсе отправил меня на пол.

Его попытку наставить на меня шапру я отразил, при этом взял на гарду его оружие, вывернув так, что Маркусу ничего не оставалось другого, кроме как шапру выпустить.

И он это сделал, причем подозрительно легко. В следующую секунду я понял, почему — он схватил меня за руку, в которой был квилон, уперся ногами в грудь и начал так тянуть мою конечность, что, казалось, еще немного, и она сломается.

Я заорал от боли, застучал по полу свободной рукой, и только после этого Маркус меня отпустил.

— Это что такое было? — спросил я, разминая руку, которую он мне в лучшем случае чуть не вывихнул.

— Всего понемногу, — прохрипел пытающийся отдышаться Маркус, — джиу-джитсу в начале и самбо в конце…

— Чего?

— Единоборства такие, — пояснил он.

— Черт! Эффективно, — хмыкнул я, — но драться ногами — нечестно.

— Мертвым ты бы об этом никому не рассказал, — хмыкнул Маркус, — и ножами против шапры — тоже.

— Это не запрещено! — возразил я.

— Но бесчестно! — парировал он.

Я лишь хмыкнул. Что ж, то, что в моем понимании вполне нормально, в его — стыд и срам. И наоборот.

— Я хочу научиться этим штучкам! — заявил я.

— Каким? — нахмурился Маркус.

— Тому, как ты махал ногами.

— А-а-а… — улыбнулся он, — поставим растяжку, пара приемчиков, и можно сказать, основу ты осилил, ваша Светлость. Но есть условие.

— Ну? — нахмурился я.

— Научи меня драться с ножами.

— Квилонами? — удивился я. — Зачем?

— Судя по всему, ваши дворянчики привыкли к шапрам. И против ножей ничего не сделают…

— Ну да, — кивнул я, — квилоны нынче не в почете. Это старое оружие, которое сегодня не пользуется популярностью. В большинстве своем имперские дворяне сражаются на шапрах.

— Вот-вот, — кивнул Маркус, — если научишь с этими квилонами обращаться, то хрен мне кто что сделает…

— А что, есть кому? Кто-то тебе перешел дорогу или ты ему? — поинтересовался я.

— Пока никто… Но уже некоторые рожи глядят так, что хочется их разбить, — заявил Маркус, — ты ж мне дворянство жаловал, но…

— Тебя считают грязным выскочкой, — догадался я. — И кто это у нас такой брезгливый?

— Да есть среди владельцев маноров такие, — уклончиво ответил Маркус.

— Кто?

— Э нет…я тебе не скажу, — рассмеялся он.

— Почему?

— Ты его загнобишь, а я хочу опустить этих уродов на землю. Чтобы если и поливали меня дерьмом, то делали это за глаза.

— Вот, значит, как, — хмыкнул я, — решил себя поставить?

— Ну…типа того.

— Ладно, — кивнул я, — так тому и быть. По вечерам будем тренироваться. И мне какая-никакая разминка, и тебе. Я надеюсь, список недоброжелателей не очень большой? Не хотелось бы, чтобы ты мне лордов маноров вырезал одного за другим.

— Всего трое, — признался Маркус, — остальные заткнутся, как только я с ними разберусь.

— Трое? — переспросил я и кивнул. — Многовато, но хрен с тобой.

* * *

С того самого дня мы с Маркусом и начали занятия. Я обучал его обращению с квилонами, а он меня этим самым джиу-джитсу и самбо.

Как оказалось, на его родной планете единоборств хватало. И даже было нечто похожее на имперский батч, но соотечественники Маркуса называли это боксом и на ринг выходили закрыв кулаки специальными перчатками. Странный спорт, как по мне. Если уж драться, то как положено — голыми руками.

Впрочем, я довольно скоро поменял свое мнение. Когда по моей же собственной просьбе мы с Маркусом провели батч-спарринг, но по правилам его родины, единожды получив в челюсть той самой «боксерской перчаткой», я резко поменял свое мнение — не так уж это и безобидно, как казалось на первый взгляд.

— Это что, — хмыкнул Маркус, помогая мне подняться, — у нас те, кто таким занимается профессионально, быка с одного удара могут свалить. А на ринге выйти против