Башня Нерона - Рик Риордан

class="p1">Двери лифта открылись. Мы вышли в холл. Мозаика на полу изображала триумфальное шествие по горящему Нью-Йорку. Очевидно, Нерон многие месяцы, а может, и годы, планировал, как обрушит свой гнев на город, что бы я ни сделал. Это было так отвратительно и так похоже на него, что я даже не смог разозлиться.

Мы остановились в конце коридора, расходящегося в две стороны в виде буквы «Т». Справа слышались разговоры, звон бокалов и даже смех. В левом коридоре было тихо.

Остин жестом приказал мне ждать – и аккуратно открепил от корпуса саксофона латунный стержень. На инструменте вообще можно было обнаружить много всякой нестандартной всячины, включая взрывающиеся трости, ершики для чистки клапанов, которые также служили кабельными стяжками, и небольшой кинжал, чтобы разить монстров и неприятных музыкальных критиков. У стержня, который он выбрал на этот раз, на конце было закреплено сферическое зеркальце. Остин высунул его в коридор как перископ, немного подождал, разглядывая отражение, и вернул его назад.

– Справа праздничный зал, – прошептал он мне на ухо. – Там куча охранников и еще какие-то люди, вроде бы гости. Слева библиотека, кажется пустая. Если, чтобы найти Мэг, тебе нужно добраться до юго-восточного угла, придется пройти прямо сквозь ту толпу.

Я сжал кулаки, готовый сделать все, что необходимо.

Из праздничного зала донесся девичий голос. Судя по учтивому и испуганному тону, это была дриада Арека.

– Благодарю всех вас за терпение! – объявила она. – Император улаживает некоторые вопросы в тронном зале. На нижних этажах небольшие беспорядки, но очень скоро с ними разберутся. Прошу, угощайтесь тортом и напитками, пока ждете, – ее голос надломился, – начала пожара.

В ответ прозвучали скупые вежливые аплодисменты.

Я схватился за лук. Мне хотелось броситься в толпу, освободить Ареку, расстрелять остальных и растоптать их торт. Но Остин дернул меня за руку и оттащил на несколько шагов к лифтам.

– Их слишком много, – сказал он. – Я их отвлеку. Заманю всех, кого смогу, в библиотеку – пусть гонятся за мной. Возможно, это даст тебе шанс пробиться к Мэг.

Я покачал головой:

– Слишком опасно. Я не позволю тебе…

– Эй, – Остин усмехнулся. На миг я заметил в нем проблеск собственной божественной самоуверенности. На лице у него словно было написано: «Я музыкант. Доверься мне». – Опасность – это часть нашей работы. Дай мне это сделать. Не вмешивайся, пока я их отвлекаю. А потом найди нашу девочку. Увидимся на той стороне.

Я не успел ничего возразить, как Остин уже выскочил на развилку и крикнул:

– Эй, идиоты! Вы все покойники! – И, приложив мундштук к губам, он тут же заиграл песенку «Хоп! Идет ласка!»[37].

Даже без оскорблений эта мелодия, сыгранная отпрыском Аполлона, неминуемо обращает противника в паническое бегство. Я вжался в стену у лифта, стараясь не попасться под ноги Остину, который помчался в библиотеку, и несущимся за ним пятидесяти или шестидесяти разъяренным гостям и германцам. Оставалось надеяться, что Остин найдет второй выход из библиотеки, иначе погоня будет очень короткой.

Я заставил себя пошевелиться. «Найди нашу девочку», – сказал Остин.

Да. В этом и был план.

Я бросился направо – и оказался в праздничном зале.

После выходки Остина здесь не осталось никого. Даже Арека, видимо, присоединилась к беснующейся под воздействием песенки толпы.

Моим глазам открылись десятки высоких столиков с льняными скатертями, посыпанными блестками и розовыми лепестками. В центре каждого возвышалась скульптура из бальзового[38] дерева, изображающая Манхэттен, охваченный языками нарисованного пламени. Пожалуй, даже для Нерона это слишком вычурно. Стол сбоку ломился от всевозможных закусок, а главное место занимал многослойный красно-желтый торт, украшения которого напоминали языки огня. На дальней черной стене красовалась растяжка «СЧАСТЛИВОГО ИНФЕРНО!»[39].

Вдоль другой стены шел ряд зеркальных окон (несомненно, с отличной теплоизоляцией), откуда открывался вид на город и на обещанный пожар, который теперь – да снизойдет благословение на трогов и их великолепные шляпы! – не должен состояться.

В углу на небольшой сцене находился единственный микрофон и стойка с инструментами: гитарой, лирой и скрипкой. Ох, Нерон. Вот это настоящий черный юмор: он намеревался играть на скрипке, глядя, как Нью-Йорк полыхает. Не сомневаюсь, что его гости смеялись бы и вежливо хлопали, пока город взрывался и миллионы людей погибали под звуки песни «Эта земля – твоя земля»[40]. Да и кто эти гости? Миллиардеры, с которыми император играл в гольф? Взрослые полубоги, которым он пообещал жизнь в своей постапокалиптической империи? Кем бы они ни были, я надеялся, что Остин привел их прямо к отряду разгневанных акционеров-троглодитов.

Хорошо, что в зале никого не оказалось. Несчастным пришлось бы познать мой гнев. Но в сложившихся обстоятельствах мне оставалось всего лишь пустил стрелу в торт, правда без особого удовольствия.

Я пошел через зал, но он был такой большой, что в конце концов нетерпение взяло верх и я побежал. Достигнув двери, я распахнул ее пинком, держа наготове натянутый лук, но увидел только еще один пустой коридор.

Однако это место было мне знакомо – из сновидений. Я наконец-то добрался до жилых покоев императорской семьи. Но где же охрана? Слуги? Я решил об этом не думать. Дверь Мэг должна быть впереди. И я побежал.

С воплем «Мэг!» я ворвался в комнату.

Никого.

Кровать была аккуратно застелена новым покрывалом. Сломанные стулья заменены. В комнате так пахло чистящими средствами «Пайн Сол», что даже запах Мэг был стерт отсюда, не говоря уж о свидетельствах ее бунта. Еще никогда я не чувствовал себя таким подавленным и одиноким.

– Привет! – пропищал голосок слева.

Я пустил стрелу в прикроватную тумбочку и разбил экран ноутбука, где маячило лицо Нерона, вещающего по видеосвязи.

– О нет, – стал паясничать он, мерцая и рассыпаясь на пиксели. – Ты меня подстрелил.

Его изображение затряслось. Оно было какое-то большое и смещенное к краю, словно он неумело держал телефон с камерой в руках. Я задумался, приходилось ли ему испытывать те же проблемы с мобильной связью, что и другим полубогам, и не мог ли сигнал сотового выдать его местонахождение монстрам. Но потом сообразил, что в радиусе пятисот миль не было чудовища страшнее, чем сам Нерон.

Я опустил лук и с усилием разомкнул челюсти, чтобы заговорить:

– Где Мэг?

– О, с ней все в порядке. Она здесь, со мной, в тронном зале. Я подумал, что рано или поздно ты окажешься перед этим монитором и мы сможем поболтать о твоем положении.

– О моем положении? Ты в осаде. Мы разогнали твою инфернальную вечеринку. Твои войска