Центр силы - Лео Сухов

— А людей-то в город когда загонять? — удивился Витя.

— Витя, мать моя женщина!.. Подчинённых своих за ними пошли! Хватит всё самому делать! И дуй на совет, не зли меня!.. — проревел Кукушкин.

— Ладно…

Вот так, с криками и в жутком бардаке, нас всех загоняли в город. Пожалуй, организованней всех зашла как раз наша группа. Видимо, опыт спешной эвакуации сказывался. Похватали вещи, спрятали их в капсулах, забрали готовое мясо и спальные принадлежности — и отправились строем под защиту стен. Оставшихся питомцев тоже не забыли.

Впрочем, я подозревала, что можно было и не спешить… Эти козлы внизу явно не собирались атаковать в лоб. Их было-то не так много… Пока они растекались группами по десять человек, окружая поселение с разных сторон.

Внутри стен нас разместили даже с комфортом, на подъёме к будущей крепости. Народу тут было немного, и дышалось легко. Не хватало только уютных капсул, по которым все мы очень скоро начали скучать. Там-то была вода, отопление и надёжные стены, защищавшие от ветра. А тут приходилось сидеть на свежем воздухе, который иногда доносил до нас ароматы большого города.

Разместив своих, я отправилась на совет. Такой же бесполезный, как и все наши метания. Ну что мы придумать-то могли? Даже Дунайчик понимал, что местные не встанут грудью на защиту поселения. А точнее, даже не поселения, а мэра.

Непонятно, что хотели гости, но уж точно не планировали всех под корень вырезать. Похоже, их больше интересовал вариант заменить собой местное правительство. А простым людям, застрявшим на чужой планете, плевать, кто главный. Лишь бы кормили. И даже с рабством многие, хоть и побухтят, но в итоге смирятся. Как ни печально это осознавать…

А дальше потянулось томительное ожидание… Пару раз из леса пытались прорваться к Алтарному опоздавшие группы добытчиков и дозорных. И каждый раз отступали, когда по ним открывали огонь из ружей и арбалетов. Бедняги, им приходилось прятаться в Страшной Пуще… Не самое приятное место.

А у нас явно наметились проблемы с водой… Горожане делиться не желали, а продавать её никто не продавал. Сходить в капсулы, чтобы пополнить запас, не пускала охрана на воротах. И пришлось мне к вечеру искать тех, кто мог решить этот вопрос…

Мэра и Витю я нашла на скале, в окружении других лидеров групп. Они всё ещё рассматривали лагеря, разбитые чужаками.

— Привет, Кострома! — мрачно сказал мэр. — Плохи наши дела…

— Ну, плохи-не плохи… Если договоримся вместе ударить, победим! — пожала плечами я.

— Да какое вместе ударить?! — отмахнулся Кукушкин. — Вано говорил, ваши не пойдут…

— Если все горожане пойдут, то и наши поднимутся! — возразила я. — Просто заставьте и других шкурами рисковать.

— Мы мирные люди! Наше дело… — возмущённо начал Ольша.

— Твоё дело — хлебало завалить! — резко осадил его мэр. — Мирные все какие пошли… Вот как получите пулю, сразу поймёте, что мирными быть невыгодно! Только поздно будет!..

— Ну какие из нас бойцы? — удивился один из лидеров групп.

— Короче, собой жертвовать никто не хочет… — Кукушкин поморщился. — Кроме Вано. А от одного Вано, даже будь он здесь — толку, как от козла молока!.. Я-то думал, вы чудо предложите. Но не срослось… А ты что хотела-то, красавица?

— У нас вода закончилась! — объяснила я, стараясь держать себя в руках.

Вообще, знаете ли, сложно девушке быть сильной! От тебя ждут, что ты будешь вся такая воздушная, милая, добрая, ласковая… А у меня злость, жажда и ПМС! Я сейчас за водичку убить готова!

— О! А он что тут делает? — удивлённо спросил Витя, как раз пялившийся в бинокль.

— Кто? — вытянув шею, спросил мэр.

— Вано и зверь его… Такой дурацкий, рыжеватый! — пояснил Витя.

И он, и мэр приникли к окулярам. Я тоже пыталась в свете заходящего солнца хоть что-то разглядеть. Но мне не досталось бинокля…

— Бинокль дайте! — потребовала я, забыв про сдержанность.

Никто не дал.

— Мне дадут бинокль, вашу мать? Или сломать кому-нибудь руки, чтоб нечем держать было?! — рявкнула я в спины главам групп.

Ибо нефиг зажимать бинокль, когда мои друзья в беде. А что Вано с Русым в беде — сомневаться не приходилось. Иначе что они там делают? И кто ещё из наших попал к этим козлам с огнестрелом? Дунай тоже?

Рык подействовал. Борода, вздрогнув, протянул мне массивные окуляры. И даже был так любезен, что указал, куда смотреть.

Смотреть было на что… Вано не был в плену. Вовсе нет… Наш, мать его, лидер, в какой-то хламиде, полз! Нет! Вру! Ползают нормальные люди, извиваясь всем телом. А это чудо в перьях шевелило только кистями рук и ступнями, держа прямое тело параллельно земле. Совсем как крокодилла.

Примерно таким же макаром рядом перемещалось рыжее блохастое чудо. Одно из тех, кого наши притащили с востока, вернувшись от каменщиков. И которое с того момента ни дня не прожило без приключений…

И самое отвратительное — я прямо видела, что ползут они к осаждающим. Буквально в их руки!

Правда, ползут как-то… Ненормально быстро, что ли?..

— Кострома, а что он делает? — округлив глаза, спросил Витя. — И главное, как он так, в планке, ползёт?

— Сама в шоке! — призналась я, возвращая бинокль Бороде. — Похоже, он не в себе… Реально не в себе, блин!..

Я ещё не знала, насколько была права. Просто Вано выглядел глупо. А когда Вано выглядит глупо…

Дневник Кошкина А.В. по прозвищу «Пустырник»

День сорок третий. Похоже… Лох — это судьба!

— Шеф! — окликнул меня Пресня. — Подойдёшь?

Я подхватил винтовку и направился к краю лагеря. Там, вместе с одним из дозорных, стоял мой верный подчинённый. И пытался, вглядываясь в темноту, что-то рассмотреть вдалеке.

— Что там у вас? — спросил я, недовольный тем, что меня оторвали от ужина.

— Движение какое-то… Странное… — сказал Пресня, сжимая в руках ружьё.

— Ну зверь, может? — спросил я.

— Может, и зверь. Но ты меня знаешь! Я проблемы жопой чую! — сказал Пресня. — К нам подползает кто-то. Сначала там кусты дрогнули, а потом тут трава… Сюда кто-то ползёт! И ползёт быстро. И это точно