Анархия - Меган Девос

– Поверни ключ зажигания! – Выкрикнул из-под капота Дакс.

Грейс наклонилась к приборной панели и повернула ключ. Двигатель вяло чихнул и снова замолк. Дакс выругался сквозь зубы.

– Ладно. Попробуем… другую хитрость.

Он что-то бормотал себе под нос, продолжая колдовать над мотором. Я наблюдал за обстановкой, оглядывая здания и улицы. Никакого движения. Ночевка в городе имела одно неоспоримое преимущество – в твоем распоряжении оказывалось раннее утро. Звери в это время отсыпались в своих норах, а те, кто устраивал сюда вылазки из окрестных лагерей, появлялись гораздо позже.

– Крутани еще раз! – попросил Дакс.

Грейс послушно повернула ключ. Несколько секунд двигатель захлебывался, но потом застучал так, как и подобает исправному автомобильному мотору. Лицо Грейс расплылось в улыбке. Дакс испустил негромкий радостный возглас. Он закрыл капот, с гордостью похлопав по металлической поверхности.

– Жив наш пикапчик! – воскликнул он, улыбаясь до ушей. – А теперь сматываемся отсюда.

– Ты, Дакс, просто волшебник, – сказал я.

Мое настроение быстро улучшалось. Починка заняла меньше времени, чем я думал. Мы сэкономили драгоценное время, и оно нам очень пригодится для спасения Кита.

Грейс перебралась с водительского сиденья назад, наградив меня обворожительной улыбкой. Мы с Даксом залезли внутрь. Пикап тронулся. Никто из нас даже не оглянулся назад.

– Какие дальнейшие планы? – спросила Грейс.

Прошло минут двадцать. Мы почти достигли другого конца города, не встретив никаких препятствий.

– Антибиотики они держат или в самом лазарете, или рядом с ним, – предположил я. – К счастью, лазарет стоит на краю лагеря, что облегчает проникновение. Время еще раннее. Будем надеяться, что их лагерь вовсю дрыхнет.

– Уже и не помню, когда я последний раз был в Уэтланде, – отозвался Дакс. – Думаю, больше года назад.

– А я там была всего два месяца назад, – сказала Грейс. – Тогда у них часть лагеря подтопило. Нам это облегчило задачу. Но такого хаоса я еще не видела.

– Подтопило? – переспросил я, глядя на нее в зеркало заднего вида.

– Ну да. Помнишь, какие были дожди? Река разлилась. Сами виноваты. Не надо было устраивать лагерь так близко от реки.

М-да, Грейс не жаловала глупость. Я невольно усмехнулся. Впрочем, ее замечание было вполне здравым: ставить лагерь в низине, да еще рядом с рекой, – затея явно глупая.

Мы приближались к месту, где придется оставить пикап и дальше идти пешком. Я почувствовал всплеск адреналина. У Дакса подпрыгивало колено. Он испытывал схожее состояние. Напряженность тоже была. Куда же без нее, когда оказываешься в малознакомых местах? Но мы не просто выполняли заказ на медикаменты; они требовались для спасения Кита. Ради спасения одного из моих лучших друзей я был готов на все.

Мы подъехали к старому сараю на берегу упомянутой реки. Вокруг стояли редкие деревья. Их цепь тянулась до самого Уэтланда, создавая минимальное прикрытие. Это вам не густой лес вокруг Блэкуинга. Здесь приходилось осторожничать вдвойне. Я остановил пикап, бросил ключи зажигания в рюкзак. Грейс и Дакс уже вылезли. Я выпрыгнул последним и запер дверцы.

– Итак, идем вдоль кромки деревьев и стараемся держаться вне поля зрения здешних. Если мне не изменяет память, патрулирование у них не ахти какое. Всего один караульный. Когда подойдем к лагерю, дальше – в южный конец, к лазарету. Там запасаемся антибиотиками. Держимся все вместе. Стрелять только в ответ на их выстрелы, иначе мы быстро себя обнаружим. Это понятно? – вполголоса спросил я.

– Понятно, – шепотом отозвалась Грейс.

Дакс кивнул, проверяя, полна ли обойма его пистолета.

– Тогда вперед.

Мы двинулись трусцой, петляя среди деревьев. Их кроны не отличались густотой, и трава была усеяна яркими солнечными пятнами. Она гасила звук шагов. Я бежал в середине, Грейс и Дакс – по бокам. Оба хорошо умели передвигаться бесшумно.

За деревьями появились хижины – в основном деревянные, с камышовыми крышами. Лагерь еще спал, но боковым зрением я уловил какое-то движение и мгновенно остановился, вжавшись спиной в древесный ствол. Руки инстинктивно схватили Грейс и прижали к груди, пряча от глаз замеченного караульного.

От соприкосновения наших тел между нами проскочила искра. Я крепко прижимал к себе Грейс, глядя ей в глаза. От притока адреналина у нее расширились зрачки. Она то смотрела на меня, то осторожно выглядывала из-за дерева, оценивая обстановку. Я ждал, что такая опека ей не понравится, но признаков недовольства не было.

– Он ушел, – прошептала Грейс. – Бежим дальше. Я уже вижу лазарет.

Я разжал руки и выглянул из-за дерева. Берег был пуст. Мы продолжили путь и вскоре, выйдя из-за деревьев, проникли в лагерь. Мы были вблизи лазарета, когда эхо донесло властный мужской голос. Мы прижались к стене ближайшей хижины. Голос приближался.

– …Людей с затопленной части лагеря мы переселили. Но что делать с землей? Она насквозь пропитана водой и уже ни на что не годится…

Голос стал удаляться. Двое обитателей лагеря пошли дальше, не заметив нашего присутствия. Я наконец-то выдохнул. Говоривший был высоким и мускулистым. По возрасту – старше меня на несколько лет. Он разговаривал с женщиной лет сорока. И голос, и сама манера общения были сугубо командирскими. Я его сразу узнал.

Это был Ренли. Я командовал Блэкуингом, а он – Уэтландом. В свое время я решил разузнать о личности командира каждого лагеря. Чем больше знаешь о врагах, тем лучше.

Ренли имел репутацию превосходного руководителя. В его лагере первыми стали выращивать овощи на каменистой почве, окружавшей город. Ренли первым сообразил, что речная вода – это источник энергии. Он не так давно возглавил Уэтланд, но по всему было заметно: его руководство сплотило и усилило лагерь. Обитатели Уэтланда не входили в число отважных бойцов и дерзких налетчиков. Но из всех лагерей они были наиболее самодостаточными. Не удивлюсь, если рано или поздно это приведет к улучшению других сторон их жизни, прежде отличавшихся слабостью.

Конечно, не сейчас. Однако со временем Уэтланд окажется силой, с которой надо считаться.

Ренли со спутницей скрылись из виду. Даже голоса его мы больше не слышали. Я безотрывно смотрел на лазарет. С каждой минутой, проведенной во вражеском лагере, мне становилось все тревожнее. Оглянувшись на Грейс и Дакса, я молча кивнул им, а сам помчался из нашего укрытия в двери лазарета. Я постоянно отслеживал обстановку, но вокруг было тихо и пусто. Ни караульных, ни обитателей лагеря.

Я стоял, крепко прижавшись к двери лазарета и вслушиваясь в звуки изнутри. Грейс и Дакс вели наружное наблюдение, держа пистолеты наготове. Похоже, лазарет был пуст. Тогда я повернулся лицом к двери, нажал ручку и осторожно приоткрыл дверь. Меня встретили теснота, сумрак и полная тишина. Я открыл дверь пошире и вошел, пристально всматриваясь в сумрак. Грейс и Дакс проскользнули следом, тихо закрыв дверь.