Внутри - Мэри Лэй

Грант

Франциско уже через минуту забыл о брошенных словах в сторону Гранта. Он устремился вернуться в высшее общество, которое ненадолго покинул, пока сидел рядом с простым музыкантом. Зато сам Грант прокручивал слова богатея, как заезженную пластинку. Мягкий скотч неприятно оседал в голодном желудке и вызывал приступ тошноты. Обычно мужчина предпочитал выпить пинту пива, но на таких мероприятиях о ней оставалось только мечтать.

– Повторить? – спросил заботливый бармен.

Он, как ни странно, относился к музыканту с уважением. Возможно, пареньку понравилась музыка, исполняемая Грантом на этом вечере, или же просто видел в нем обычного человека с заурядной жизнью без мании величия.

– Спасибо, – поблагодарил Грант и снова залил в себя неприятную жидкость, – а что это за красотка? – спросил сразу же, слегка опьянев.

Музыкант спрашивал о девушке, чей конфликт с высоким мужчиной пришлось лицезреть почти всем гостям вечеринки.

– Эту даму я не знаю, а вот мистер Бомер, угрожающий ей, очень влиятельный человек в обществе, – ответил бармен.

– Как же я устал от этих чертовых выскочек, – выругался Грант.

Его карьера уже несколько лет застопорилась на старте. Единственный заработок, державший музыканта на плаву, – вечеринки, где он играл то, что заказывала избалованная элита, а не веления души. Каждый раз, сидя вот так в баре, мужчина обещал себе последний раз повестись на легкий заработок, но ситуация повторялась вновь и вновь.

Грант сделал даже несколько попыток продвинуться дальше по карьерной лестнице, предложив материал продюсерам музыкальной индустрии. Именно поэтому он сразу узнал избалованного Франциско, отказавшего ему когда-то, даже не прослушав трек до конца.

Ненависть к высшему обществу заполняла все клетки организма музыканта.       Сегодня, своим выступлением Грант хотел что-то доказать себе или тому же самому Франциско, что он достоин большего. Но в середине песни порвал струну на гитаре неосторожным движением медиатора. Обычно музыкант не верил в знаки, правда, в этот раз знамение оказалось слишком явным, не дав блеснуть в полной мере на крохотной сцене особняка.

Мысли Гранта рассеяла та самая девушка, которая не так давно привлекла внимание не только гостей, но и его. Мужчина вышел подышать воздухом на террасу, где и обнаружил ее плачущей возле живой изгороди с вьющимися розами.

– Вы не похожи на тех, кто обычно ходит на такие тусовки, – попытался пошутить Грант, но почему-то еще больше задел блондинку за живое.

Поток слез увеличился, но не делал от этого лицо незнакомки менее привлекательнее.

– Я Ханна, – внезапно представилась гостья, когда Грант уже потерял всякую надежду на легкий флирт.

– Мое имя вы могли увидеть на приглашении – Грант Харисон, выступаю здесь с кучкой таких же неудачников, – мужчина снова зачем-то попытался скрасить общение шуткой.

– Простите, впервые о вас слышу, – призналась Ханна, почувствовав неудобство за свою неосведомленность.

– Вы такая не одна, – пробубнил под нос Грант, а затем предложил даме на выбор носовой платок или бокал с недопитым скотчем.

Гостья отказалась и от того и другого, но в награду музыкант получил добрую сияющую улыбку.

– Тогда принесу воды, – засмущался Грант, совсем не избалованный женским вниманием.

К сожалению музыканта, он так и не донес воду новой знакомой, потому что при странных обстоятельствах оказался совсем в другом месте с раскалывающей на части головной болью. Мужчина не помнил, как оказался в помещении и почему в руках держал не стакан, а сломанный настенный светильник.

Громкий звон сирены усиливал болевые импульсы мигрени. Инстинкт призвал выбежать в холл, где развернулась еще более ужасающая картина. Несколько человек, ошарашенные, продолжали стоять в центре танцпола, пока большая часть гостей толпилась за окнами с криками о помощи. Они беспощадно колотили в двери с призывами открыть их, но никто из ныне стоящих не осмеливался даже близко подойти к эпицентру паники. Что-то невидимое и слегка газообразное не давало дышать полной грудью тем, кто остался позади панорамных окон особняка.

– Что вы стоите? Помогите же им! – крикнул Грант охрипшим голосом, но никак не повлиял на замерших от ужаса Франциско и двух девушек рядом с ним.

Тогда музыкант сам подбежал к дверям и попытался что-то сделать с замком или выломать стальное препятствие силой.

– Зря стараешься, они заблокированы, – высказал свое мнение мужчина в смокинге.

Грант прекрасно понимал это и без наставлений очередного богатея, но отказывался верить в свою беспомощность. В окне музыкант заметил того самого бармена, щедро поившего его дорогим скотчем. Сейчас бедолага вместе с другими корчился от недостатка воздуха и был наравне с любым другим мажором этой злосчастной вечеринки.

– Что вообще происходит? Мне страшно! – завизжала блондинка в синем, обретя дар речи.

– Сабрина, сейчас не время и не место истерить! – гаркнул Франциско, совсем позабыв о конспирации.

Мишель не придала значения, что ее возлюбленный резко перешел на «ты» с той, кого знал буквально несколько минут. Ее волновало другое, как наивно казалось, совсем не связанное между собой:

– Где ты был столько времени? – задала вопрос певица, отпустившая своего бойфренда прогуляться до туалета.

Франциско не ответил, потому что в разговор вмешался обозленный на весь мир Грант:

– Может, упустим ваши любовные разборки и поможем остальным?

– С ума сошел? Вдруг эти люди заразят нас? Безопаснее оставаться внутри, – залепетала Сабрина, привыкшая заботиться только о себе.

– Я с ней согласен. Не стоит впускать никого в дом, – поддержал мужчина в смокинге, после чего попросил всех представиться.

– Значит, вас зовут Перри? Или это фамилия? – уточнила Мишель, всегда с интересом реагирующая на псевдонимы известных личностей.

Грант не мог всерьез вникать в суть разговора, потому что целиком и полностью был озадачен погибшими людьми снаружи. Он попытался изучить блокирующие сооружения, но возглас Сабрины отвлек вновь от важного дела.