Превозмоганец-прогрессор 5 - Серг Усов

— Нет, Гештик, пока нет, но всё может быть.

На миг попаданцу даже показалось, что глаза его подруги увлажнились. С удивлением он увидел, как та сплела заклинание, и привратник наглядно был вознаграждён Лечением. Даже морщины на лице раба сильно разгладились.

Такого отношения к подневольным людям Егоров за своей напарницей ни разу не замечал. Видимо, этот Гештик для неё что-то значит, раз ни с того, ни с сего получил от бывшей хозяйки магическое вознаграждение, доступное далеко не каждому свободному человеку.

— Ты с кем там языком мелешь, Гештик? — вышедшая на крыльцо полная молодая женщина, ровесница Тании, смотрела на привратника нахмурившись, но потом разглядела, кто стоит за решёткой калитки, — Молс?! Ты вернулась?!

— Как видишь, Эльмада, как видишь, — громко ответила графиня, — Ты позволишь войти? Я почему-то так и думала, что наш дом выкупите вы с Ридоком.

— Тань, нас вообще-то Энтор ждёт, — напомнил Игорь.

— Я недолго. Пять минут мне дашь?

Понятно, отказать любимой женщине в такой мелочи попаданец не мог. Да и ни какой тревоги относительно пребывания Тании в городе у Егорова уже не было. Один из стражников у городских ворот узнал находившуюся когда-то в розыске иск-магиню, но никаких действий против неё предпринимать не стал. Напротив, проявил почти искреннюю приветливость.

Что же касается бывшего мужа графини, то хоть землянин вчера напрямую у Энтора про него не спашивал, но раз имя Кейлара за довольно долгую беседу ни разу не всплыло, значит и с этой стороны опасаться нечего, Тания оказалась права насчёт гибели своего первого супруга.

В пять минут графиня не уложилась, затратив втрое больше времени. Наверное, не столько осматривала родные пенаты, сколько беседовала со старой знакомой. Взгляды, которыми обменивались Тания и Эльмада никакой дружбы между ними не предполагали, однако, и вражды заметно не было.

Высказывать супруге претензии за задержку Игорь конечно же не стал, только поинтересовался результатами её разговора с нынешней хозяйкой бывшего дома Молсов.

Граф и графиня, одетые как небогатые дворяне или горожане достатка чуть выше среднего, пошли к Энтору Паю коротким путём, лежавшим через район зажиточных особняков. Напарница знала свой город как пять пальцев и уверенно направляла Игоря в нужную сторону.

— Ничего, что было бы тебе интересно, она не поведала, — Тания взяла мужа за руку, — Я её расспрашивала о старых знакомых. Грустно всё в Шероде. И не только в нём. Во всём Ливоре. Пай, я думаю, нам подробней может объяснить. Хотя, какое тебе дело?

— Как это какое? — Егоров немного притормозил, чтобы пропустить выехавшую из проулка гружённую тележку, которую толкала впереди себя угрюмая зеленщица, — Там, где будут наши торговые интересы, мы должны быть в курсе всего происходящего. И намечающегося тоже.

Граф с графиней пристроились за торговкой зеленью и дошли с ней до ратушной площади, мало чем отличающейся от подобных мест в других городах — всё те же лавки, лотки с разнообразными товарами, трактиры по её краям и местом для казней в центре.

Оценив ограниченность ассортимента продававшейся продукции, попаданец сделал вывод, что война с Исквариаллом не прошла даром. Люди в основном тратились на продовольствие и самые необходимые вещи, предпочитая дешёвый ассортимент.

— Чувствуется, что сейчас не самое лучшее время для выхода моих изделий из стекла на ливорский рынок, — Игорь помог жене перепрыгнуть небольшую лужу, разлившуюся между лавкой, где продавалась поношенная одежда, и телегой, с которой мужчина и женщина навязывали прохожим различную кухонную утварь, — Всё же эта наша продукция премиум класса пока. Но, ничего. Раны войны заживут, народ жирком обрастёт, и мы своё получим. Там и другие мои задумки может выстрелят.

— Наверняка, — улыбнулась Тания, — Ты как тот царь Мидас, можешь всё превращать в золото. А книги и лубок? Их тоже пока придержишь?

— Зачем? Как раз нет, — Егоров направил их с напарницей движение ближе к центру площади, там столпотворение в этот момент уменьшилось — наказанную палками женщину отвязали от столба, и смотреть народу стало пока нечего, — Развлечения в трудные времена наоборот становятся более востребованными. Тот же Голливуд взлетел во времена Великой депрессии.

— Кто взлетел?

— Будет время расскажу, — Игорь свернул к улице, на которую ему показала супруга, — А, кстати, ты что решила насчёт своего дома? Хочешь его выкупить или нет?

— Не знаю, Игорь. Я же всё равно там жить не стану. Без хозяев он развалится со временем, а пускать чужих людей какой смысл? Ридок с Эльмадой ничуть не хуже. Знаешь, только не смейся, наверное, я от тебя заразилась, как ты от той своей одноклассницы…

— Хочешь выкупить Гештика? — догадался Игорь, — Я не против. С твоим Лечением он ещё долго может прослужить. Кстати, ты заметила, как уже несколько человек морщили лбы после того, как тебя увидели? Вспомнить пытаются.

— Один точно узнал, — кивнула Тания, — Но мне здесь нет ни до кого дела. Среди них не нашлось ни одного, кто поддержал бы меня в трудное время. И если бы не попаданец из далёкого неведомого мира…, - она ткнулась на миг в плечо мужа, а затем объявила очевидное им обоим: — Пришли.

А ведь Энтор Пай, как оказалось, не очень-то и преувеличивал, когда говорил Игорю, что не уснёт из-за свалившихся на него новостей. Менялу выдавали усталые глаза, хотя общий вид его был бодрым, а реакция на появление слегка задержавшихся в дороге спасителей искренне радушное и радостное. Танию он чуть ли не на руках готов был внести в дом.

Не менее трети часа — сначала в холле, а затем и в гостиной — графине Приарской пришлось выслушивать от Пая тот же поток благодарственных слов и заверений в дружбе и службе, который Егоров выслушал накануне.

Однако, когда ростовщик настойчиво усадил своих дорогих гостей за переполненный явствами стол, притом, что те обедать в десять утра совсем не хотели — Игорю даже вспомнилась байка про Демьянову уху — и беседа вошла в деловое русло, то выяснилось, что ситуация не только в королевстве в целом, но и у самого Энтора с его коллегами складывается не самым лучшим образом.

— Да война-то здесь почти и не при чём, — видя, что его гости почти ничего не едят, Энтор дал сигнал служанкам чаще подливать в кубки вино, — Дела в Ливоре шли скверно ещё до вторжения исквариальцев. Наш добрый король теперь лишь получил объяснение, почему всё стало так скверно. Налоги на горожан растут, с крестьян владетели сдирают последнюю шкуру, торговые пошлины — мы тут в ратуше у себя посчитали — за последние пять лет выросли вдвое, количество разбойников в лесах такое, что приходится значительно увеличивать охраны обозов, и это не всегда спасает. Цены растут на всё, мне даже за обучение Генды приходится теперь платить ридор в год, хотя ещё в прошлом году хватило бы и половины.

— Кстати, как у неё дела в университете? — проявила интерес Тания, — Хорошо учится?

— Да, очень, — улыбнулся Энтор, — Пожалуй, Генда, моя кровинка, единственное, что меня в жизни радует, — при этих словах менялы Егоров искоса посмотрел на молоденьких служанок, но поправлять своего гостеприимного хозяина не стал, — А во всём остальном очень грустно. Было. Пока ты с Танией, то есть, с госпожой графиней не появились. Встреча с вами приносит мне удачу. Я вот тут накидал кое-какие мысли по ценам на продукцию, — Пай взял поданный ему одной из девушек свиток и протянул его попаданцу, — Твоё стекло, говоришь, прозрачней вулканического?