Телохранители - Михаил Николаев

Капитан вернулся примерно через местный час вместе с Валтери. И с порога заявил:

— Фаррух тут абсолютно ни при чем. Его играли втемную. И о мухах-шпионах он ничего не знал.

Когда они входили, в дверь вместе с ними залетела очередная муха. Я прижал палец к губам, и Антеро замолчал. Мы старались не смотреть на муху, исподтишка отслеживая ее перемещения. Когда она села на стену, я прошел мимо и щелчком полотенца сбил ее на пол. И раздавил, наступив каблуком. Теперь можно разговаривать. Жаль, конечно, что капитан оказался слишком быстр на язык, но теперь уже ничего не поделаешь. Может, она и не успела ничего передать.

— Вот теперь можете рассказывать, — обратился я к Антеро.

— Да что тут рассказывать, и так все понятно. Имеется еще один игрок. Фарруху он периодически сливал информацию. Но не всю. Каковы его цели, мы не знаем. И даже кто это, не имеем ни малейшего предположения.

— Это человек?

— Скорее всего, да. Фаррух ни разу не видел его лица. Но голос слышал отчетливо. Говорил он по-русски, но Фаррух утверждает, что русский не является его родным языком. Слишком правильно он выговаривал слова, а ударения ставил не всегда правильно. Да и само построение фраз характерно, скорее, для англоязычных народов.

— Ладно, попробуем с другой стороны. На какое расстояние муха может передавать информацию, находясь в помещении?

— Только через стену, — включился в разговор Валтери. — Дальше нужны ретрансляторы. Муха очень маленькая. В нее невозможно запихнуть одновременно аккумулятор, позволяющий ей летать, и мощный передатчик.

— Сколько нужно ретрансляторов?

— А это уже от размеров зависит. Если большой, то один. А если это будет очередная муха, то цепочка из нескольких десятков может получиться. Тут все от расстояния зависит. Если приемник рядом, то одной-двух мух должно хватить. Если он на околице — десяток. А на другой конец острова — несколько десятков.

— Сейчас ветер сильный, а у мухи большая парусность.

— Тогда мух потребуется еще больше. Для дублирования, в случае, если одну из них сдует ветром.

— Вы сможете отследить сигнал, передаваемый по цепочке?

— Если буду знать частоту, то легко. А частоту можно определить только в момент передачи данных.

— Ну, это мы вам организуем. «Случайно» запускаем муху. И не замечаем ее. Мы с Антеро заведем разговор о чем-нибудь постороннем. Например, пусть он мне о вашей колонии рассказывает. А вы работайте. Когда все будет готово, произнесите условное слово, например, «пора ужинать». После этого я «внезапно» замечу муху, грохну ее, и можно будет ловить наблюдателя.

Мой план всем понравился. Обсудили нюансы. Лейтенант приготовил и настроил аппаратуру.

Я вышел на улицу. Огляделся. Все небо было плотно обложено тучами. Ветер усилился еще больше. На Земле он уже считался бы штормовым. А тут всего лишь свежий ветер. Дул он ровно. По-прежнему никаких порывов. Заходя в дом, я пошире распахнул дверь и «не заметил» влетевшую муху. Присел на диван.

— Унельма, расскажите мне про ваши фамилии. И вы, Антеро, присоединяйтесь. — Я хлопнул рукой по дивану рядом с собой. — Они очень древние?

— Нет, — засмеялась женщина, — не очень. Два с небольшим столетия. Дело в том, что до 1920 года в Финляндии вообще почти не было фамилий. А вот когда мы обрели независимость, тогда и началось. Фамилии стали давать всем. Кому по названию населенного пункта, кому — по имени отца. Некоторые брали в качестве фамилий свои прозвища. Вот у Антеро как раз такая ситуация.

— А ваша фамилия как образовалась?

— О, у меня особый случай. Лайне — означает «волна».

— Красивая у вас фамилия.

— А у вас Петров — от Петра Первого? Или от апостола Петра?

— Нет, — рассмеялся я, — на Руси всегда было много Петров. Так что у меня от имени.

— И на сколько колен вы знаете своих предков?

— Не так уж и много. Пра-пра-пра-прадед у меня был знаменитый. Много интересных вещей умел делать. Мне о нем прадед рассказывал, когда я еще маленький был. Дальше не знаю. Так что шесть колен.

— Пора ужинать, — раздался из угла голос Валтери.

— Ой, заболталась я совсем с вами, — вскочила на ноги Унельма.

Я тоже поднялся с места. Задумчиво прошел вдоль комнаты.

— Смотрите, еще одна муха, — обратился я к Антеро, нагибаясь за полотенцем. — Унельма, откуда у вас столько мух? — прокричал я, сшибая муху на пол резким ударом полотенца. Раздавив ее каблуком, я прошел на кухню вслед за хозяйкой.

— Унельма, не торопитесь, мы сейчас еще не будем ужинать. Это был условный сигнал.

Вернулся в гостиную. Там Валтери и Антеро склонились над экраном.

— Так, сначала вот тут, потом сюда, сюда, и вот она наша цель. Это небольшая гостиница у самого Эдускунта. Буквально через три дома. Вот этот номер на втором этаже. Идем?

— Вы идите вдвоем, — отозвался я. — И еще кого-нибудь покрепче возьмите с собой для гарантии. А мы с Иннокентием тут пока покараулим.

Антеро вызвал двух подчиненных, объяснил им, куда именно надо подойти и что делать. Валтери прихватил с собой один из приборов, и они с капитаном ушли. Я прошелся по комнате. Иннокентий лежал уже на другом боку и давил головой другую лапу.

«Да уж, — подумал я, — солдат спит, а служба идет. Но почему он спит все это время? Неужели я ошибся, и эти события не связаны между собой? Разбудить и спросить? Не буду. Пускай спит. Ночью ведь наверняка опять гулять пойдет. А там сейчас ветерок неслабенький».

Антеро вернулся через полчаса. Один и несолоно хлебавши. Пока они добирались до гостиницы, птичка упорхнула. Не просто из гостиницы, а с планеты. Номер был пуст. Я посмотрел на фотографию. Волевое лицо с узкими губами и массивной челюстью. Серые, ничего не выражающие глаза. Короткая стрижка. Да, скорее всего англичанин. И, подозреваю, что мы не отыщем о нем практически никаких сведений. Профи. Разумеется, он легко раскусил наш спектакль. А может быть, та, первая муха, влетевшая в дверь вместе с Антеро, успела передать его слова. Эх, болтун — находка для шпиона. Финн — болтун? Оксюморон получился.

— Откуда он появился и куда ушел с планеты?

— Мы уже проверили. Земля, европейский портал. Тот, что под Берлином.

— Я знаю, где в Европе портал. А как он зарегистрировался. Имя или фамилия есть?

— Джон.

— Просто Джон?

— Да, только имя. У нас это допускается.

— И много у вас тут еще таких «Джонов»?

— Интересный вопрос, — не нашелся с ответом Антеро. — По идее, я должен знать на него ответ. Но у меня нет ответа. У нас тут нет контрразведки.

Я долго молчал, переваривая эту информацию. Задавать риторические вопросы не хотелось. Наконец, собрался с мыслями: