Телохранители - Михаил Николаев

— Для людей семьдесят. И еще две большие транспортные.

— Ну, тогда большой давки не будет. Подозреваю, что бегают они с разной скоростью. А вот комплекс у вас больно маленький. У нас в Новосибирске тысяча двести индивидуальных мембран и больше сотни транспортных.

— Что вы хотите? В Новосибирске Большой континентальный портальный комплекс, а у нас тут острова. Нам и такого за глаза хватает.

— А когда урожай отгружаете?

— Без проблем. Ставим контейнер на транспортер. Циклоперид дает отмашку, вжик, и он уже на той стороне. А из возвратной мембраны в это время порожняк выскакивает.

— А если не пропустит?

— На моей памяти такого не было. Какая у нас контрабанда?

На улице приземлился госпитальный флаер. Матти пытался встать на ноги, но его, не слушая возражений, быстро уложили на носилки. Я вышел следом, чтобы пояснить врачу особенности ранения и донести до него информацию о том, что именно я вводил раненому. Как раз к этому моменту успел помощник нашего полковника. Матти представил нас друг другу, получил в ответ пожелания быстрее выздоравливать и отбыл лечиться.

Ветер меж тем усиливался. Что интересно, порывов не было вообще. Он дул ровно, словно был искусственно отрегулирован и настроен на определенную скорость. Я раньше подобное встречал только в аэродинамической трубе.

Помощник руководителя департамента оказался моим ровесником в звании капитана. Звали его Антеро, а когда он сказал, что его фамилия Корхонен, я долго смеялся. Увидев его недоумение, пояснил, что моя фамилия — Петров. Теперь рассмеялся он. Дело в том, что фамилия Корхонен в Финляндии так же широко распространена, как Петров в Союзе Российских Государств. Обе на втором месте.

Войдя, я представил Антеро и Иннокентия друг другу. То, как они знакомились, меня сначала несказанно удивило. Антеро, неожиданно для меня, подставил руки ладонями вверх, а Иннокентий тут же запрыгнул на них, потерся об его щеку и заглянул в глаза. Потом невозмутимо устроился на его левой руке и подставил шею для чесания. Это было нечто! И тогда я понял, в чем причина. Корхонен вовсе не был глухим (фамилия Корхонен происходит от «Корхо» — глухой). Он был одним из нас. Эмпатом. И, судя по всему, мог не только слышать, но и транслировать эмоции.

Котяра, в отличие от меня, его раскусил сразу. Мы с Антеро переглянулись, я кивнул ему на диван и мы уселись таким образом, чтобы могли чесать Иннокентия одновременно.

Капитан объяснил причины своей задержки. Арбалетчиков взяли всех троих. У них получилось сделать только по одному выстрелу. Перезарядить оружие уже не дали. Главаря тоже повязали. Разведчики. Немножко помяли, но не существенно. Вот его потрошением капитан и занимался в тот момент, когда его вызвали к нам.

— И что теперь с ними будет? — спросил я.

— Судить будем. Покушение на жизнь человека, даже неудавшееся, это очень серьезное преступление. У нас они чрезвычайно редко встречаются. Не эти люди давали человеку жизнь и не в их праве ее отнимать. А попытка ликвидировать одного из первых лиц государства и навязать обществу свою волю — это уже терроризм. Со всеми вытекающими.

— И что их ждет?

— Тут без вариантов. Эти люди, если их можно так называть, опасны для общества. У нашей цивилизации и так не слишком благополучное реноме среди старых галактических рас. Многие считают, что мы еще не слишком далеко ушли от животного мира.

— Что, и ты так считаешь? — Антеро потрепал за шкирку прислушивающегося к разговору Иннокентия.

— Так вот. Их надо изолировать от общества. Совсем изолировать. У нас рудников соответствующего профиля нет. Но есть соглашение с метрополией. В таких случаях мы высылаем преступников в Финляндию. Там есть урановое месторождение Эно. Рудник Паукаянваре расположен на небольшом острове. Очень удобное место. Производство там давно роботизировано, но всегда ведь найдется работа, к которой роботы приспособлены не слишком удачно. Вот туда они, скорее всего, и отправятся.

— Что вам успел рассказать главарь? Кто он, кстати?

— Некий Фаррух. Глава мелкого клана. У них до сих пор клановая система, основанная на родственных связях. Рассказать он успел мало. Я почти сразу после начала допроса отправился к вам. Основных помощников у него трое. Двое племянников и зять. Их сейчас ищут. Если не успели пройти через портал, то возьмем сегодня или завтра.

— Послушайте, Антеро, меня немного смущает усиление ветра. Нас ничего серьезного не ждет?

— Нет, серьезного ничего не будет. Ураганы на Суоми редкость. Но ветер будет усиливаться и дальше. До свежего. Если перевести на земные мерки, это составит 20–25 метров в секунду. Полетам флаеров такой ветер не препятствует, но на улице скоро будет, мягко говоря, не слишком уютно.

— Это повлияет на отток «туристов»?

— Думаю, что да.

— Ну и славненько, нам проще будет. Унельма, — обратился я к хозяйке, — у вас тут принято кормить мужчин обедом?

— Сейчас что-нибудь организую, — вскинулась та, — с такими событиями не только про обед забудешь! Вы уж извините меня.

Через несколько минут мы уже сидели за столом. Хороший кухонный автомат — это несомненный плюс. И здорово экономит время. Аппетит у нас с Иннокентием был зверский, Антеро его отсутствием также не страдал, а вот сама Унельма ела через силу, с большим трудом. Оно и понятно. Вид развороченного арбалетной стрелой плеча, в котором ей менее часа назад пришлось ковыряться, способен отбить даже мысли о еде. Но она справлялась с собой. Действительно, сильная женщина.

После сытного обеда Иннокентий запрыгнул на стеллаж и качественно помылся. При этом он дважды чуть не сверзился вниз в процессе вылизывания длинной шерсти на груди (длины шеи ему явно не хватало и приходилось глубоко откидываться назад). Но в последний момент каким-то невероятным усилием все-таки удерживался наверху. Закончив умывание, кот свернулся калачиком, подложил лапу под голову и заснул. Дрых он там до позднего вечера.

А мне не давала покоя одна мысль. Что-то было нечисто. Пазл не складывался.

— Антеро, — обратился я к капитану, — вы этого Фарруха про мух-шпионов спрашивали?

— Нет, — удивился капитан, — а что это за мухи-шпионы?

Я ввел его в курс дела. Капитан помрачнел.

— Меня никто не поставил об этом в известность. Да и времени не было. Я ведь почти сразу к вам сорвался.

— Тогда возвращайтесь в департамент и хорошенько его допросите. Очень мне это все не нравится. А сюда присылайте своего спеца — Валтери Ниемена. Похоже, что у него будет сегодня много работы.

Антеро убежал. А я ходил кругами по гостиной и раздумывал. Родственные кланы и мухи-шпионы вместе категорически не вязались. Примерно как камни, китобойные гарпуны и кустарные арбалеты соотносились с высокими технологиями промышленного шпионажа.

Вот я тут хожу, волнуюсь, а Иннокентий дрыхнет и ухом не ведет. Что-то тут не так. И что именно — пока не пойму. На всякий случай поднялся в ванную и прихватил оттуда полотенце.