Последствия - М. Картер

– Я пришёл сказать, что уезжаю в Спарту, и хочу попросить тебя помочь Василике в школе.

– Но я сама учусь только несколько недель.

«Она не считала.»

– Пока я тебя ждал, распределил некоторые предметы, если ты, конечно, согласишься учить. – неспеша, подталкивал девушку к согласию Антипатрос.

– Я не отказываюсь и не соглашаюсь, но обещаю подумать. – решила Элисса, всё больше расслабляя спину и отклоняя её назад, в то же время Антипатрос сидел, словно позвоночник его состоял из металла.

– Василика возьмёт на себя те, в которых требуются более глубокие книжные знания: география, математика, астрономия и письмо- а ты будешь проводить уроки, в которых не надо показывать наглядных примеров и писать самой, а только говорить: история, литература, живопись и философия.

– Если так, то, возможно, что-нибудь и получится. – задумчиво посмотрев на потолок, проговорили Элисса.

– Я уезжаю завтра с утра.

– Так быстро? А как долго тебя не будет? – оборвалась девушка от задумчивости.

– Это не моё решение, но если быстро придём к согласию, то вернусь через две недели, но со спартанцами ничего нельзя решить без сор, так что конечного срока назвать не могу. Поэтому и прошу тебе помочь Василике, она сама ещё ребёнок. – сжав на столе кисть в кулак и придвинувшись телом к его краю, объяснил Антипатрос.

– Ты надеешься на меня, но я не смогу им ни о чём рассказать. – угнетающе подхватила Элисса.

– Элисса, я знаю, что у тебя получится. У тебя прекрасный ум, и если ты прочитаешь пару книг по каждой дисциплине, то сама сможешь добавить что-нибудь из своего опыта.

– Ты давал мне книги, когда я лежала в госпитале, но… прости, хотя я и говорила, что запоминала половину, но понимала только четвёртую часть. – перетягивая бывшие у учителя чувства вины к себе, жалостливо сдвинув брови, вырвала из себя Элисса.

– Ты согласишься работать в школе, если я помогу тебе с книгами? – согнув ноги, Антипатрос сел перед девушкой и невесомо дотронулся ладонями до её колен.

– Да, я попробую. Но ты же сказал, что уедешь с утра. – склоняясь к нему, поджигала и без того волновавшееся сердце Антипатроса Элисса.

– Ты сможешь уделить мне одну ночь?

В изуродованном воображении Элиссы предложение звучало двояко, но учитель говорил об одном.

– Я перескажу тебе книги и дам несколько конспектов, по которым я проводил уроки для прошлых классов. – заметив замешательство девушки, добавил Антипатрос.

Элисса согласилась, и Антипатрос убежал в школу.

«В Платеи теперь не уедем. Но если работать с Василикой графиком три через три, то, может быть, съездив несколько раз, мы сможем расспросить всех в городе.»– Элисса попыталась найти выход из нового поворота.

Через десять минут вернулся Антипатрос со стопкой глиняных табличек, верх которых удерживал подбородком, которые до рассвета он читал и пересказывал Элиссе. Предметы были скучные, но девушка пыталась выражать полную отдачу своего мышления получению новой информации и слушала, не перебивая, сама же иногда отвлекаясь на назойливые мысли, в которых вспоминала Василику и Никия. К рассвету Антипатрос отложил конспекты от книг, те же глиняные дощечки только на каждую тему в них было написано меньше.

– И как я буду учиться, когда со мной не будет человека, который даже самые сложные темы объясняет несколькими словами, если, конечно, это не философия. – воскликнула Элисса, добавив о философии затем, что большую часть монолога Антипатроса занял именно этот предмет.

– Спасибо, что согласилась помочь. – собираясь уходить, даже слегка наклонив голову, посчитав этот вопрос риторическим, поблагодарил молодой человек и, оставив книги на столе, направился к выходу, что выждала Элисса и, подбежав, обняла его со спины и проговорила.

– Я буду скучать.

Антипатрос, развернувшись, улыбнулся и ушёл. А Элисса, для того чтобы вскоре проснуться, так как выбрала самую неудобную для сна положение, легла на стол и закрыла глаза.

Без неё

Вернувшись в школу, Антипатрос разложил книги на столе, стоявшем ближе всех к шкафам, на которых учитель принялся заполнять бросавшиеся в глаза дыры между уже стоявшими экземплярами.

– Я надеюсь, что после ночных дел, о которых ты не счёл важным доложить мне, тебе не надо отсыпаться ещё сутки. – зазвенел в тишине голос Никий, вышедшего из комнаты.

– Доброе утро. – поворачиваясь к отцу с книгой в руках, сказал Антипатрос и отвернулся, протягивая её к полке. – Прости, но я тебе поправлю, я не твой подчинённый и не должен тебе докладывать, поэтому используй слово «рассказать».

– Если бы ты не сделал мне замечание, то мне бы пришлось силой заставить тебя спать. – попытался пошутить Никий, на что молодой человек ответил доброй, выдавленной для отца улыбкой, а сам же был занят размышление о том, как он переживает из-за того, что оставляет Элиссу одну, но с надеждой на то, что девушка справится с помощью Мелиссы и Василики.

– Это не замечание, а моё мнение о том, как бы это правильно звучало по отношению ко мне.

– Расскажи, где ты был, или с кем ты провёл ночь. – усаживаясь за стол учителя, попросил Никий, давно переставший обращать внимание на замечания придирчивого сына.

– Я помогал Элиссе понять темы занятий, которые она будет проводить, пока я не вернусь.

– И всё?

– Не надо вспоминать об этом. – заполняя последние промежутки, сдержанно попросил Антипатрос, что выделилась среди его громкого и торопливого голоса.

– Если бы ты не уехал, то я бы уже шесть лет назад стал бы вторым человекам в Афинах. – воскликнул Никий, и, хотя молодой человек от неожиданности захлебнулся воздухом, к отцу не повернулся.

– А теперь ты так же популярен в народе, только добился этого сам, а не через мою свадьбу.

– Прости, я снова об этом. – опрокинув локти на стол, оробел мужчина.

«На него такое часто находит.»

Антипатрос решил ничего не добавлять и, поставив на полку последнюю книгу, встал перед отцом, отпустившим свою голову и наблюдавшим за его действиями.

– Ты зол, потому что не ел. Спасибо, что подождал меня, пойдём.

Пока завтракали, вернулся Софокльз, а после, в сопровождении пятерых всадников, они выехали из деревни. Как и обещал юноша, дорогой он рассказал о своём обучении в школе и работе в Платеях.

«Я вам тоже об этом не уточнял, так как говорили мы тогда о событиях прошлых годов, но сейчас добавлю. Неделю назад, хотя клонилось к этому давно, на симпосиуме у одного из самых богатых жителей Платей, по совместительству занимавшего должность главы совета старейшин,