Последствия - М. Картер

– Выйди из дома. – через дверь крикнул Антипатрос.

Элисса, намеренно с грохотом захлопнув за собой дверь, вышла на улицу и, не имея идей к дальнейшему времяпрепровождению, под пристальным взором мускулистых мужчин, которых она приняла за охранников Никия, распределившихся со всех сторон дома, как девушка заметила, отойдя от здания, ушла в госпиталь. Комната была пуста, но после того, как Элисса сделала несколько шагов по скрипучему дощатому полу, из кухни вышла Василика и, увидев, кем была посетительница, возвратилась в комнату.

– А если у меня болит нога? – прокричала Элисса и последовала за девушкой.

За кухонным столом она застала Василику, перед которой лежали травы и открытая книга, и разговаривавших, но прекративших при появлении девушки, Софокльза и Мелиссу.

– У тебя болит нога? – воскликнула лекарь, оборачиваясь к двери.

– Нет, просто Василика так быстро от меня отвернулась… Я пришла вас навестить. – успокаивая женщину и подходя к столу, не придумав оправдания, прервалась Элисса.

– Я думал, тебя выгонят раньше. – обратился к девушке Софокльз.

– Меня попросили рассказать свою биографию, а потом выгнали. – усмирила завить юноши Элисса.

Расстановка стульев у стола, заняла размышления Элиссы на несколько секунд, и после того, как она выбрала между тем, потеснить ли ей Софокльза и Мелиссу, сев между ними, или подсесть с любой стороны двоих, под одним боком имея Василику, согласилась с последним и пододвинула стоявший у кровати табурет к столу со стороны Мелиссы.

– К Антипатросу приехал Никий? – спросила лекарь в середину стола, относя вопрос как к Софокльзу, так и к Элиссе.

– Он как только его увидел, сразу же попросил меня уйти. – не имея в голосе недовольства, ответил юноша.

– Я рассказывала ему о себе, но ничего о нём не знаю. Почему вокруг дома стоят мужчины? Почему для того, чтобы с ним поговорить, надо выгнать всех из дома? – возмущённо накинулась Элисса, даже привстав со стула, и добавила. – А мне он сказал, что его «все знают».

– Никий- один из умнейших людей Афин и имеет там большое влияние. Мне говорили, что он прекрасный оратор, и с большинством его предложений совет соглашается. – высказался Софокльз.

– Почему тогда Антипатрос переехал сюда?

– Всё, что ты хочешь знать об Антипатроса, спроси у него самого. – уклонилась от ответа Мелисса.

– Он нам ничего о себе не рассказывал. – обиженно ввернул Софокльз.

– Скоро должны начаться занятия. – вспомнила Василика, закрывая книгу.

– Сегодня их отменят. – остановил сестру юноша.

– Мы же хотели поехать в Платеи. – напомнила Элисса.

– Ты уверенна, что сможешь долго ходить. – встревожилась Мелисса, накрыв лежавшие на столе кисти рук девушки своими.

– Не беспокойтесь, я каждый день делаю массаж, как вы показывали, и нога не болит уже несколько недель. – выделив женщине всё своё внимание, ответила Элисса.

– Нет, ты не поедешь. – когда девушка повернула к нему голову, в ожидании ответа, сказал Софокльз.

– Почему?

– Вернутся в деревню ты одна не сможешь. Но когда Никий уедет, приедешь вместе с Антипатросом.

– Почему она должен ехать с Антипатросом?– ворвалась в разговор Василика. – Возьмите кого-нибудь другого с собой.

– Ничего, я подожду его. – с лицом бескорыстным и понимающим значительность приезда Никия, отозвалась Элисса.

– Другие заняты работой. – кратко ответил сестре Софокльз.

На несколько минут комната покрылась молчанием: Василика продолжила раскладывать травы в кучки, сверяясь с книгой; Мелисса вышла в госпиталь и вернулась с книгой, которую отдала Василике, отняла её работу себе, и попросила записывать какое количество травинок в отдельных видах она разберёт; Софокльз сначала смотрел на их работу, скучность которой ему не понравилась, и он начал читал вытащенную из сумки, лежавшей у двери, книгу; в развлечении Элиссы были только глаза, которые скакали по каждому человеку в комнате. Уже через полчаса наблюдение девушке наскучило, и она, замечая за это время глухие шорохи в гончарной мастерской, направилась к Олиссеусу, за чем проследил врачебный взгляд Мелиссы, направленный на искалеченную ногу. Отвела она его, удостоверившись в том, что о поправившейся конечности Элисса не соврала.

Олиссеус с кистью в руках сидел за столом, расписывая стоявшую на ногах вазу.

– Добрый день, – подходя к гончару, вытягивая гласные, сказала девушке.

– Я не нашёл за что его хвалить. – не останавливая руки, выводившие на глине чёрный силуэт, монотонно, в обычной степени прозаичности проговорил мужчина.

– Здравствуйте. – подыграла ему Элисса.

– Привет.

– Можно посидеть у вас несколько часов? – встав так, что от плеча Олиссеуса её живот отделяло несколько сантиметров, попросилась Элисса.

– Прогуливаешь уроки?

– К Антипатросу приехал отец, и их отменили.

Олиссеус задержал кисть над вазой, так что Элисса заметила его долесекундное размышление.

– Садись. – кратко разрешил гончар.

Ничего не ответив, девушка развернулась, чтобы принести стул от гончарного круга, но Олиссеус вскрикнул на неё, и Элисса достала табурет, спрятанный под столом, на который она положила руки, а после склонила и голову. Пролежала девушка грудью на столе больше часа, наблюдая за Олиссиусом и его работой, до того, как дверь в мастерскую открыл Софокльз.

– Олиссеус, Элисса, я поехал. – сообщил он и вернулся на кухню.

Элисса подорвалась за ним и, проскочив через жилую комнату, в которой юноши уже не оказалось, перешла в госпиталь.

– Ты не можешь уйти, не попрощавшись с Антипатросом.

– Я знаю. Ты хочешь со мной? – опередив Элиссу в её вопросе, предложил Софокльз, остановившись посередине комнаты.

– Нас пустят?

– Если струсила, то оставайся здесь. – ухмыльнувшись, поддразнил её юноша.

– Как ты обойдёшь охрану? – Элисса подошла к Софокльзу.

– Ты пойдёшь? – продолжая дразнить девушку и не отвечая ей, сохраняя твёрдость голоса во всех предложения, спросил Софокльз.

– Да. – решив играть по его правилам, сказала Элисса.

Софокльз улыбнулся и вышел на улицу, придерживая девушке дверь. По дороге Элисса спрашивала о Платеях и об учёбе юноши в школе.

«Вот здесь бы вам пришлось слушать его рассказы, а вы уже всё, и даже больше, знаете от меня.»

Школа всё ещё была окружена, и Элисса начала играть беспокойство об этом, что Софокльз старался не замечать.

– Здравствуйте, а достопочтенный Никий всё ещё находится в этом доме? – подойдя к дверям, спросил у мужчин Софокльз, сделав лицо серьёзное, и тон мягко-деловой.

– Какое у вас дело?

– Совет старейшин полиса Платеи направил меня спросить о принятом на рассмотрения в совете Афин декрете о введении торговых санкций против Мегары.

– Подождите, я о вас доложу. – поворачиваясь к двери, попросил стоявший справа от Софокльза стражник.

– Спасибо, но у меня нет времени на соблюдение расточающих его правил.

Софокльз влез перед мужчиной и открыл дверь, а Элисса следом за ним хотела войти в школу, пока её не остановил левый