Гуру - Луиза О’Нилл

Выпятив губы, она посмотрела на толпу. – Я знаю, – сказала она в ответ на едва слышный рокот растроганных «ммм». – Очень мило же, правда? И таких писем у меня десятки. Лиза… – Сэм повернулась к подруге. – Ты была лучшей подругой, которую можно было бы пожелать любому. Жизнь подарила мне тебя, и я хочу поскорее узнать, какое нам уготовано будущее. Я надеюсь, что твой следующий десяток будет самым лучшим десятилетием твоей жизни и принесет тебе любовь, свет и исцеление. А теперь, ребята… – Она подняла бокал, предлагая гостям присоединиться к ней. – Пора уже и выпить! С днем рождения, Лиза! – Эхом отозвался хор голосов: «С днем рождения!»

Струнный квартет поспешил взяться за инструменты и спешно запиликал «С днем рождения тебя».

– А теперь можно и торт, – пропела Сэм в адрес Джоша, но тот абсолютно ошарашенно уставился на нее. Тогда она сама пошла им навстречу, удерживая взгляд на Лизе в ожидании, что подруга сейчас подбежит и обнимет ее. Но Лиза не сдвинулась с места. Она не реагировала на объятия гостей, которые окружили ее, чтобы поздравить с днем рождения.

– Ну как? – поинтересовалась Сэм с ухмылкой, чмокая подругу в щеку. – Вечеринка удалась, Мышка? – Она осмотрелась вокруг. – Кажется, у нас полный триумф.

Джош выбросил руку вперед и оттолкнул Сэм от Лизы. Сэм едва удержалась на ногах, шипя на него, что надо быть осторожнее.

– Что ты делаешь? – спросил он. Но Лиза остановила его, сказав, что она сама со всем разберется.

– Возьмешь на себя маму, хорошо? – попросила она вполголоса.

– А что случилось? – произнесла Сэм через вымученную улыбку. Она бросила быстрое «спасибо» гостю в паре метров от них, который прокричал в их сторону:

– Отличная речь!

– Пойдем попробуем торт? – сказала Лиза, тоже изображая улыбку на лице. Они забились вместе в укромный уголок, сев ко всем спиной. – Покажи мне эти письма, – бросила Лиза, пока Сэм чиркала спичкой, чтобы снова зажечь свечи. Сэм передала подруге сумочку. Лиза выдернула скомканные листы и начала перебирать их, быстро пробегая глазами содержание писем.

– Мышка, эти письма напомнили мне, как сильно мы любили друг друга, – проворковала Сэм. – Мы же любили друг друга, разве нет? Ты должна помнить это.

Письма выпали из дрожащих рук Лизы. Сэм бросилась собирать их с пола.

– Осторожно, – сказала она, запихивая письма обратно в клатч. – Они очень дороги для меня.

– Сэм, – сиплым голосом произнесла Лиза. – Я не писала эти письма.

– Что?

– Я ничего этого не писала. Эти письма написала ты, – сказала Лиза. Сэм достала одно из писем, начала перечитывать. Письмо было отпечатано на компьютере и адресовано от Мышки Мышке. Все письма были оформлены одним и тем же шрифтом Comic Sans.

– Все эти письма от тебя, – повторила Лиза. Было слышно, что она в ужасе. Сэм ясно чувствовала по голосу подруги, что та боится ее. – Сэм, ты слышишь меня? Все эти письма от тебя.

38

Август 2000 года

Рука отца опустилась ей на макушку. Сэм тяжело осела в кресле, последний раз глядя из окна своей спальни, пытаясь запомнить раскрывающийся перед ней вид. Небо какое-то блеклое, подумалось ей. Совсем чуточку синевы на общем сером фоне. От Нейта Миллера, как всегда, пахло премиальным лосьоном после бритья и сигаретами, которые, по клятвенным заверениям жене, он бросил курить много лет назад.

– Мне будет тебя не хватать, – сказал он. Он испустил тяжелый вздох, будто выдранный наружу из самой глубины его нутра. – О, малыш. Мама сказала мне… – Он остановился. Молчание. Затем он прошептал: – Я даже не знаю, что сказать. – Отец отвел руку, но Сэм все еще чувствовала на голове сохранившееся от него тепло.

– Я всю жизнь себе испортила.

– Да нет, конечно. Ты в самом начале жизни, Сэм. Ты сейчас не понимаешь это, но… все образуется, малыш. Обещаю.

Она вышла на улицу. Мать уже поджидала ее у «Кадиллака». В открытом багажнике выстроились три чемодана. Каролина уложила светлые волосы в низкий шиньон. На ней были нитка жемчуга, доставшаяся ей от ее бабушки, и сшитое на заказ свободное белое льняное платье. Она бросила взгляд на часики от «Картье» и заметила:

– Мы опоздаем на авиарейс, если не поторопимся.

– Еще несколько минут, мам. Пожалуйста, – сказала Сэм, прикладывая руку поверх глаз и смотря в сторону, где находилась Эллиот-стрит. Она не могла уехать, не повидав Лизу в последний раз.

Отношения между ними последние несколько месяцев стали максимально натянутыми. Нить судьбы, связывавшая их друг с другом, истончилась до паутинки, которая обещала оборваться в любой момент. Лиза не хотела с ней разговаривать. Она не отвечала на звонки. Она смотрела сквозь нее, будто Сэм стала невидимой. Призраком через какое-то время и ощутила себя Сэм. Она часто наведывалась в школьный туалет и пальцами проводила по очертаниям своего отражения в зеркале, просто чтобы убедиться, что она все еще была на месте, что она все еще существует. А, может быть, это Лиза обернулась фантомом? У шкафчика чувствовались призрачные нотки ее духов. Изредка мелькала вспышка рыжих волос, быстро исчезавших в классе. Сэм никогда бы не подумала, что здание их школы было большим, пока она не умудрилась потерять в его стенах Лизу. Поэтому она была вынуждена ожидать ночи, чтобы выбраться из кровати и выскользнуть из дома. Она гнала на велосипеде до дома на Эллиот-стрит. Ветер трепал ей волосы, пока она изо всех сил крутила педали. Стук камешка. Открывающееся окно. Бледное лицо Лизы.

– Что тебе нужно, Сэм? – спросила она, выйдя на улицу. Лиза выглядела болезненно, лицо осунулось. Под глазами легли пепельно-черные круги. «Мне нужна ты, Мышка. Мне нужна ты».

– Есть школа. В Юте, – сказала Сэм вместо этого. – Я думаю туда поехать. Чтобы дать тебе и Джошу пространство, чтобы… – Она понадеялась, что подруга будет в ужасе от возможности потерять ее и бросится уговаривать ее остаться, что Лиза выберет ее, а не Джоша. Потому что так у них было заведено.

– Наверно, так будет лучше всего, – бросила Лиза, развернулась и вернулась в дом.

С той встречи прошло два месяца, и они с Лизой больше не общались друг с другом. Но Сэм знала, что подруга не отпустит ее из Бенфорда, не попрощавшись напоследок. Лиза вот-вот появится, и они прижмутся друг к другу и крепко обнимутся, будто желая, чтобы все их косточки переплелись друг с другом.

«Обещаешь писать?» – спросит Сэм. А Лиза со слезами в голосе ответит: «Обещаю. Обещаю, обещаю, обещаю».

– Саманта, нам пора, – мягко сказала мать. Сэм кивнула и села