Глубина резкости - Тери Нова

Дэн отступил, и все мы проследовали за Кэтрин, рассаживаясь за стол. Я выдвинул стул для Элли и опустился на соседний, что не ускользнуло от окружающих. Все обменивались взглядами, но воздерживались от комментариев. На мгновение повисла тишина, и девушка заерзала на своем месте. Тогда я положил ладонь ей на бедро и мягко сжал его, чтобы успокоить ее нервозность, но она только подпрыгнула, видимо, не ожидая моего прикосновения на семейном обеде.

– Что происходит? – не выдержал Дэн. По его голосу было непонятно, злился он или просто был удивлен. Все уставились на меня.

– Сэр, – я решил, что обратиться к отцу Элли, сидящему во главе стола, было логичным, – мы с вашей дочерью уже некоторое время встречаемся.

Чарли взглянул на меня, затем на свою дочь. Его взгляд мгновенно потеплел, а потом он удовлетворенно кивнул.

– «Некоторое время» – это сколько? – Закономерный вопрос от старшего брата. Я почесал бровь большим пальцем.

– Пару месяцев, – резко ответила Элли. Не удержавшись, скептически уставился на нее.

– Тебе не кажется, что немного дольше? – Широко улыбнулся, но это, похоже, не позабавило девушку, потому что сейчас она пыталась взорвать мою голову взглядом. Да к черту, я не боюсь ее брата. – На самом деле гораздо дольше. Мы начали встречаться, когда Элли закончила школу.

Дэн громко выдохнул. Но было ощущение, что он единственный, кто удивился моим словам.

– Да ты издеваешься? – Все еще было непонятно, с каким чувством он это произнес.

– Дэниел, – Моника опустила ладонь на руку мужа.

– Мы встречались тем летом, но потом у нас возникли кое-какие разногласия, поэтому на некоторое время расстались. И снова встретились на вашей свадьбе. – Я не сводил глаз с друга, ожидая, что тот вскочит и набросится на меня. Он не двигался, можно было продолжить. – Тогда мы поняли, что все еще любим друг друга, и решили возобновить отношения.

– Это прекрасно! – воскликнула Кэтрин, возбужденно отпивая свое вино.

– Ты любишь ее? – Дэн уставился на меня с непроницаемой маской на лице.

– Да, – без колебаний ответил я, девушка рядом, казалось, не дышала. – Я люблю Элли, всегда любил. Так что мне плевать, если ты вдруг опять скажешь мне держаться от нее подальше.

– Ты сказал ему держаться от меня подальше? – вдруг вспыхнула Элли.

– Как видишь, у него проблемы со слухом. – Дэн рассмеялся, а та в ответ стиснула вилку так, словно собиралась согнуть ее пополам или воткнуть брату в глаз.

– Тебе-то какая разница? – не унималась она.

– Просто хочу, чтобы ты была счастлива, вот и все. – Слова Дэна были произнесены с особым теплом.

– А с чего ты вообще взял, что сейчас это не так? Единственное время, когда была по-настоящему несчастна, это когда мы расстались. – Элли задрожала, и я погладил ее по спине, придвигаясь ближе.

Улыбка парня стала шире.

– Тише, тише, просто прикалываюсь. – Он схватился за живот, чуть откинувшись на стуле, и громко заржал. – Видели бы вы сейчас свои лица.

Наверно, я все еще сидел с разинутым ртом, когда Моника треснула мужа по руке.

– Ты идиот, говорила же, что это дурацкая идея.

– Вы все знали? – опешил я.

– Надо быть слепой или бессердечной, чтобы не заметить то, что происходит между вами. Что бы это ни было.

– Ага, а еще Коди Декер видел вас двоих в Чикаго, придурок, – еще громче прохохотал Дэн.

– Кто это вообще? – Не помню этого парня.

– Неважно, – ответила Моника. – Не имеет значения, когда это началось, главное, что вы оба счастливы.

Она тепло улыбнулась мне, и этот взгляд сказал все за себя. Было понятно, что та узнала все уже тем летом, а мой звонок с просьбой позаботиться об Элли только подтвердил ее догадки.

– Так ты не против? – робко спросила Элли, глядя на брата.

– Конечно нет, – ответил Дэн, смотря в ответ с обожанием. Затем он перевел взгляд на меня. – Но это не значит, что не вышибу из тебя все дерьмо, если ты обидишь ее.

– Дэниел! – синхронно проголосили Кэтрин и Моника.

– Этого не случится. – Я был козлом, и обещать такое было по меньшей мере безрассудно, но всегда знал, что сделаю все для счастья своей девушки.

– Раз уж мы разобрались со всем, может, приступим теперь к обеду? – Чарли оборвал разговор, подняв бокал с вином. – Мы все очень счастливы, что вы счастливы, но я очень проголодался.

Взрыв хохота за столом пообещал, что новая глава нашей жизни будет лучше всех ожиданий.

– У меня для тебя два сюрприза, – прошептал я на ухо Элли, когда обед подошел к концу и мы закончили помогать на кухне.

Она подняла на меня свои огромные зеленые глаза, смущенно улыбаясь.

– Думала, что на День благодарения не принято делать сюрпризы. Тем более их сегодня хватило с лихвой.

Что правда, то правда. И все же я не мог дождаться ее реакции.

– Мне не нужен повод, чтобы дарить тебе подарки. И первый уже ждет тебя в моей машине.

Ее глаза озорно блеснули, и она резко развернулась на пятках, бросившись к выходу. Я рассмеялся ей вслед, пока шел по коридору.

– Не понимаю. – Девушка остановилась как вкопанная, уставившись на мой старый «Додж», который отец Майка подогнал к дому Пирсов. – Где твоя машина?

– Вот, – кивнул в сторону тачки. – Залезай!

Не говоря больше ни слова, открыл пассажирскую дверь, впуская в теплый салон морозный ноябрьский воздух.

– Чертовски холодно, детка, поспеши!

Элли запрыгнула в машину, я захлопнул дверь и обошел «Додж», дыша на замерзшие руки.

– Ну и где мой подарок? – спросила она, подпрыгивая на месте.

– Ты такая нетерпеливая, – одарил ее фирменной ухмылкой и завел машину.

Пока мы ехали к Шедоу Лэйк, я жутко нервничал, а Элли не переставала сыпать вопросами. Это изрядно веселило.

– На месте! – Остановился на нашем берегу, но не стал глушить мотор.

– Хочешь купаться в такой собачий холод? – Она прищурилась.

Протянув руку назад, вытащил небольшой сверток из-за ее сиденья и положил девушке на колени.

– Не сегодня. Открой!

Она несколько мгновений смотрела на мой подарок, потом подхватила его и принялась трясти коробку, взвешивая ее в руках.

– Тяжело. Что это? – неуверенно спросила Элли.

– Открой же! – не выдержал я.

Ее ловкие пальцы принялись рвать подарочную бумагу, пока сам с замиранием сердца наблюдал за процессом. Робость Элли вдруг вернулась, как только ее руки коснулись содержимого.

Она нажала на кнопку, и механизм под ее пальцами ожил.

– Не может быть! – воскликнула девушка, ее губы дрогнули. – Это что, шутка?

– Нет. Я починил ее.

Элли смотрела на свои колени, широко распахнув глаза. Потом осторожно повертела камеру в руках. Мне не хотелось мешать.

– Но как?

Я лишь пожал плечами, но даже не успел их опустить, когда девушка кинулась мне на колени и крепко обняла за шею, ее теплые слезы закапали на мою кожу.

– Эй, ты что, плачешь?

– Это ведь моя старая камера! Конечно, я