Двадцать два несчастья – 3 - Данияр Саматович Сугралинов

— Слушай, я так рад, что все выяснилось и ты не злишься…

— Но ты не забывай, у меня есть два желания, — хмыкнула Диана. — И ты сам сказал, что сделаешь, что я захочу. Или отказываешься?

— Почему это я отказываюсь⁈ — с деланым возмущением сказал я. — Ничего я не отказываюсь, раз должен желания, выполню. Так что говори!

— Я скажу сейчас только одно желание, — хихикнула Диана. — Второе оставлю на потом.

— Вот ты манипулятор! — засмеялся я.

— А то! — захихикала она. — Еще какой!

— Так что ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас приехал ко мне! — выпалила она в трубку. — Адрес я пришлю сообщением.

— Уже еду! — сказал я, размышляя, как бы завтра не идти в спа-салон.

Глава 21

Я летел как на крыльях. Не помню, как взбежал по ступенькам, перепрыгивая через одну. Осознал только, что открылась дверь, а Диана охнула и рухнула в мои объятия. Поцелуй был долгим и тягучим. Вселенная закружилась, а нас охватила дрожь.

— Подожди, постой, не здесь, — остановила мои руки Диана и, смеясь, потащила меня в квартиру.

Дверь захлопнулась, и мы прыснули от смеха. Если бы не Диана, мы могли бы заняться этим прямо на лестничной площадке — настолько нас обоих захлестывали страсть и взаимное притяжение.

— Иди сюда, — хрипло сказал я, потянув ее к себе.

— Подожди! — Она игриво хлопнула меня по руке и хихикнула. — Проходи в гостиную, я сейчас.

Она втянула меня в комнату. Я плюхнулся на диван, мое сердце стучало, как отбойный молоток.

Система сообщила о том, что со мной происходит на гормональном уровне, и я покачал головой: боже, я как мальчишка! Чувствовал себя старшеклассником в гостях у красивой одноклассницы с шансами на что-то большее…

Чтобы успокоиться и немного взять себя в руки, принялся рассматривать обстановку. Взгляд зацепился за открытый ноутбук с фотографиями. На снимках были сотрудники хирургии: смеющийся Рамиль Зарипов с бокалом, рядом с которым стояли веселые Диана и Эльвира с букетом цветов. На следующей фотографии Рамиль задувал свечи на торте.

И дата стояла воскресная, 2 ноября. День, когда я был с родителями на даче.

Вошла Диана.

— Тебе нравится? — спросила она и крутанулась, демонстрируя новое бордовое платье, подол которого взметнулся колоколом.

Но меня интересовало другое.

— Что это? — Я кивнул на фотографии.

— Вчера у Рамиля день рождения был, — отмахнулась Диана. — Он нас всех к себе домой пригласил.

— Домой?

— Ну да, — хихикнула она. — В гости.

— И ты пошла?

— Э… конечно, все же пошли. — Ее глаза сощурились, и она с вызовом спросила: — А что такого?

— Ты знала, как он ко мне относится? Какие вещи творит… и говорит за спиной?

— Ну… Извини, Сережа, это только между вами.

— Но ты знаешь его отношение ко мне?

— Конечно. Все знают, что между вами что-то произошло. Эльвира рассказывала. Но при чем тут это? Ко мне же он нормально относится. — Диана с недоумением посмотрела на меня.

Внутри словно перевернули ведро со льдом.

— Да уж… — только и смог сказать я. — Хорошие у тебя друзья, Диана. Если вы так близки с Эльвирой, может, она рассказала, как Рамиль ее шантажировал? И что заставил сделать со мной?

— Ты меня что, контролируешь? — охнула она и уставилась широко распахнутыми злыми глазами. А я понял, что слова мои ее даже не удивили. Значит, знала. Или Эльвира рассказала не всю правду.

— Я? Контролирую? — Я так удивился, что даже не нашелся с ответом. — Диана, каким образом я тебя контролирую?

— Ты решаешь, с кем мне дружить! — фыркнула она.

— Я тебе никогда ничего такого не говорил. Дружи с кем хочешь. Я даже не знаю твоих друзей, — пожал плечами я.

— Но Рамиль…

— Диана, еще раз: Рамиль Зарипов — мой враг. И ты прекрасно об этом знала, но… — Я мотнул головой. — Нет, не понимаю. В голове не укладывается, как ты, будучи моей девушкой, идешь домой в гости к моему врагу после… Если бы Эльвира сделала то, что он попросил, я бы сейчас сидел в СИЗО с обвинением в изнасиловании!

Диана потупилась. Сказать ей было нечего.

А я продолжил:

— Для меня это точка невозврата. Я считал тебя человеком из ближнего круга, где только родители и ты. А теперь понимаю, что поспешил…

— Сергей! — перебила она. — Ты перегибаешь!

— Дослушай, ладно? Диан, я прожил достаточно, чтобы понимать одну простую вещь: близкие люди — это те, кто учитывает твои интересы, даже когда тебя нет рядом. Ты знала, что он меня ненавидит, и все равно пошла к нему в гости. Это твой выбор, я его принимаю.

Я помолчал, глядя на ее растерянное лицо.

— Работать вместе мы, вероятно, еще будем, коллеги же. А вот в ближний круг я пускаю только тех, кому могу доверять полностью. Ничего личного, просто жизненный опыт. Общайся с кем хочешь, но не со мной.

С этими словами я развернулся и вышел из ее квартиры.

В спину донесся яростный крик:

— Сережа! Ну что за детский сад?

Это был не детский сад. Это был вопрос доверия, которого между нами не стало.

И я ушел.

Надеюсь, навсегда.

Сердце болело, причем не столько от разрыва, сколько от осознания простой вещи: она искренне не понимала, что сделала не так. И в этом, пожалуй, была главная проблема.

Большинство людей считают, что никто никому ничего не должен, и в девяноста процентах случаев они правы. Но оставшиеся десять касаются тех, кого ты сам впустил в ближний круг. Там другие правила, и, если человек их не чувствует интуитивно, объяснять бесполезно.

Диана — неплохой человек, просто мы оказались из разных систем координат. Что ж, полезный урок на будущее: прежде чем записывать кого-то в свою команду, стоит убедиться, что человек вообще понимает, что это такое.

Домой я вернулся в отвратительном расположении духа. Больно, когда теряешь любимых, но еще больнее, когда теряешь доверие. В лице Дианы я потерял и то и другое, поэтому