Тропа желаний - Маша Трауб

– Зачем? Ты со своими зубами дойдешь до гроба, – спокойно ответил дядя Салам.

– Да, но сделай, пожалуйста. Вдруг я проживу дольше, чем мои зубы? – попросила тетя Валя.

Дядя Салам пожал плечами и принялся за работу – делал слепки. Сослан сидел на стульчике и нюхал ватку, пропитанную нашатырем.

– Пап, зачем? – спросил он, когда тетя Валя ушла.

– Зачем человеку новый нос или другие уши? – ответил спокойно дядя Салам. – Если человек от этого станет счастливее, то хорошо. Я сделаю тете Вале новую челюсть. Пусть держит ее в стакане на тумбочке и любуется. Если ей так будет спокойнее встретить старость, я только рад. Да, бабушка ее очень страдала, и Валя страдала. Надо было перетирать всю пищу в пюре. Я уже ничем не мог помочь. Никто бы не помог. Если тетя Валя получит челюсть на крайний случай и будет этому рада, значит, мы сделали свою работу.

– Пап, нос может быть слишком большим, уши лопоухими, но зубы? Зачем хранить запасную челюсть в стакане с водой? – Сосик снова решил понюхать ватку с нашатырем.

– Ну, кому-то нужны аккуратные уши, а кому-то запасные зубы, – пожал плечами дядя Салам. – Тебе вот мозги запасные не помешали бы, но их еще не делают. А мне сердце и нервы, чтобы не умереть раньше срока, пока ты дело не примешь. Тетя Валя очень умная женщина, она тебя с рождения знает. Если думает, что ты справишься, я ей поверю. Пока, – заявил дядя Салам.

С тех пор у тети Вали на прикроватной тумбочке в стакане с водой лежала «запасная челюсть», которую ей сделал дядя Салам для спокойствия. Врач был прав: главная задача – успокоить пациента. Пусть и ненужной челюстью.

Тетя Тереза очнулась и огляделась. Опять ничего знакомого. Новый район, они появлялись все чаще. Наверное, надо вернуться к автобусной остановке, дождаться хоть какого-нибудь автобуса и вернуться в центр. Тетя Тереза посмотрела на часы – Коля пока не начал нервничать и в ближайшие два часа не начнет. Так что время есть.

И тут тетя Тереза увидела такси. У нее даже сердце замерло. Машина стояла на том самом месте, где всегда стоял дядя Артур. Разве такое может быть? Точно умом тронулась, поддалась воспоминаниям и принимает фантазии за действительность. Или это начало деменции? Нет, просто нервы. Она слишком хотела найти Григория и слишком сильно переживала, что не сможет это сделать. А там, в деревне, ее ждали Валя и Елена, Герда с Диной и Алик. Даже Дамира, которая вдруг решила им помочь. Но чего ждать от Нели? Она хоть и безобидная с виду, но ради Софы, дочери, обиды, мести, других чувств могла пойти на что угодно.

Тетя Тереза оказалась права. В тот момент, когда она увидела такси на том самом месте, где всегда парковался дядя Артур, в деревне тоже все вдруг оказались в прошлом. К счастью, ни тетя Тереза, которая мечтала хоть каким-нибудь способом вернуться в центр города, ни Коля, бегавший в поисках торта и игрушек, об этом не знали…

С чего начать? Когда Тереза вернулась, Валя с Леной уже ждали за накрытым столом.

– Рассказывайте, – сказала тетя Тереза, сразу догадавшись – что-то случилось.

– Нет, сначала ты, – попросила Валя.

– Когда он закричал: «Алик!» – Дина выбежала! – на кухне появился считавшийся давно уложенным в постель и спящим Алик.

– Дина всегда выбегает первой, когда зовут Алика, – дополнила сообщение Валя и замолчала.

Тереза молчала, не понимая, о чем речь.

– Когда тетя Валя зовет меня завтракать, бежит Дина, а потом зовет меня, – объяснил Алик. – Тетя Валя всегда Дину за это ругает. Говорит, что, когда позовет Дину, тогда она и должна прибегать. Но когда тетя Валя зовет Дину, иногда прибегаю я. Чтобы узнать, зачем зовет. А Герда бежит, когда зовут и меня, и Дину. Так что мы всех запутали! – гордо закончил речь Алик.

– Так, иди к Коле, – велела тетя Тереза. – Он вам что-то привез. Не знаю, кому именно. То ли тебе, то ли Дине, то ли Герде. Потом разберетесь.

– Ура! – воскликнул Алик и побежал во двор. Дина с Гердой побежали следом.

– Что у вас произошло? – потребовала объяснений Тереза.

Она сидела едва держа себя в руках. Больше всего на свете ей сейчас хотелось остаться одной, подумать. Но Валя, хоть и шутила, и бегала к плите, накладывая для нее ужин, была напряжена. Уронила кастрюлю. Елена молчала, смотрела на скатерть и водила пальцем по вышитому узору.

– И кто сюда заявился? – спросила Тереза. А что еще могло произойти? Только появление незваных гостей.

– Ой, Терезочка, тебе чай налить? Картошки еще положить? – запричитала Валя и уронила тарелку. Села и заплакала. – Я так испугалась, просто испугалась, – шептала она.

– Тетя Валя! – подскочил появившийся на пороге Коля. – Лена, где капли?

– Вот, выпейте. – Елена дала тете Вале капли и принялась убирать разбитую посуду. – Сюда мой муж приезжал, он нас все-таки нашел, – рассказывала она, пока подметала. Тоже плакала – от испуга, горя, отчаяния, но не хотела, чтобы Коля, Тереза и Валя видели ее слезы. – Тетя Валя молодец. Она его чуть с ума не свела. А Герда с Диной помогли. Да, тетя Валя? Вон вы какие герои сегодня! – Елена подошла и обняла тетю Валю. Та положила ей руку на голову, как кладут матери маленьким детям, будто защищая от всех бед и невзгод.

Как рассказала Елена, за воротами вдруг раздался крик. Звал мужчина. Елена была в доме с Аликом. Собиралась выйти во двор белье повесить, но дождь то накрапывал, то переставал. Они сидели в дальней комнате, Елена читала Алику книгу, собаки тоже были рядом. Когда она услышала голос, сразу все поняла. Ее муж, отец Алика.

– Это папа? – подскочил Алик. – Папа к нам приехал?

– Нет, это не папа, просто похожий голос, – едва дыша от ужаса ответила Елена. Она хотела выйти и предупредить тетю Валю, но ноги не слушались. Замерла от ужаса. Даже с места сдвинуться не могла.

Тетя Валя в это время была занята рассадой – ей хотелось сделать палисадник не хуже, чем у соседей, а то и лучше. Фиалки! Ни у кого на улице нет фиалок, а у них будут! Тетя Валя принесла свою рассаду – у нее росли удивительные фиалки. И фиолетовые, будто бархатные, и нежно-розовые, и голубые, с красивыми большими цветами. Тетя Валя никому, кроме Терезы, не показывала свои сокровища – из опасения, что цветы сглазят завистливые соседки. А теперь решила, что пусть их