Кофе еще не остыл. Новые истории из волшебного кафе - Тосикадзу Кавагути

Прошло семь лет. Теперь Хирай управляла гостиницей, и ее дело процветало.

– Я спросил у нее: «Почему вы решили отправиться в прошлое и повидаться с погибшей сестрой, хотя знали, что настоящее от этого не изменится?» Ее насмешил мой грубый и бестактный вопрос, а потом она ответила так: «Если бы после смерти моей сестры я продолжала жить в скорби, то это было бы результатом ее гибели. И тогда я подумала, что не допущу этого. Я поклялась себе, что обязательно буду счастлива. В память о моей сестре». Услышав это, я понял, что упускал из виду раньше. Я всегда думал, что, поскольку моя жена умерла, я никогда больше не должен быть счастлив.

Киоши замолчал и медленно перевел взгляд на подарок, который держал в руках.

– Вашей жены больше с нами нет, так? – тихо спросил Нагаре.

Киоши, кажется, твердо решил, что не будет портить всем настроение разговором на эту тему.

– Нет. Она умерла тридцать лет назад, – сказал он, пытаясь говорить с невозмутимым видом.

Услышав это, Казу переспросила:

– Получается, что подарок вы искали для вашей покойной жены?

– Да, – ответил Киоши и уставился в центр стола. – В тот день мы договорились встретиться здесь, но я не смог, потому что у меня была работа. Тогда еще не было мобильных телефонов, и она прождала меня до самого закрытия. А потом стала свидетелем уличного ограбления и погибла.

Он договорил и натянул себе шляпу на голову.

– Простите. Я не знал. Должно быть, я был невежлив с вами… – проговорил Нагаре, низко кланяясь. Теперь ему было не по себе, оттого что он так донимал Киоши вопросами о том, зачем ему нужно было отправиться в прошлое, чтобы вручить подарок.

Конечно, он не знал, что жена Киоши умерла, так что тут уже ничего не поделаешь. Но все равно корил себя за опрометчивость.

«Я поторопился с выводами, хотя должен был выслушать рассказ полностью».

– Ох, нет, нет. Напротив, это мне надо было с самого начала все как следует объяснить. Я прошу прощения за эту неразбериху.

Киоши поспешно поклонился.

– Все эти тридцать лет меня мучили угрызения совести. Если бы я сдержал обещание, моя жена не погибла бы. Все было бы иначе, но…

Он замолк и медленно перевел взгляд на Казу.

– Как бы сильно я ни горевал, мертвых не воскресишь.

Слова Киоши так тронули Нагаре, что он широко распахнул глаза. Хозяин кофейни перевел взгляд на Казу.

Кажется, он хотел что-то сказать, но никак не мог решиться. Казу смотрела на женщину в платье. Киоши с нежностью глядел на коробку, в которой лежала цепочка.

– Вот я и решил сделать своей жене подарок, пока она была жива, – тихо сказал он.

Донг, донг, донг…

Часы на стене пробили восемь раз, и этот звук эхом отозвался в кофейне.

Киоши поднялся.

– Пожалуйста, позвольте мне вернуться в тот день, когда моя жена была еще жива. Я хочу оказаться на ее последнем дне рождения тридцать лет назад, – сказал он с низким поклоном.

Но Нагаре все еще оставался мрачен.

– Киоши, тут такое дело… – начал он. Нагаре говорил с трудом и явно не знал, какие слова подобрать. – Тут… Понимаете… Ну, в общем…

Киоши склонил голову набок, глядя на Нагаре. Первой заговорила Казу, и ее лицо было, как всегда, непроницаемо.

– Видите ли, в силу некоторых обстоятельств больше нельзя вернуться в прошлое, когда я наливаю кофе, – заявила она.

Хотя Нагаре эта ситуация явно казалась неловкой, Казу говорила как ни в чем не бывало. Она словно просто объявила о том, что сейчас подадут обед.

– Ох…

Кажется, Киоши был поражен.

– Что ж, если так… – пробормотал он и медленно закрыл глаза.

– Киоши…

Он повернулся к Нагаре, который начал ему что-то говорить.

– Нет-нет, все в порядке… Я сразу почувствовал сегодня, как только пришел, что все как-то не так, – сказал Киоши с улыбкой. – Это, конечно, большое разочарование, но тут ничего уж не поделаешь, верно?

Киоши изо всех сил старался не выдать своего огорчения. Он блуждал взглядом по комнате, пытаясь не смотреть никому в глаза. С его стороны было бы разумно узнать, почему у него не получится вернуться в прошлое, но он не стал этого делать. Наработанная за столько лет интуиция детектива подсказывала ему, что ответа он в любом случае не получит, так что нечего и суетиться. Киоши больше не хотелось напрасно тратить время. Он вежливо кивнул.

– Ну что ж, вам пора закрываться, – сказал он и потянулся к застегнутому портфелю, чтобы положить в него свой подарок на день рождения.

Как вдруг…

Хлоп!

Женщина в платье так громко закрыла свой роман, что по комнате прокатилось эхо.

– Ой, – невольно воскликнула Казу.

Женщина в платье медленно поднялась и ушла в туалет в полнейшей тишине. Стул был свободен. Тот, кто теперь сядет на него, может оказаться в любом времени, в каком только пожелает. Кио-ши теперь невольно думал только об этом стуле. Но потом он вспомнил. Никто не нальет ему кофе.

Обидно, но что толку сожалеть о том, что не в состоянии изменить.

– Ну, тогда я, наверное, пойду, – Киоши поклонился Казу и Нагаре и повернулся, чтобы уйти из кофейни.

– Киоши, подождите, – позвал его Нагаре. – Пожалуйста, отдайте своей жене этот подарок.

У Киоши на мгновение появилось озадаченное выражение лица, когда он услышал, что сказал Нагаре.

– Но ведь Казу не может наливать кофе, так что это невозможно.

– Возможно.

– Простите, но что вы имеете в виду?

За последний год Киоши стал прекрасно разбираться в тонкостях правил возвращения в прошлое. В том числе он усвоил, что только женщины из семьи Токита могут наливать тот кофе, который помогает вернуться назад во времени.

– Пожалуйста, подождите минутку, – сказал Нагаре, исчезая в задней комнате.

Когда Киоши озадаченно посмотрел на Казу, она спокойно сказала:

– Я не единственная женщина из семьи То-кита.

«Неужели есть еще одна девушка в этой кофейне, которую я никогда не встречал?»

Пока Киоши пытался сообразить, кто бы это мог быть, он услышал, как Нагаре говорил кому-то в задней комнате:

– Давай-ка поживее!

Потом он услышал другой голос:

– Наконец-то настала очередь moi!

Это был голос маленькой девочки, и звучал он как-то необычно.

– Ох… – вздохнул Киоши. Он узнал, кто это.

– Благодарю за ожидание, месье! – громко сказала Мики, входя в кофейню. Киоши думал, что только взрослые могут подавать кофе.