Город - Екатерина Береславцева

– А до кого?

– А к ней подруга какая-то приехала, из Америки.

– К ней? То есть она у нас остановится??

– Не, она в гостинице поселилась, и Тоня к ней побежала. Ещё утром. А ты сама понимаешь, мам, человеку, который сто лет не был в Москве, есть куда сходить и что посмотреть. Так что бабушка наша как минимум на неделю для нас потеряна!

– Ты собираешься неделю дома продержаться?

– А я пока не решила, мам, – Элли хитро прищурилась. – Как пойдёт!

– И в кого ты такая продуманная, а, дочь моя?

– Ты сама ответила на свой вопрос, мама! Ну что, жахнем по тарелке яичницы?

– Жахнем! Сейчас только руки помою и звонки проверю, может быть, что-то срочное…

– Жду!

Так, что у нас тут? Несколько звонков от заказчиков, два от Кето, но ей я уже звонила из редакции, один от Артёма – а этому что нужно? – и один незнакомый. Кажется даже, не московский.

Вообще-то обычно на иногородние номера я не перезваниваю. А тут перезвонила. Сама не знаю, почему. Будто изнутри что-то торкнуло, я и не устояла.

– Здравствуйте, вы мне звонили…

– Изольда! Голубушка моя!

– Извините, я не совсем…

– Это же я, Светлана! Из Арбузова!

– Из Арбузова? – чуть не задохнулась я.

– Да! Вспомнили? Вы у нас останавливались, точнее, у моего брата Васеньки…

– У Васеньки… Да-да, конечно, помню! Как вы живёте, Светлана?

– Мы хорошо, отлично живём! Свадьбу сыграли…

– Поздравляю… – в сердце у меня будто один сосуд разорвался. – И как молодые? Счастливы?

– А то! – она радостно рассмеялась. – Ходят, как голубки, за руки держатся. И я рада. Зять у меня что надо оказался!

– Зять? – оторопела я. – Почему зять?

– А как же ещё называется муж дочери? – удивилась она. – Зять, конечно.

– Так вы дочь замуж выдали??

– А я вам о чём толкую? Сашеньку свою, солнышко ясное! Думать не думала, что так рано выскочит, а вот поди ж ты… Ну да что теперь говорить… А вы-то как, голубушка? Вспоминаете нас или нет?

– Вспоминаю, Света. Ещё как вспоминаю, – выдохнула я. – Дня не проходит, чтобы не думала…

– Правда? – она, кажется, обрадовалась. – Так приезжайте! У нас сирень цвести начала, весь Арбузов разукрасила. Благодать!

– Сирень? – ахнула я. – Это мои любимые цветы…

– Вот и приезжайте, Изольда!

– Светлана, а как ваш брат поживает? – после паузы всё-таки спросила я. – Он… у него всё хорошо?

Про Лику я спрашивать не могла. А вдруг он её ещё с сестрой не знакомил? Кто его знает, как у них там сложилось…

– Извините, Изольда, меня зовут… Так вы приезжайте, приезжайте!

Она отключилась, оставив меня в некотором недоумении. Зачем, спрашивается, звонила? Странно…

– Мам, ну ты там чего застряла?

– Иду, доченька, иду…

– …Представляешь, каково мне это было выслушивать? И от кого? От Лильки! Мам, да ты меня не слушаешь совсем!

– Почему? Слушаю…

– Откуда я знаю, почему? – Элли озадаченно смотрела на меня. – Да что с тобой, мамуль? О чём ты думаешь?

– Элли, слушай, а ты не хочешь со мной поехать?

– Куда? – она даже испугалась. Моего взбудораженного тона, наверное.

– В Арбузов! Завтра!

– Завтра? Я? С тобой? Ой, мамочки…

– Ну, если ты не хочешь…

– Хочу! Мечтаю просто! Мама!!!

Она бросилась мне на шею, смахнув со стола чашку, и замерла.

– Ну что ты молчишь, дурочка? – я погладила её по пушистым волосам.

– Боюсь счастье спугнуть! Ты правда меня возьмёшь?

– Разве я тебя когда-нибудь обманывала?

– А помнишь, с котёнком?

– Ну, нашла что вспомнить! Да вовсе и не я его брать не захотела, а Тоня.

– Ага, а ты даже словечка в защиту бедняжки не произнесла! Хотя обещала, что купишь мне кота!

– Но потом-то мы тебе купили! Породистого!

– Потом…

– Так я не поняла, ты едешь со мной или ещё какие-нибудь грешки вспоминать будем?

– Еду! – она отстранилась и посмотрела на меня серьёзными глазами. – Я так мечтала, что ты когда-нибудь меня с собой возьмёшь!

– А почему не говорила, глупенькая? – мой голос дрогнул.

– Ну так… – она пожала плечами и улыбнулась. – А что мы родственницам соврём?

– Что тебе нужно тепло и фрукты! – быстро выпалила я. – А то сколько можно, третий раз за год ангина?!

– Гениально, маман! Так я пойду собираться?

– Валяй, Элли-путешественница!

– Идём дорогой трудной мы в город Изумрудный!

Подпрыгивая и громко выкрикивая слова песни, она помчалась в спальню. Кажется, у девочки совсем нет слуха…

Как я прожила этот год, не знаю. Вроде бы что-то делала, куда-то ходила, Элкой занималась, книжку дорисовала для Тани, но внутри будто пружина сжалась, которая не давала ни дышать, ни думать. Даже во сне не приходило облегчение. А сны такие снились, что просыпалась я порой в слезах и долго потом в себя не могла прийти. Арбузов виделся мне в грёзах, и ночью и днём, и никак его черты забываться не желали. А там, где Арбузов, – там и Матвей. Его лицо, его аромат преследовал меня постоянно, даже время не способно было разрушить это очарование.

Не бойтесь очарования… Врал старик, оказывается. Надо бояться, ещё как надо! Иначе жизнь потом мучением и бесконечным страданием покажется!

Глава 2

– Темните вы что-то, девки!

– Ты о чём, ба? – Элли посмотрела на Тоню таким взглядом, что даже я засомневалась в её неискренности. Вот это актриса!

– Жаль, спешу я, меня Сонька ждёт, а то разобралась бы с вами!

– Куда вы с ней сегодня, бабуль?

– Она требует отвести её в нашу чебуречную, а как я ей объясню, что той чебуречной на свете уже нет?

– Как будешь выкручиваться, ба? – деловым тоном спросила Элли.

– Это вам бы всё выкручиваться, молодым! – повысила тон Тоня. – А у нас правильные понятия о жизни. Придумаю что-нибудь по дороге, хе-хе.

– Ну, ба, у тебя только поучиться можно! – расхохоталась Элли. – Тогда приветы своей Соньке, пардон – Софье Юрьевне, и до встречи в эфире!

– Слушайся свою мать, детка! Но не забывай, что она тоже может быть не права!

– Ба! – ахнула девочка. – От тебя ли я это слышу! А как же родительский авторитет и всё такое?

– Старею, наверное, – кокетливо поморгала ресницами бабуля и повернулась к двери.

Осанке нашей восьмидесятилетней старушки могла позавидовать любая девчонка!

Мама с тёткой Агнешкой медленно выплыли из спальни. Опять всю ночь кроссворды разгадывали, небось!

– А вот и наши умницы и умники пожаловали! Хорошо, хоть успела поглядеть на собственных дочерей! Кто рано встаёт, тому Бог даёт, слыхали такую пословицу, клуши?

– Ну, мам!

– Вот потому добра