Разговоры о (не)серьезном - Юлия Поселеннова

Скажу честно, я их померила. И они подошли настолько идеально, будто кто-то шил их специально для меня. Я очень не хотела, чтобы хозяйка нашлась, и она не нашлась ни через неделю, ни через две. На посте не было ни одного комментария о том, что это мои перчатки, только о том, что они симпатичные. Я решила, что это судьба и начала их носить. Как раз начинался апрель и такие тонкие перчатки идеально грели руку, не давая ей перегреться.

Самое интересное началось с того момента, как я начала их носить. На меня стали обращать внимание мужчины: вот прямо разных возрастов, комплекций, компетенций и профессий. Одни говорили мне комплименты, другие пытались познакомиться, улыбались на улице и в офисе. Ничего не изменилось — я как была довольно обычной среднестатистической барышней, так и оставалась, но какие-то невидимые флюиды начали исходить от меня, привлекая внимание.

А вот девушек на работе я начала бесить. Вычурная, фигуристая Дарья не упускала момента, чтобы не задеть меня:

— Ой, а кто такой нарядный сегодня пришел? Кажется, ты ограбила секонд-хенд.

Я хотела ответить, но ее ухажер, наш маркетолог Олег, тут же за меня заступился:

— Не всем же помойки грабить, милая. Я все понимаю, но, кажется, твой свитерок давно подлежит эвакуации. Если б не Оля, никогда бы тебе не сказал.

Даша скривилась так, будто разом проглотила лимон с чесноком, занюхнув это все нашатырем, но промолчала, так как Олег собирался взять ее на море, и уже купил путевку.

В общем, вся мужская половина офиса оказывала мне всяческие знаки внимания, предлагая даже сделать за меня отчеты, а женская язвила, не успокаиваясь ни на минуту.

Поняв, что на меня таки можно обратить внимание, и я не потеряна для мужского общества — я начала смотреть за своим гардеробом и внешним видом, и уже не позволяла себе прийти в дырявой футболке с пятном от кетчупа, пусть и не заметным простому глазу. Перестала носить прическу — «швабру дома я забыла, буду мыть пол головой», да и маникюр, наконец, стала делать, пусть и самостоятельно. Да и женские колкости научили меня шевелить языком в нужном направлении, то есть думать, что говорю и отвечать на выпады.

Происходило что-то сказочное, я менялась на глазах: из забитой 30-летней серой мыши я начала становится леди. Я и не заметила, как прошел месяц и скоро должен был быть мой день рождения.

И только один человек не изменил своего отношения ко мне, и, как назло, это был именно тот человек, к которому я всегда питала симпатию — наш программист Леша. Он как бурчал мне при встрече что-то между «Привет» и «Ну тебя», так и продолжал, как будто эти непонятные чары на него не действовали.

Прошли майские праздники, а я все продолжала иногда надевать перчатки. Я смутно чувствовала, что они — причина моей трансформации, хотя, может, я поехала крышей.

Когда мы собрались в офисе отмечать мой день рождения, только Леша остался сидеть в своем углу. На меня сыпались комплименты, девушки уже не решались сказать мне в лицо обидные слова, и просто смотрели на меня, как немецко-фашистский захватчик на куриные яйца. Я взяла кусок торта и направилась к Леше.

— Будешь? — тихо спросила я.

— Не люблю сладкое, — пробурчал он, и продолжил возиться со своей работой.

— А, может, это потому, что ты не сладкое не любишь, а меня? — выпалила я и покраснела.

Он поднял глаза, сначала хотел ответить что-то гневное, но потом тоже покраснел и сказал:

— Как раз наоборот. Тебя-то, как раз, я давно люблю, еще когда ты пришла к нам пять лет назад. Только ты всегда такая в себе была, только о работе разговоры, я думал, я тебя бешу, и не признавался. Вот жеж блин, сказал все-таки. — Он опустил глаза и как-то весь сжался.

А я медленно поставила тарелку с тортом на его стол, подошла, наклонилась и поцеловала его. Мужчины нашего офиса начали аплодировать.

Мы уже год вместе, собираемся играть свадьбу. А перчатки я потеряла на следующий же день, так и не поняв, куда они делись. Легко пришли, легко ушли. Перчатки, принесшие мне любовь, перчатки, меняющие хозяина.

Два полюса

Вот есть ровные люди — не в плане не косые, не кривые, а ровные по настроению. Случилось плохое — горюют, хорошее — радуются. Но среди моих знакомых такого нет — там либо все в плюс, либо в минус. Либо счастье всей жизни, либо трагедия ее же.

Вот есть у меня подруга, назовем ее Жанна, ведь для такого солнечного оптимиста подходит что-то экзотическое. Так вот, в один день ее бросил парень, уволили с работы и не дали кредит. а кредит нужен был на машину, которая очень необходима Жанне, так как живет она в такой Тьмутаракани, что из нее общественным транспортом можно добраться, только если ты обладаешь 32, нет, не зубами, часами в сутках.

Сидим мы с ней на кухне. Казалось бы, сейчас ей выдавливать в рот огромными порциями взбитые сливки, запивая водкой и таблетками от стресса, а она радостная чаек попивает.

— Работу давно сменить хотела, смелости не хватало с места насиженного уйти. А парень, знаешь, что самое смешное — он все забрал, все подарки, и даже мешок картохи, который принес на зиму. Я говорю: ну картошку-то оставь! А он: еще чего, я на нее заработал. Вот такой мелочный мужик оказался. Я радоваться должна, что не вышла за него замуж и детей не понарожала. А то оставил бы он нас одних на зиму без картошки.

Сидит, и смеется, зараза. Как ни в чем не бывало. И действительно, через пару дней находит работу, в другом банке берет кредит, ну а личная жизнь — она же так быстро не строиться, отойти надо от мешка-то с картошкой.

А вот другая подруга, назовем ее, Лена, наоборот. Звонит мне в слезах. Я уже думаю — пожар, крыша рухнула, хомячок любимый помер. Нет, у нее вскочил прыщ на губе, а у нее собеседование.

— Как я пойдууууу, они сразу подумают, что я бомжихааа, за собой не ухаживаююююю.

— Лена, им нет никакого дела до твоего прыщика,