Я взлечу - Энджи Томас

– Какие шансы? Шансы, что меня будут валять по полу, как тряпку?

– Шансы на достойное будущее! – Джей перекрикивает меня и глубоко вздыхает. – В жизни будет еще много Лонгов и Тэйтов. Как бы я хотела, чтобы их не было. Главное, никогда не позволяй им лишать тебя будущего. Разок дашь слабину, и они возьмут верх. Понимаешь?

Я-то ее понимаю, а вот она меня? Мы с ней долго не произносим ни слова.

– Если бы… если бы только мне было по карману дать тебе хоть какой-то выбор… Но выбора у нас нет. Особенно сейчас.

«Особенно сейчас».

– Что случилось?

Джей ерзает в кресле:

– С чего ты взяла?

– Мисс Кларк звонила в церковь. Ей сказали, что ты там больше не работаешь.

– Брианна, мы не будем обсуждать…

Господи.

– Тебя уволили, да?

– Только временно…

– Тебя уволили? – повторяю я.

Она сглатывает:

– Да.

Черт. Только не это.

Только. Не. Это.

– Во время протестов разрушили детский сад при церкви, и страховая компания отказалась возмещать ущерб, – отвечает Джей. – Пастору и совету старейшин пришлось ужимать бюджет, чтобы оплатить ремонт, и меня сократили.

Охренеть.

Я не тупая. Джей делает вид, что ничего страшного не случилось, но у нас и так проблемы. Нам уже отключили газ. Месяц назад пришло предупреждение о выселении. Джей тогда убила на аренду почти всю зарплату, и до следующей мы жили на бутербродах.

А теперь ее уволили, и зарплаты больше не будет.

А значит, черт знает сколько не будет газа.

Потом не станет еды. И дома. А что, если…

– Бри, малышка, не волнуйся, – говорит Джей. – Бог не даст нам пропасть. – Ага, этот бог мог бы и помешать пастору ее уволить, он же в церкви главный. – Я уже хожу на собеседования, – продолжает она. – Как раз с одного ушла, когда из школы позвонили. И подала на пособие по безработице. Негусто, но лучше, чем ничего.

Уже и это успела?

– И давно тебя уволили?

– Это не имеет значения.

– Нет, имеет.

– Нет, не имеет, – повторяет Джей. – У нас с Треем все под контролем.

– То есть Трей в курсе?

Джей несколько раз открывает рот и снова закрывает.

– Да.

Ну конечно. Когда нам отключили газ, Трей знал заранее, что его отключат. А я поняла, что случилось, только когда проснулась от холода. Когда прислали уведомление о выселении, Трей тоже был в курсе, а я случайно подслушала их разговор. Хорошо бы действительно не волноваться, но не получается. Такое чувство, что Джей не слишком доверяет мне, раз не сообщает важные новости. Как будто думает, что я слишком молодая и не смогу их принять.

Я же как-то приняла то, что ее несколько лет не было рядом. И вообще я не такая хрупкая, как ей кажется.

Джей паркуется перед нашим домом, за подержанной «Хондой Цивик» Трея, и поворачивается ко мне. Я смотрю в окно.

Ладно, может, я все-таки немножко незрелая. И что?

– Я понимаю, что ты волнуешься, – говорит она. – Дела в последнее время идут не слишком гладко. Но все наладится. Когда-нибудь. Как-нибудь. Надо просто верить, – и тянется погладить меня по щеке.

Я уворачиваюсь и открываю дверь.

– Пойду пройдусь.

Джей хватает меня за локоть:

– Брианна, постой!

Меня начинает трясти. Я, значит, беспокоюсь, потому что у нас большие проблемы, а она говорит – надо верить?

– Отпусти, пожалуйста.

– Нет, малышка, не отпущу, пока мы не поговорим. Сегодня был трудный день.

– Я справлюсь.

Она ведет большим пальцем по моей руке, будто хочет выжать из меня слезы.

– Неправда. И ничего постыдного в этом нет. Помни, что не всегда нужно быть сильной.

Может, и не всегда, но сейчас точно нужно. Я вырываю руку.

– Я справлюсь.

– Брианна…

Я надеваю капюшон толстовки и ухожу по тротуару прочь.

Иногда мне снится, что я тону. Непременно – в огромном синем океане, очень глубоком – дна не видать. Но я говорю себе, что не умру, даже если легкие заполнятся водой и я уйду на глубину. Я буду жить. Потому что я так сказала.

И вдруг оказывается, что я могу дышать под водой. Могу плыть. И вот океан уже не такой и страшный. Он прикольный. Я даже могу им управлять.

Но я тону наяву, и это совершенно неуправляемо.

Шесть

Социальный жилой комплекс «Кленовая роща» – это совсем иной мир.

Я живу в восточной части Сада, у нас дома выглядят чуть лучше, их владельцы чуть постарше и выстрелы слышно не так часто. «Кленовая роща» от нас в пятнадцати минутах хода на запад. Бабушка называет эту часть района грязными трущобами. Их чаще показывают по телевизору. В большей части домов на вид вообще жить невозможно. Но сравнивать наши кварталы – все равно что сравнивать разные стороны Звезды Смерти, типа одна безопаснее другой. И там, и там все равно Звезда Смерти.

«Кленовая роща» – это шесть трехэтажных домов так близко к шоссе, что, тетя Пуф говорила, раньше они с приятелями поднимались на крышу и кидали камни в машины. Вот засранцы они все. Раньше был еще седьмой дом, но несколько лет назад сгорел, и администрация не стала его ремонтировать, а снесла совсем. Теперь на его месте заросший травой пустырь. Там любят играть дети. Детская площадка – для наркоманов.

– Че как, мелкая Ловорезка? – кричит мне мужик из обшарпанной машины, когда я иду через парковку. Первый раз его вижу, но все равно машу. Как бы ни сложилась моя жизнь, я всегда буду дочерью своего отца.

Жаль, что его нет с нами. Может, будь он жив, я бы сейчас не думала, как нам прожить без зарплаты Джей.

Вот честно, у нас никогда не бывало все нормально. Всегда что-то не так. Или еды мало, или что-то отключают. Всегда. Обязательно что-то будет не так.

А еще у нас нет никакой власти. Только задумайтесь. У огромной кучи незнакомых мне людей куда больше возможностей управлять моей жизнью, чем у меня самой. Если бы какой-то Король не убил отца, он стал бы мегапопулярным рэпером и у нас бы всегда были деньги. Если бы какой-то наркоторговец не продал маме первую дозу, она бы уже закончила университет и работала на нормальной работе. Если бы коп не застрелил того парня, не было бы протестов, не сожгли бы детский сад и Джей бы не сократили.

Все эти левые люди вертят моей жизнью, как господь бог.

Пора забрать у них эту власть.

Надеюсь, тетя Пуф меня научит.

Прямо на меня несется на велике парень в джерси «Селтикс» поверх толстовки. Волосы заплетены в дреды и украшены прозрачными бусинами. Он жмет на тормоз всего в паре сантиметров от меня. Реально в паре.

– Эй, чувак, ты меня чуть не сбил!

Джоджо фыркает:

– Не гони, не сбил бы.

Ему точно не больше десяти. Они с мамой живут прямо над квартирой тети Пуф. Он непременно заговаривает со мной каждый раз, как я сюда захожу. Тетя считает, что он в меня втюрился. Вряд ли, мне кажется, ему просто поговорить не с кем. А еще он сладости клянчит. Вот и сегодня:

– Бри, а у тебя есть гигантский «скитлс»?

– Ага, два доллара.

– Целых два? Это охренеть как дорого.

У этого мелкого засранца к джерси приколота нехилая стопка денег – по ходу, у него день рождения, – и ему еще хватает наглости жаловаться на мои расценки?!

– Во-первых, не выражайся, – отвечаю я. – Во-вторых, в магазинах цена точно такая же. В-третьих, чего это ты не в школе?

Джоджо приподнимает переднее колесо.

– А ты почему не в школе?

Справедливо. Я снимаю рюкзак.

– А знаешь, раз уж у тебя сегодня день рождения, я разок пойду против своих принципов и отдам тебе пачку даром.

Как только «скитлс» оказывается у Джоджо в руках, он тут же раздирает упаковку и насыпает себе полный рот.

– И что надо сказать? – наклоняю я голову.

– Спасибо, – с набитым ртом отвечает Джоджо.

– М-да, над твоими манерами еще работать и работать.

Я захожу во дворик, Джоджо тащится за мной. Под ногами сплошная грязь, потому что все паркуют свои машины как попало. На капоте одной из машин сидят тетя Пуф и ее кореш Жулик. У него одна сторона головы в дредах, а на второй афро, как будто он заплелся наполовину и пошел искать дело поинтереснее. С него вполне бы