После нас - Андрей Грешнов

Гости стали рассаживаться по автомобилям. Генерал Ходайдад, который в результате частого общения со мной и Алексеем Миловановым уже освежил в памяти свой русский словарный запас, отдал приказ управделами министерства всячески опекать «товарища Андрея» и посадить его вместе с собой. Колонна из примерно тридцати внедорожников «Тойота» и полицейских пикапов «Форд Рэйнджер» пылила по разбитой грунтовой дороге вдоль изумительной по красоте бурной горной реки Кокча. Во время движения начальник службы безопасности города, в машине которого я оказался, то и дело связывался по рации и сотовому телефону с водителями автомобилей колонны, своими сотрудниками, которые мастерски отсекали проезжавшие мимо машины от нашего конвоя. После 20 минут тряски по ухабам мы прибыли к зданию управления национальной безопасности провинции, рядом с которым располагалось большое зеленое поле, где была разбита выставка достижений народного сельского хозяйства и установлены гостевые трибуны.

Ни одно действо в Афганистане не проходит без торжественной части и длительных выступлений, а потому я ретировался с трибуны на лужайку, чтобы произвести фотосъемку горных кишлаков, раскинувшихся в отрогах гор. Но уже через пять минут начальник пресс-службы министерства по борьбе с наркотиками прибежал и сообщил, что генерал хочет, чтобы «товарищ Андрей» сидел на трибуне рядом с ним. Делать было нечего, и пришлось лезть по ступенькам обратно на трибуну. В первых рядах сидели экс-президент страны и духовный лидер афганского джихада Бурхануддин Раббани, руководивший партией «Исламское общество Афганистана», боевики которой воевали против советских войск в 80-е, генерал Ходайдад, сражавшийся с ними в то же время в долине Панджшер, губернатор Бадахшана Монши Абдул Маджид, в прошлом тоже видный полевой командир гульбеддиновской «Исламской партии Афганистана». Бывшие «моджахеды» и «коммунисты» иногда работали рука об руку. Битва с талибами, которая до сих пор не закончилась, разрушенная экономика и общий хаос, царивший в измученной войной стране, сделали их в некотором роде союзниками. Они если и не любили друг друга, то сотрудничали довольно плотно.

Охрана мероприятия была внушительной: немецкий спецназ, вооруженные бойцы ГУНБ, полиция и личная охрана генерала Хойдайдада. Все они зорко следили за гостевой трибуной и смотрели через оптику винтовок и автоматов на горные склоны. Накануне министр по борьбе с наркотиками в беседе со мной сообщил, что в обмен на прекращение посевов наркосодержащих растений его ведомство в координации с другими министерствами оказывает разнообразную помощь крестьянским хозяйствам провинций. В первую очередь это касается тех регионов Афганистана, которые свели посевы опиумного мака к нулю.

— Важно, чтобы люди нам поверили, увидели, что за нашими словами стоят реальные дела, что мы не бросим их погибать от голода и невзгод, заставив отказаться от посевов опиумного мака. Мы будем претворять в жизнь широкомасштабные программы с большим бюджетом в тех регионах, где дурман больше не растет. Это помощь сортовыми семенами зерновых культур, удобрениями, сельхозтехникой, строительство электростанций, восстановление инфраструктуры. Крестьяне должны сеять хлеб, а не опиумный мак, — сказал Ходайдад, по словам которого, сельскохозяйственная выставка в Бадахшане как раз и должна была этому способствовать.

Открывший митинг губернатор Бадахшана заявил, что цель проведения выставки — обмен опытом между крестьянскими хозяйствами различных уездов, где больше не растет опиумный мак.

— Мы должны общими усилиями вызволить крестьян из нищеты, побороть безработицу, а для этого необходимо целевое международное сотрудничество. То, что сделано в этой связи, — капля в море. Двух-трехмесячные проекты в области восстановления сельского хозяйства недостаточны. Нужны огромные перемены, которые могли бы переломить негативные тенденции, нужны многомиллиардные инвестиции для осуществления долгосрочных проектов и программ, — отметил губернатор и бывший моджахед. — Почему бы не построить здесь мощную гидроэлектростанцию, такую как в Наглу? Почему бы не начать разработку существующих здесь десятков месторождений полезных ископаемых? Это помогло бы трудоустроить сотни тысяч жителей провинции, способствовало бы развитию сельского хозяйства региона. Если у нас будут свои лаборатории, свои улучшенные посевные семена, которые не придется импортировать из-за рубежа, то крестьяне встанут на ноги, — продолжил Маджид.

По мнению губернатора, доходы от осуществления этих проектов должны оставаться в провинции, а не уходить в центр.

— На месте мы лучше понимаем, куда и каким образом потратить эти средства, из центра это не всегда видно, — заявил он, призвав центральное правительство выполнить свои обещания и начать широкомасштабные проекты реконструкции экономики и сельского хозяйства Бадахшана и не обманывать людей. Губернатор отметил, что в 12 уездах провинции наркосодержащих растений больше нет, проблемным остается лишь один горный уезд, где в настоящее время проводится активная агитационная работа среди крестьян.

В свою очередь, Бурхануддин Раббани, чье выступление было встречено бурными овациями, сказал, что только военное присутствие международного сообщества в Афганистане делу не поможет и что лишь большие инвестиционные программы могут вызволить народ из нищеты и голода.

— В Бадахшане и ряде соседних провинций положение бедственное. Почему нам не хватает пшеницы? Причина этого кроется в терроризме, братоубийстве. Аллах даровал человеку искусство сельского хозяйства, завещал следить за ним и любить его. Но как только в наш дом пришла война, за ней сразу же пришли нищета, разруха и голод. Международное сообщество должно помочь Афганистану и протянуть руку помощи Бадахшану, — сказал он.

Генерал Ходайдад рассказал участникам выставки и гостям, что раньше Бадахшан занимал второе место в Афганистане по количеству производимых наркотиков, но сегодня стал третьей по счету афганской провинцией, отказавшейся от посевов наркосодержащих растений. По словам министра, в 20 афганских провинциях опиумный мак уже расти не будет.

— Президент Карзай уже выделил провинции полтора миллиона долларов в виде премии за отказ от выращивания наркосодержащих растений. Еще полмиллиона выделило министерство по борьбе с наркотиками. Этого пока мало, но наш план состоит в том, что Бадахшан уже в этом году получит на осуществление крупных восстановительных программ экономики шесть миллионов долларов, через год 50 миллионов долларов, а еще через год 150 миллионов, — сказал Ходайдад.

Престарелый «духовный лидер афганского джихада» Бурхануддин Раббани разрезал красную ленточку, и сотни гостей вслед за ним и генералом Ходайдадом хлынули в выставочные палаты. В небольших павильонах каждого уезда провинции было выставлено все то, чем гордились бадахшанцы: изделия из камня и самоцветов, одежда из войлока и верблюжьей шерсти, включая теплые зимние накидки и национальные шапки — «паколи», обувь, ковры и ковровые изделия, сельскохозяйственные машины и орудия для обработки земли, прялки и многое другое. Отдельные тематические павильоны выставки были посвящены земледелию, овощеводству, пчеловодству и производству специй. Громадные, размером с небольшую дыню, головки красного репчатого лука привлекли внимание всех посетителей выставки, которые брали их в руки, охали, нюхали и фотографировали. На стендах сельхозлабораторий, созданных в провинции при содействии министерства по борьбе с наркотиками, USAID и Минсельхоза, в стеклянных пробирках зеленели ростки побегов улучшенных и морозостойких сортов зерновых и бобовых культур. Отдельные разделы в экспозиции были посвящены наглядной агитации: на плакатах мозолистые крестьянские руки были связаны стеблями опиумного мака, а надписи под ними призывали трудящихся бросить производить героин и начать выращивать для себя еду.