Работный дом - Чжоу Мо

– И с императрицей все по-прежнему неясно…

Чуньван отправил ей в рот новую ложку с лекарством:

– Что ты все время беспокоишься о других? Лучше позаботься о себе, сосредоточься на выздоровлении.

Девушка поперхнулась и сердито ответила:

– Ну уж я-то не собираюсь умирать!

– Конечно нет, – заверил ее юноша. – Ты должна будешь отплатить мне за каждую ложку каши, которой я тебя кормил. Поэтому ты не можешь умереть, не вернув мне долг!

Вэй Инло рассмеялась:

– Ты теперь управляющий! Зачем тебе нужно требовать с меня долг?

Евнух помешал кашу в миске и сказал с усмешкой:

– Таких управляющих, как я, в Работном доме восемь человек, неужели ты думаешь, что я остановлюсь на достигнутом?

Вэй Инло закатила глаза:

– Братец, не знала, что ты так жаждешь власти!

– А то… Как, как ты меня только что назвала?

Девушка попыталась сменить тему:

– Что это за каша? Такая горькая!

– Повтори, как ты меня назвала?

Он был так настойчив, что Инло сдалась:

– Ты рисковал жизнью, чтобы прикрыть меня, поэтому я искренне назвала тебя старшим братом. С этого момента я буду считать себя твоей названой сестрой, и мы будем делить поровну и радость и горе.

Юань Чуньван прищурился и цокнул языком:

– Этого недостаточно! Когда люди объявляют себя братом и сестрой, они должны поклониться и воздать молитву небесам и земле!

– Это вступающие в брак кланяются небу и земле, а названые брат и сестра зажигают курительные свечи и кладут земной поклон.

– В любом случае это важное событие! Я должен получить твой гороскоп из восьми знаков, чтобы поместить его на табличку предков.

– Я думаю, мы сейчас не в том положении. Давай всё сделаем проще.

– Нет, я не согласен, – возразил Юань, постучав пальцем по лбу Вэй Инло. – Ты моя единственная нареченная сестра, поэтому я не желаю ничего упрощать! Давай обменяемся генеалогическими карточками!

– Это называется уведомлением о названом братстве, а не генеалогическими карточками!

Но молодой евнух с невозмутимым видом опять взял ложку и продолжил кормить Вэй Инло:

– Да какая разница! Сейчас ты доешь и напишешь мне.

Неизвестно почему, но он придавал очень большое значение этому вопросу. В тот же день он раздобыл где-то письменные принадлежности и бумагу и вынудил Инло написать для него генеалогическую карточку, то есть уведомление о названом братстве. Девушке ничего не оставалось, как удовлетворить его настойчивую просьбу. Заодно она расспросила Чуньвана об императрице, но тот сказал лишь, что все в порядке.

Что значит «все в порядке»? Ей стало лучше или нет? Полночи Вэй Инло ворочалась в постели без сна, а затем встала, накинула одежду и тихонько вышла из Юнсяна, отправившись в сторону дворца Чанчунь.

В покоях императрицы она прекрасно ориентировалась.

У дверей дежурила служанка по имени Чжэньчжу.

– Эх ты, – тихо прошептала Инло. – Вечно засыпаешь до полуночи.

Пройдя мимо задремавшей служанки, девушка подошла к открытому окну и забралась на подоконник.

Залезть снаружи было довольно просто, но вот слезть внутрь было очень сложно. Долгое время девушка пыталась нащупать хоть какую-то опору, как вдруг чьи-то сильные руки крепко схватили ее за талию и спустили на землю.

– Ой, это вы, молодой господин, – удивленно воскликнула Вэй Инло.

Фуча Фухэн смотрел на нее, широко улыбаясь:

– Ты же была когда-то любимой служанкой императрицы. Нет ничего предосудительного в том, что ты пришла навестить прежнюю хозяйку. Поэтому ты вполне могла войти через дверь, вместо того чтобы лезть через окно, как воришка!

Вэй Инло смутилась:

– Я…

Фухэн прижал палец к ее губам:

– Как бы то ни было, раз я тебя поймал, тебе больше не нужно прятаться, приходи открыто!

Вэй Инло отвернулась и сердито буркнула:

– Я больше не приду.

Она была полна решимости прекратить любое общение с ним, поэтому повернулась и подошла к окну, чтобы вылезти наружу. Но Фухэн обнял ее, не давая уйти.

– Фуча Фухэн, что вам от меня нужно?

Юноша наклонился к ее уху и прошептал:

– Каждый раз во время дежурства Минъюй, в полночь, во дворце императрицы никого не будет, ты можешь смело приходить навестить ее!

Инло замерла, не в силах произнести ни слова.

– Запомни: только в полночь! А теперь ступай!

Девушка, кипя негодованием, стремительно вскарабкалась на подоконник, но вдруг передумала уходить.

– Я с таким трудом добралась сюда, что не уйду, пока не взгляну хоть одним глазком на госпожу!

Фухэн уже протянул руку в ее сторону, как будто знал, что она передумает.

Девушка нерешительно смотрела на его руку.

– Сколько мне еще придется ждать тебя? – мягко спросил он. – Ты не захотела отправиться со мной к императору, и я не стал заставлять тебя. Раз ты решила остаться в Работном доме, я по-прежнему буду ждать тебя, пока ты не забудешь все обиды и не сбросишь с себя бремя, которое сама взвалила. Даже если это займет всю мою жизнь, я готов ждать тебя.

Если бы он произнес эти слова с меньшим пылом, то Вэй Инло, возможно, и спустилась бы. Но сейчас ей стало невыносимо жарко, казалось, едва она коснется его руки, все тело запылает.

– Раз так, то я… я, пожалуй, пойду. – Она смущенно отвернулась, а затем торопливо вылезла наружу и убежала.

Фухэн посмотрел ей вслед, покачал головой и рассмеялся.

Раздвинув рукой занавес из бус, в комнату вошла Минъюй. Фухэн повернулся к ней:

– Большое спасибо тебе, барышня Минъюй.

– Вам не нужно меня благодарить, но… что касается благородной супруги, действительно ли это была она?

– Барышня Минъюй! – остановил ее Фухэн и покачал головой.

– Ладно, ладно, это меня не касается. Раз она пришла к императрице, значит, у нее еще осталась совесть. Я буду тайно впускать ее всякий раз, когда буду на дежурстве, не беспокойтесь!

Они поговорили еще немного, затем Минъюй пошла заниматься повседневными делами, а Фухэн еще долго стоял на месте, обеспокоенно глядя в окно, через которое ушла Вэй Инло.

Взошло солнце, и наступил новый день.

Как и в случае с благородной супругой Хуэй, кто-то сильно переживал за ее величество, а кто-то радовался ее внезапной болезни.

Внутренний двор дворца Чэньцянь был полон коленопреклоненных людей. Старший дворцовый евнух развернул свиток с императорским указом и зачитал:

– Волею Неба и велением Судьбы его императорское величество повелевает: поскольку супруга Сянь из клана Нара обладает кротким нравом и мягким характером, она возводится в ранг благородной супруги и ей выражается милость и благоволение его величества.

Скатав свиток, евнух обратился к супруге Сянь:

– Поздравляю вас, госпожа!

Супруга Сянь слегка кивнула, а ее служанка Чжэньэр поспешно вышла вперед и подала старшему евнуху несколько слитков серебра, после чего улыбка на его лице стала еще шире:

– Благодарю благородную супругу за щедрый дар! Да, и еще: император специально приказал медицинскому управлению изготовить для вас чудодейственное снадобье из толченого янтаря, киновари и костного мозга белой выдры. Если ежедневно наносить его на раны, они быстро заживут