Исповедь «содержанки», или Так закалялась сталь - Яна Рудковская

– Вася, расскажи, как тебе понравился Париж!

– Ой, Маня! Вышел я на Эйфелеву башню, глянул налево – боже ж ты мой! Глянул направо – ничего себе! Глянул прямо – с ума сойти!.. Мань, ты чего плачешь?

– Васенька, красота-то какая…

Анекдот

Год 2005-й изобиловал множеством увлекательных событий, одним из которых было знакомство с Машей Малиновской и подготовка к ее депутатским выборам.

С Машей мы познакомились незадолго до «Кинотавра». В тот момент ее уволили с Муз-ТВ из-за проблем то ли со внешностью, то ли еще по каким-то причинам, слухи ходили разные. По крайней мере, на фестивале уже все знали, что она больше не работает на телевидении.

Познакомил нас Юрий Шмильевич. Сообщив, что Маша приехала в Сочи специально поучаствовать в «Кинотавре», он дал мне телефон Маши, а ей – мой. Мы созвонились, договорились встретиться. И прямо накануне церемонии Маша подъехала ко мне в салон познакомиться и заодно навести марафет.

Красивые и довольные, мы выехали их салона минут за сорок до начала церемонии открытия «Кинотавра» – время вполне достаточное для того, чтобы добраться до «Зимнего театра», где проходило мероприятие. Но только не в этот день. На горе рядом с церковью образовалась огромная пробка, все было перекрыто. Маша заметно нервничала – ей, конечно же, не терпелось пройти по красной дорожке. Мне было страшно неудобно, что мы опаздываем, а тут еще, как назло, хлынул проливной сочинский дождь.

До начала оставалось буквально пять минут и, не выдержав напряжения, Маша с зонтиком наперевес выпрыгнула из машины и побежала в вечернем длинном платье по лужам в сторону «Зимнего театра». «Какая же смелая девушка», – подумала я и не ошиблась. Пройдет время, и я разочаруюсь в этом человеке. А пока продолжим.

В августе в Польше должны были начаться съемки фантастического реалити-шоу «Империя», организованные Первым каналом. Звезды предназначалось разыграть настоящий спектакль – изображать феодальное общество, где есть свои хозяева и рабы, замки и деревни, борьба за власть, придворные интриги и так далее. Юрий Шмильевич предложил отправить туда Машу, так как деваться ей все равно было некуда, не пропадать же медиа-лицу. К тому же мне было ее жалко. Я думала, что это так несправедливо – взять да уволить девушку.

Юрий Шмильевич договорился с Первым каналом, чтобы Машу взяли в «Империю». Диму же он отпускал скрепя сердце и с большими оговорками – понимая, что август обычно «мертвый» месяц в концертной деятельности. Но все равно, то и дело вздыхал:

– Чем там просиживать, лучше бы что-нибудь полезное сделал… Да и скучно без него, признаться.

У участников реалити-шоу отобрали мобильные телефоны – таково было условие – и Дима «выпал» из активной жизни. Как оказалось, всего на пару недель, поскольку Маша устроила на «Империи» какую-то диверсию, после чего была высечена розгами и, не выдержав такого грубого обращения, запросилась «на волю». За ней покинул шоу и Дима, который, кажется, проникся к Маше нешуточной симпатией.

По возвращении я познакомила беглянку со своим супругом. Как раз в это время Виктор Николаевич запускал для ЛДПР предвыборную кампанию в Белгородской области, где губернатором был и остается небезызвестный Евгений Савченко. Владимир Вольфович высказал пожелание, чтобы кандидатом в депутаты стала какая-нибудь знаменитость, желательно кумир молодежи. Выбор пал поначалу на меня и Диму. В связи с большой загруженностью Димы его кандидатура отпала. Моя же персона не была одобрена Виктором Николаевичем, поскольку я для него всегда была дурочкой, которая ни ступить, ни молвить не умеет. Нужно было найти кого-то еще. И тут как раз очень кстати подвернулась Маша.

Виктор Николаевич пригласил ее для беседы, где подробно объяснил, чем она должна будет заниматься, предложил ей хорошую зарплату, и Маша, загоревшись идеей, с радостью согласилась.

Мы тоже обрадовались и принялись готовить Машу к депутатским выборам. Печатали открытки с ее изображением, делали фотосессии. Я договаривалась со многими политологами, чтобы они подготовили девушку, ввели в курс дела – лицо-то медийное, но в политике разбиралась слабо и об интересах народа имела представление весьма приблизительное.

Каково же было мое удивление, когда все ее репетиторы начали звонить мне и возмущаться тем, что Маша на занятия не ходит и на звонки не отвечает. Я отлавливала Машу с завидным упорством, а та изворачивалась и врала напропалую, придумывая разные причины, почему она ну никак не может прийти на занятия в назначенное ей время.

Однако Машина кандидатура была озвучена, рекламная кампания запущена – до выборов оставалось не так уж много времени, всего месяц с небольшим. Отступать было уже некуда. Мы с Виктором Николаевичем занимались организацией мероприятий в поддержку Маши.

Батурин хоть и не был с нами в Белгороде летом, но очень хорошо запомнил тот концерт, который Дима там давал по его договоренности. Особенно Виктору Николаевичу нравился аншлаг, который мы собрали. Поэтому у него возникла идея организовать что-то подобное в Машину поддержку.

Но второй раз Дима в Белгород приехать уже не мог. Билан уехал выступать к одним очень серьезным людям, которые заранее оплатили его концерт. Разорваться, к сожалению, было невозможно. А музыкантов, которые кроме него могли бы собрать огромные залы и стадионы было не так уж много. Вот группа «Звери», например, смогла бы. Они пользовались тогда бешеной популярностью.

Я позвонила директору «Зверей» и попросила ребят приехать в Белгород 20 сентября.

– У нас концерт в Вильнюсе, – огорчил меня директор.

– А может быть сделать так, – невозмутимо предложила я, – мы заплатим за вас неустойку и пришлем за вами самолет. Сколько вы хотите за концерт?