Прозрачные драконы - Шон Макмуллен

— А больше ты ничего не знаешь?

— Например?

— Здесь эхо, как в пещере.

— В пещере? — удивился Эндри. — Это должна быть очень большая пещера.

— Мы в самом деле в пещере, — сказала Терикель. — Пожалуйста, перестаньте болтать о всякой ерунде.

Туман вокруг них стал темнеть. Внезапно глаза ослепил яркий луч голубого цвета. Терикель произнесла заклинание, и над ее головой появился маленький светящийся шар. Туман рассеивался. На стене неподалеку они заметили изображение большой ядовитой змеи с огромными крыльями.

— Дракон, — прошептал Уоллес.

— Да, дерни его за хвост! — отозвался Эндри, тыкая Уоллеса в живот своим ребеком. — Дошло?

— Нет, дракон! Магическое животное, изрыгает огонь, пожирает людей, разве тебя не учили этому в альберинских школах? Эй! Да ты хоть понимаешь, о чем я говорю?

— Не заткнетесь, вы двое? — заворчала Терикель. — Эндри, иди медленно и одновременно играй.

Они последовали за Терикель. Эндри исполнял медленный степ-марш, когда все вошли в большую пещеру. Пол был ровным и плоским. Очевидно, когда-то здесь проводились религиозные ритуалы. Под ногами лежала разноцветная мозаика, но повсюду царило запустение. Ничего опасного не было заметно. Остатки древних разрушенных колонн и статуй были сдвинуты к стенам, слепые глаза статуй смотрели с каменных лиц. Сохранились лишь статуи трех огромных крылатых ящериц, сидящих на задних лапах. Все, кроме глаз ящериц, темных и пустых, было сделано из голубоватого стекла. Силуэт дракона четко вырисовывался в темноте, и Эндри заметил, что он светится белым — это производило сильное впечатление. Статуи походили на изваяния из черного камня, располагающиеся по обеим сторонам городских ворот в Альберине, но по размеру те не превосходили лошадь. Головы же этих драконов поддерживали свод пещеры, и до заостренных концов сложенных крыльев можно было дотянуться, только если встать на высокую скалу. Позади драконов на стене было что-то написано, и Эндри обнаружил, что может видеть древнюю тайнопись прямо сквозь их тела.

— Вот они, драконы, — сказал Уоллес. — Во всяком случае, их статуи. Настоящие драконы не такие большие, и они не блестят.

— Уоллес! — воскликнул Эндри.

— Что?

— Та статуя слева только пошевелила хвостом.

Терикель, идущая впереди, остановилась и начала читать заклинание. В полумраке появились плечи и голова жреца из Альпенфаста, который обратился к драконам от имени Терикель. Почти материализовавшись, призрак стал излучать свет. Старейшина из рода Метрологов низко поклонилась каждой из трех фигур. Глаза центрального дракона оживали, начиная излучать бело-голубое, сияние, и он медленно прищурился.

— Ожил, — еле выдавил из себя Уоллес высоким хриплым голосом.

Эндри беспокоило больше не то, что прозрачные драконы заметят их, а то, что они их не заметят, особенно если решат прогуляться или выдохнуть огонь. Центральный дракон открыл пасть, и между клыками показались языки серебряного с голубоватым оттенком пламени. Он раскатисто прокашлялся: казалось, это приближается гроза.

— Ого, спорю, он вчера ночью съел что-то острое, — сказал Эндри высоким голосом, и ему показалось, что с ним говорит кто-то еще.

— Для меня честь встретиться с вами, Учитель, — произнесла Терикель по-диомедански, кланяясь центральному дракону. Затем она повернулась и поклонилась двум оставшимся. — И с вами, Судья и Наблюдатель.

Челюсти дракона снова пришли в движение, и снова пещера содрогнулась от грохота.

— Те двое мужчин за мной также смертные, — сказала Терикель.

Неожиданно Эндри понял, что огромный дракон что-то сказал. Эндри решил не отрывать от него взгляда, чтобы не пропустить ни слова когда тот в следующий раз откроет рот.

— Стройный мужчина — мой музыкант и воин, — сказала Терикель. — Второй — повар. У них у обоих хорошие манеры.

— Музыкант и воин? — спросил голос, напоминающий раскат грома.

— Да. Он преданный человек, ему можно доверять. Дракон медленно наклонился и уставился на Эндри и Уоллеса.

— Я не девственник! — закричал Уоллес.

— О да, и я тоже, по крайней мере, после вчерашней ночи, — пролепетал Эндри, чувствуя невероятное облегчение оттого, что это было правдой.

— Грязный предатель, — огрызнулся Уоллес, внезапно вспомнив о своих муках прошлой ночью. Забыв о драконе, он повернулся к Эндри:

— Но я делал это чаще.

— О да, и иногда даже в компании, — ответил Эндри, и на мгновение страх перед драконом сменился раздражением на Уоллеса.

— И знаешь, это, что называется, дешево и сердито! Насколько мне известно, ты делал это максимум один раз!

— Нет, пять! О, извините, госпожа. Терикель стояла, закрыв рукой глаза и качая головой. Дракон отвернулся от них и снова посмотрел на нее. Он громко произнес пару слов, но Эндри не понял, что они означают.

— Кажется, дракон недоволен, — сказала Терикель. Дракон отрывисто произнес что-то еще, но Эндри опять ничего не понял.

— Я не понимаю, мне всего тридцать лет.

Раздался грохот, содержащий, как показалось Эндри, вопрос.

— Я имею в виду, что вы изучали науки об эфире в течение многих тысяч лет, и у вас есть знания, о которых я даже не догадываюсь.

Вновь Эндри услышал гром, и снова с вопросительной интонацией.

— У драконов и Метрологов общие интересы. Я Терикель, старейшина Ордена Метрологов.

— Метрологов больше не существует.

Эндри уже почти привык к рычащей манере разговора этого огромного существа. Уоллес по-прежнему выглядел очень испуганным.

— Немногие из нас остались в живых, когда Торея была разрушена, — ответила Терикель. — Мы восстанавливаем наш Орден в Альберине, а теперь у нас есть миссия в Сарголе.

— Многие из нас погибли на Торее, — сказал Наблюдатель. — Виной этой катастрофы стали люди. И опять они вмешиваются в то, что едва понимают. Если бы Стена Драконов могла ослаблять ветра и дожди, прозрачные драконы построили бы ее много лет назад.

— Именно поэтому я здесь, — сказал Терикель.

— Мы не раскроем тебе никаких секретов эфирных конструкций.

— Мне не нужны секреты, я лишь хочу узнать о ваших наблюдениях за ветрами. Воздух — ваша стихия, вы знаете ее лучше, чем любой из смертных. Скажите, ветра меняют направление? Стена Драконов оказывает на них влияние?

— А мельничное колесо замедляет стремительный поток воды?

Терикель на минуту замолчала, размышляя.

— Да, но очень незначительно.

— Точно так же и здесь. Стена Драконов замедляет скорость ветров, но в случае торейских бурь она будет не более, чем мельничным колесом, сдерживающим огромной силы напор бушующего потока воды.