Ген Альфы - Лаванда Риз

Утром, легонько поскребшись в дверь, заглянул Уэс. Джесс проснулась, но из постели вылезать не хотелось. Она с любопытством взглянула на парня, который зашел к ней в комнату со слишком загадочным видом. Это вообще было странно, потому что в последнее время своими истериками она измотала их терпение настолько, что к ней в комнату с каменным лицом входила только доктор.

– Валяешься ещё? – Уэс присел на краешек кровати, взглянув на девушку.

– Доброе утро, Уэс, – Джессика улыбнулась, нежно потрепав его по руке. Теперь она очень старалась, заглаживая свою вину особенно перед теми, кто был ей дорог.

– Я тут нашел твой телефон, – небрежно произнес Уэс, протягивая ей мобильный. Взяв его в руки, Джесс сразу же возразила:

– Нет, Уэс, это точно не мой, этот совершенно новый, даже защитная плёнка не содрана, … а мой где-то в траве валяется.

– Валялся, – поправил её Уэс. – Я его нашел и подумал, что тебе пора купить более навороченную модель. Нравиться?

– Так это мне? – искренне удивившись, Джессика уселась рядом с ним. – Конечно нравиться, он такой стильный! Спасибо! Но …за что?

– М-да, – протянул Уэс, закатывая глаза. – Ты хоть помнишь, какое сегодня число? – он замолчал, ожидая пока она сообразит.

– Господи! – лицо Джесс озарилось улыбкой, – Сегодня же …

– С днём рождения, Джессика! – Уэс улыбнулся, обнимая девушку.

– Как приятно, чёрт возьми, … спасибо, ты не забыл, люблю тебя, – протянула Джесс, тиская Уэса. Причём её эмоции по отношению к Уэсу всегда были бурными, может потому что она, в отличие от него, помнила, что их связывало, а может, потому что именно с ним она чувствовала себя по-настоящему непринужденно. Она никогда не говорила ни Нику, ни Рою о каких-то своих чувствах, признание в любви Дэвиду сопровождалось для неё какой-то неразделенной обреченностью, а вот Уэсу она постоянно говорила, что любит его. К этому даже все уже привыкли, понимая, что эти её чувства к Уэсу сейчас ближе к сестринским или дружеским. Джесс действительно хранила у себя в сердце к Уэсу много тепла, он был ей дороже чем брат и ближе чем друг. И она знала наверняка – это уже будет с ней навсегда.

В сопровождении Уэса она спустилась вниз и остолбенела. Весь холл был заставлен цветами, но разносчик всё ещё продолжал вносить корзины. Озадаченная девушка подошла к одной из них и достала маленькую открытку внизу которой была надпись «От циничной сволочи».

– Рой! – Джесс усмехнулась и покачала головой, снова обведя взглядом заставленные проходы благоухающими букетами.

– Этот ненормальный превратил наш дом в ботанический сад, – проворчал Уэс.

– Легко с даром внушения, заставить хозяина цветочного магазина отправить сюда все свои запасы! – сдержанно произнес появившийся Дэвид, и словно отвечая ему, рассыльный внесший видимо последнюю корзину обратился к растерянной Джессике, протягивая ей чек.

– Вот, заказчик настаивал на том, чтобы вы убедились в оплате.

Джесс машинально взяла протянутый чек и у неё округлились глаза.

– Отлично, а кто потом будет убирать весь этот мусор? – буркнул Дэвид, и даже посторонний почувствовал в его голосе ревность.

– Через неделю наша служба уберет завядшие цветы, сэр, это тоже входит в оплату, – пояснил посыльный на выходе.

Джесс не смогла сдержаться и рассмеялась, стараясь не смотреть на Дэвида. Всё-таки как же хорошо Рой знал своего бывшего вожака, предвидя каждое его слово! …Зазвонил телефон, высветив номер Роя.

– Ну, с днём рождения! – прозвучал в трубке его бодрый голос. – Хочу своим подарком пожелать тебе позитивного настроения невзирая ни на что! Я тут замечаю, что вроде бы краски вокруг стали ярче – значит, ты улыбаешься!

– Да, – Джесс улыбнулась. – Спасибо. Ты как всегда неожиданно. Мне очень приятно, Рой.

– Как я подозреваю, приятно лишь тебе одной, – Рой усмехнулся в трубке. – Ладно, поболтаем позже, сейчас не буду тебя отвлекать. Целую. Люблю тебя.

Осторожно взглянув на Дэвида, Джесс положила телефон в карман. Она отчётливо ощутила его недовольство и почему-то на какой-то миг почувствовала даже свою вину.

– Поздравляю тебя, Джессика! Кажется, теперь настала и моя очередь. Специально не лез в первые ряды, – как-то особенно выделяя, произнес Дэвид. Он подошел ближе и взял её за руку. – С двадцатилетием! Сегодня очень необычный день, … ты появилась на свет, … и твои родители в первый раз взяли тебя на руки. Наверное, эта дата важна не только для тебя, – Дэвид говорил, внимательно глядя на девушку, а Джесс не могла понять, к чему он клонит, потому что упоминание о родителях доставляло ей неприятную боль.