Ее темные рыцари - Лана Ежова

– Каринка!

– Тише, не кричи, – попросила неожиданная гостья.

Неожиданная, но желанная – ей я обрадовалась намного больше, чем возможному появлению Кайагарда с его гипотетическим исцелением.

Ольхина изменилась. Не внешне, нет. Исчезла обреченность, сквозившая в ее взгляде. Мягкая, открытая, чуточку печальная улыбка осветила лицо подруги.

– Вероятно, мы не скоро увидимся, и Макс позволил с тобой попрощаться.

– Позволил?! Он плохо с тобой обращается?

– Ага, стегает меня кожаной плеткой и заставляет в жару носить кожу с шипами. – Карина фыркнула, становясь похожей на прежнюю ехидну.

– А, ну тогда ладно, – в шутку разрешила я.

– Максимилиан любит меня, Герда, так сильно, как не дано любить ни одному земному мужчине. Просто ситуация сложилась полный швах, и он заботится о моей безопасности.

– Расскажи, может, смогу вам помочь?

Подруга покачала головой.

– Спасибо, ты уже помогла, а большее не в твоих силах.

– Кариш, твой демон, – начала неуверенно я, – он, похоже, опасен. И книга, которую он забрал у Томасовского, тоже. Мне говорили, что в ней запрещенные заклинания.

Ольхина некоторое время молча смотрела мне в глаза, словно колеблясь, говорить или нет.

– В нашем понимании Макс – социопат, Герда. Впрочем, демоны все такие… Когда-то целью жизни Максимилиана было завоевание мира, подчинение разумных существ. И он вел за собой тысячи тысяч демонов. Пока однажды не попался в ловушку – его лишили могущества и заперли в темнице. Когда же он из нее вырвался и вернулся на Землю, то обнаружил, что его якобы возвращенная сила тает. Враги создали специально для него запирающее заклинание. Чтобы полностью вернуть свои способности, ему нужны тридцать три слова-ключа, которые спрятаны в особых магических книгах. Каждый раз, когда он добывает один из ключей, дверца к его силе приоткрывается на несколько дней, чтобы вскоре захлопнуться обратно. И Макс опять становится посредственным магом до следующего ключа…

– Вот что он имел в виду, когда сказал, что книга Артура необходима для твоего исцеления, – пробормотала я неуверенно.

Откровенность Ольхиной пугала. Демон-социопат, возжелавший вернуть былое могущество, и рядом с ним моя подруга, влюбленная по уши! Не видящая, что ее мужчина – зло во плоти. Карина – хороший человек, она не смогла бы закрыть глаза на недобрые наклонности своего избранника. И тем не менее закрыла, раз находилась рядом с ним добровольно.

– Прежде чем ты нарисуешь себе картинку в кроваво-черных тонах, дай закончить, – правильно истолковала мрачное выражение моего лица Карина. – Макс планирует собрать все книги, но возвращаться к старым занятиям не собирается. Он даже не будет мстить своим обидчикам.

– Тогда зачем ему ключи?

– Если он не желает сводить старые счеты, то необязательно, что и другие настроены миролюбиво. К тому же Максу перестала нравиться Земля – он называет ее помойкой и надеется вскоре уйти в другой, не техногенный мир.

– А ты? Последуешь за ним, как декабристка?

Губы Карины тронула грустная улыбка.

– Как декабристка, ага. Куда он, туда и я.

– А если он подло врет? Если он притворяется, а сам мечтает устроить третью мировую войну? Только уже с привлечением полуночников и орд демонов?

– Третью мировую могут легко организовать и человеческие политики. Полуночники участвуют во всех человеческих войнах, и правильно говорить не орды, а легионы демонов. И своей любимой женщине я не вру, более того, дал клятву, когда сообщал о намерениях.

Пока ругаемый мной демон насмешливым голосом произносил оправдательный монолог, меня бросало то в жар, то в холод. Как же неудобно получилось!

– Карина, прощайся с Гласом, нам пора.

Максимилиан властно положил Ольхиной руку на плечо, привлекая ближе. И девушка нежно прильнула к его груди. Теперь на ее губах играла радостная улыбка, и сама она лучилась счастьем и обожанием. Неужели демон правда может измениться? И сказка о красавице и чудовище имеет все шансы на воплощение в жизнь?

– Я уже не Глас, – произнесла тихо.

Но демон услышал.

– Умение отличать правду от лжи ведь осталось? Значит, глас, пускай и не Полуночи, а человеческой совести. – Он усмехнулся и повторил: – Прощайся, Карина, я открываю портал.

На стене возле окна вспыхнул багрово-алый прямоугольник, напоминающий врата в пекло в моем представлении.

– Надеюсь, еще когда-нибудь увидимся, Герда, – загрустила Ольхина. – Береги себя, подружка.

– И ты тоже береги. И удачи вам…

Необычная пара, демон и смертная, шагнула к порталу, когда Макс неожиданно обернулся.

– Почти забыл. Лови подарок!

В меня полетел золотистый ободок. Машинально схватила, но поинтересоваться, что это такое, не успела.

– Сейчас же надень, иначе я обижусь, – пригрозила шепотом Карина и, подталкиваемая демоном, исчезла в алой вспышке.

Прошло несколько минут, прежде чем я успокоилась, а сердце перестало бешено стучаться о ребра. Столько эмоций и переживаний! Ох, я очень надеюсь, что Ольхина не ошиблась, связав свою судьбу со странным демоном. И хочется верить, что он ее не обманет, не обидит и не разочарует. Ведь некоторые сомнения в его честности у меня оставались.

Ободок оказался тоненьким витым браслетом, по виду из золота. Странный подарок – зачем мне украшение? На долгую память? Так я и без ювелирки не забуду Карину.

Наверное, сначала стоило показать его моим рыцарям. Бывшим рыцарям… Или ведьмам из «Ока Мерлина», разбирающимся в артефактах. Стоило, да. Но я верила Карине, поэтому надела подарок на правую руку. И в меня словно молния ударила! Вспышка цветных пятен перед глазами… Горячая волна, прокатившаяся по телу…

Когда все закончилось, содрала коварное украшение и зашвырнула под кровать. Вот и верь после этого людям! От пережитого дрожали ноги, и я осторожно присела на кровать, стараясь не потревожить спину… Спину?! Охнув, бросилась к зеркалу. Так и есть! Отражение подтвердило ощущения. Спина больше не болела, а порезы затянулись без следа! Даже татуировка, и та исчезла!

Эх, а я ведь уже заподозрила Карину в предательстве дружбы… Вот такие мы люди – думаем сначала плохое. Тот факт, что демон подарил мне исцеление после того, как заполучил очередную книгу, возможно, ценой чьей-то жизни, я старалась выкинуть из головы. Хотелось верить, что хранители специфических томиков – сплошь аморальные типы, как колдун-фейри, и не стоят моей жалости.

Налюбовавшись собой в зеркале, решила обрадовать парней. Удивительно, что они не нагрянули на шум. Скорее всего, Макс набросил полог безмолвия на мою спальню, который рассеется, как только я выйду за дверь.

Руслана я нашла там, где и оставила, на кухне.