Пробудившийся любовник - Дж. Р. Уорд

— Что-нибудь случилось?

Мэри уверенно смотрела Зету в глаза, хотя в воздухе плыл легкий запах страха. Она всегда ему нравилась.

— Я слышал, ты учила детей, страдающих аутизмом.

— Учила.

— Они медленно соображали?

Мэри нахмурилась.

— Иногда.

— А это… — Он откашлялся. — Это не действовало тебе на нервы? В смысле, ты на них не злилась?

— Нет. Если меня что и беспокоило, так это то, что я выбрала неподходящий метод обучения.

Кивнув, Зетист понял, что не может больше смотреть в ее серые глаза, и отвел взгляд чуть в сторону, на дверь.

— Зет, а почему ты об этом спрашиваешь?

Вампир глубоко вздохнул и… сиганул с обрыва.

Изложив свою просьбу, он рискнул заглянуть в лицо Мэри.

Та стояла, прижав ладонь ко рту. В глазах сияло столько доброты, что на его душе сразу потеплело.

— Господи, Зетист… Конечно же я согласна.

Забравшись в «эскалейд», Фури покачал головой.

— Поехали в «Зеро Сам».

Ему приспичило посетить именно это место.

— Поддерживаю, — сказал Ви, усаживаясь за руль.

Буч залез на заднее сиденье.

По дороге в город все трое молчали. Даже музыку врубать не хотелось.

«Сколько потерь», — подумал Фури.

Умерла Уэлси и эта девушка, Сарелл. Ви отвез ее тело родителям.

Исчезновение Тора — все равно что еще одна смерть. Как и отъезд Беллы.

Тяжелые мысли напомнили ему о брате. Хотелось верить, что тот встал на путь выздоровления. Но мечты о том, что он может полностью измениться, были беспочвенны. Через какое-то время близнецу понадобятся острые ощущения, и помои снова хлынут рекой.

Фури потер лоб. Он чувствовал себя измотанным и безнадежно старым… Хоть раны на теле и затянулись, в душе не осталось живого места. И бороться не было сил. Нужна была экстренная помощь.

Двадцать минут спустя они уже подъезжали к «Зеро». Против правил Ви припарковался прямо у черного хода. Вышибалы посторонились, пропуская их внутрь. Все трое прошли в ВИП-зал. Фури заказал мартини и, когда его принесли, выпил залпом.

Помощь. Требовалась неотложная помощь… или его разорвет на куски.

— Простите меня, парни…

Он направился в офис Преподобного. Два огромных мавра кивнули, один проговорил что-то в свои часы, и через секунду пропустили его внутрь.

Он вошел в пещеру и посмотрел на сидящего за столом Преподобного. В деловом костюме, тот больше походил на бизнесмена, чем на наркоторговца.

Хозяин заведения ухмыльнулся.

— Куда подевалась твоя крутая шевелюра?

Фури бросил взгляд ему за спину, проверяя, закрыта ли задняя дверь. Потом вытащил трех Бенджи[4].

— Мне нужен герыч.

Преподобный сощурил фиолетовые глаза.

— Что ты сказал?

— Героин.

— Ты уверен?

«Нет», — подумал Фури. Но ответил:

— Да.

Хозяин задумчиво погладил «ирокез», потом наклонился и нажал кнопку интеркома.

— Ралли, принеси мне на триста баксов «королевы». Выбери почище.

Преподобный откинулся на стуле.

— Не рекомендую тащить порошок домой. Тебе это ни к чему.

— Ты же мне сам советовал попробовать что-нибудь посильнее.

— Беру свои слова обратно.

— А я думал, что у симпатов нет совести.

— Я ведь наполовину — маменькин сынок. Поэтому кое-что мне от нее перепало.

— Повезло тебе.

Преподобный бросил исподлобья недобрый взгляд, а потом улыбнулся.

— Нет, это всем остальным повезло.

В комнату вошел Ралли. Все дело заняло не больше минуты. Белый пакетик перекочевал во внутренний карман Фури.

На прощание Преподобный сказал:

— Это — суперчистая дрянь. Ее можно добавлять в косяки или колоть. Я советую — курить. Так проще контролировать дозу.

— Похоже, ты хорошо знаешь свой товар.

— Упаси бог. Я не употребляю токсичные отходы. Это же прямой путь на тот свет. Но я слышу, что говорят люди, и представляю, как легче себя угробить.

От мысли, что именно это он и собрался сделать, Фури бросило в дрожь. Но когда он вернулся к братьям, он уже не мог дождаться возвращения домой. Чтобы скорее вырубиться. Уйти в отключку, которую, по слухам, дает героин. Купленной дозы хватит на несколько погружений в святой ад.

— Что случилось? — спросил Буч. — Ты как на иголках.

— Да ничего.

Фури нащупал в кармане свою покупку и застучал ногой.

«Вот я и стал наркоманом».

А о чем жалеть? Всюду смерть. Печаль и неудачи смердят так, что нечем дышать. Хочется хоть на минуту сойти с этого безумного поезда, даже если за этим ждет новый опасный маршрут.

К счастью — или, может, к несчастью, — Буча и Вишу хватило ненадолго, и они решили вернуться домой сразу после полуночи. Войдя в фойе, Фури щелкал от нетерпения пальцами. Не мог дождаться момента, когда останется один.

— Есть будем? — зевнул Вишу.

— А то как же, — ответил Буч, глянув в сторону кухни, потом посмотрел на Фури. — Перекусишь с нами?

— Нет… Пока, ребята, до встречи.

Поднимаясь по лестнице, он чувствовал на себе два пристальных взгляда.

— Ау, Фури.

Вампир с тихими проклятиями оглянулся. Увидев, какими глазами на него смотрит коп, он мигом растерял пыл.

«Буч знает», — мелькнула мысль. Каким-то образом догадался.

— Ты уверен, что не хочешь с нами поесть? — спросил человек ровным голосом.

Фури ответил не раздумывая, или, скорее, не дав себе труда подумать:

— Да. Я уверен.

— Имей в виду, старина. Есть вещи, которые нельзя отмотать назад.

Фури подумал о Зете. О себе. О поганом будущем, тащиться в которое не особенно хотелось.

— Будто я не знаю, — на ходу пробормотал он.

Войдя в спальню, он захлопнул дверь и бросил кожаную куртку на стул. Вынул пакет с героином, взял щепотку травы, папиросную бумагу и начал крутить косяк. Колоться он не собирался, чтобы не подсесть.

По крайней мере, с первого раза.

Он лизнул край и завернул потуже, потом пошел к кровати и развалился на подушках. Зажав самокрутку в зубах, Фури щелкнул зажигалкой и наклонился к оранжевому огоньку.