Пробудившийся любовник - Дж. Р. Уорд

Придя в сознание, Зетист первым делом попытался сесть. Чертовски нелепая затея. Боль в плече опрокинула его на спину, как меткий выстрел, и он опять провалился в темноту.

Второй раунд.

Очнувшись, Зет повел себя умнее. Вместо того чтобы вскакивать, он медленно повернул голову и осмотрелся. Что это? Какая-то помесь гостевой комнаты и больницы. Значит, он у Хаверса. В госпитале.

В дальнем углу темнела чья-то фигура.

— Белла? — прохрипел он.

— Извини. — Буч развернулся к свету. — Это всего лишь я.

— А где она?

«Черт, голос как неродной».

— С ней все в порядке?

— Все отлично.

— И где она?

— Говорили… уезжает из города. Наверно, уже уехала.

Зетист закрыл глаза, всерьез подумывая о том, чтобы вновь отрубиться.

Свалить куда подальше из Колдуэлла? Что ж, ее трудно понять. После всего, что случилось. Одно убийство лессера чего стоит…

Утрата отдалась болью во всем теле.

Он откашлялся.

— А Фури? Как он?

— В соседней палате. Его хорошо отделали, но жить будет. Вы оба два дня пролежали в отключке.

— А что Тор?

— Так и пропал. Никто не знает, где он.

Коп тяжело вздохнул.

— Джон переехал к нам. Целыми днями торчит в тренировочном центре. Даже спит там, в офисе Тора. Еще новостей?

Зет покачал головой, и коп поднялся с кресла.

— Я, пожалуй, пойду. Надеюсь, тебе полегчало, когда узнал, что да как.

— Спасибо… Буч.

Коп вытаращил глаза, и Зет понял, что впервые обратился к нему по имени.

— Что ж… На здоровье.

Когда дверь закрылась, Зет сел в кровати. Голова кружилась, но он все равно содрал датчики с груди и с указательного пальца. Сработал тревожный сигнал. Вампир с досадой отпихнул стойку. Шнуры выдернулись розеток, мониторы полетели на пол и… слава богу, заткнулись.

Морщась от боли, он вытащил катетер и задумчиво посмотрел на капельницу. Подмывало избавиться и от этой хреновины, но Зет решил остановиться. Черт знает, что там из нее капает. Может быть, что полезное.

Воин поднялся с кровати и понял, что ноги его не слушаются. Тело превратилось в мешок с песком. Опираясь на стойку капельницы, он поковылял в коридор. Когда удалось добраться до соседней палаты, откуда-то набежала толпа медсестер. Послав их к черту, Зет зашел внутрь.

Фури лежал на огромной кровати, опутанный проводами, как распределительный щит.

Услышав шум, он повернул голову.

— Зет… Зачем ты встал?

— Решил устроить персоналу учебную тревогу.

Зетист прикрыл дверь и пошатываясь подошел к кровати.

— Работают что надо. Сбежались, не успел глазом моргнуть.

— Тебе не стоило…

— Заткнись и подвинься.

Фури выпучил глаза и отполз на край кровати. Обессиленный Зет пристроился рядом. Когда ему удалось запихнуть подушку под голову, оба хором вздохнули.

Зет потер глаза.

— Знаешь, без волос ты такой страшный.

— Неужели и сам решил отрастить?

— А на кой черт? Моя карьера фотомодели обломилась.

Фури хмыкнул. Повисла тишина.

Зетист вспомнил, как близнец лежал, прикованный в сарае у лессера. Бритый наголо, с разбитым лицом. Страдания брата причинили ему настоящую боль.

Он откашлялся.

— Зря я так поступал. Ну… использовал тебя.

Фури резко повернул голову, и матрас закачался.

— Ты о чем?

— То есть… когда хотел испытать боль. Зря я заставлял меня бить.

Не дождавшись ответа, Зет посмотрел на брата и увидел, что тот прикрыл глаза руками.

— Это было жестоко, — добавил он.

— Если б ты знал, как я это ненавидел…

— Да я знал, но все равно заставлял тебя лупить меня до крови. Самое поганое, что я упивался и твоими страданиями… Этого больше не повторится.

Обнаженная грудь Фури поднялась и опустилась.

— Пусть лучше уж я, чем кто-то другой. Так что, если снова приспичит, дай знать. Я тебя обслужу.

— Фури… Побойся Бога.

— А что прикажешь делать, если это был единственный способ? Только так ты позволял к себе прикоснуться, и только так я мог позаботиться о тебе.

Зет в свою очередь закрыл лицо рукой. Глаза щипало.

— Слушай, брат, завязывай с этим делом. Хватит меня спасать. Лучше подумай о себе.

Фури молчал. Зет покосился на близнеца и заметил, что по его щеке поползла слеза.

— Ох… твою мать, — пробормотал Фури.

— Абсолютно с тобой согласен.

Еще одна слеза выкатилась из-под ресниц.

— Черт… Похоже, у меня трубу прорвало.

— Давай-ка, соберись.

Фури вытер лицо ладонями.

— Зачем?

— Ну, это… Я, типа, попытаюсь тебя обнять.

Брат всплеснул руками и глупо улыбнулся.

Зет придвинулся к нему, чувствуя себя последним дураком.

— Черт… Ну, подними же голову.

Фури вытянул шею. Зет подсунул руку. Они замерли в неудобных позах.

— Знаешь, в кузове было проще. Ну, когда ты валялся без сознания.

— Так это был ты?

— Нет. Санта-Клаус.

По телу пробежали мурашки. Господи… вот открылся так открылся! И на кой черт он это затеял?

— А я думал — ангел, — прошептал Фури, опуская голову на локоть Зета. — Когда ты пел. Я думал, что это ангел провожает меня в Забвение.

— Какой из меня ангел?

Зетист вытер близнецу щеки и кончиками пальцев прикрыл веки.

— Господи, как я устал… — пробормотал тот.

Зет посмотрел на его лицо, словно в первый раз. Синяки пожелтели, отеки спали, след от шрама почти исчез. Зато стали заметней морщины. Следы переутомления и стресса.

— Немудрено устать, за столько-то сотен лет. Пора послать бы меня ко всем чертям.

— Боюсь, что не смогу.

Зетист глубоко вздохнул.

— Когда меня похитили… Не пялься, ты меня смущаешь… Лучше закрой глаза.