Братья крови - Владислав Русанов

Я прыгнул с пола «рыбкой», вытягивая руки, будто ныряльщик.

Обломок шпажного клинка, укрытый в левом рукаве, вошел вампиру-чародею точно в сердце. Порезанная до кости ладонь не в счет.

От воя гибнущего безумца вылетели стекла в домике полковника Спицына.

На моих глазах кожа его сморщилась, обтягивая череп, опали, как осенняя листва, волосы. Миг – и на меня пялились пустые глазницы.

Я удерживал клинок между его ребер до тех пор, пока останки несостоявшегося повелителя мира не рассыпались горсткой серовато-бурого праха. И только потом повернулся к Жанне.

Она лежала с закрытыми глазами – я и не заметил, кто и когда опрокинул стул, – но еще дышала. Слабо, едва заметно.

Кровные братья не плачут. Разорвав голыми руками веревки, я прижал девушку к груди и завыл без слез и без звука. Окно в Великую Тьму распахнулось передо мной.

– Молодец, Андрий, – раздался над головой голос Амвросия. – Ты его таки… – Киевский Князь осекся. – Дай погляжу!

Он попытался разжать мои руки, но я не понимал, чего он хочет от меня.

Как-то невзначай в маленькой комнате сделалось тесно.

Полковник ФСБ, держа «калашникова» стволом вниз, озирался на учиненный разгром и качал головой. Бестужев и пошатывающийся Прозоровский взяли меня за плечи. Только с их помощью Амвросию удалось вырвать Жанну из моих объятий.

– Живая… – Слова князя вернули меня к действительности. – До дна выпить не успел, лиходей. Только…

– Что еще? – Я с огромным трудом поднялся на ноги.

– Ты же знаешь по себе – недопитый человек зверем станет… Если только его не обратить по правилам.

– Решайтесь, Андрей, – мягко проговорил Бестужев.

Прозоровский молчал и, казалось, едва держится, чтобы не упасть.

– Но я не умею.

– А мы для чего? – делано удивился Амвросий. Повернулся к Спицыну:—Ты, малец, во дворе покарауль пока. Этот обряд не для людского ока.

Полковник кивнул и вышел. В его взгляде, брошенном напоследок, я прочел, что Олег Иванович уже с потрохами наш. Не сделаю его слугой крови, может к кому-то другому из кровных братьев попроситься.

Петербургский и киевский князья перенесли Жанну на диван. Амвросий легко провел ладонью над ее лбом. Ресницы девушки дрогнули, синие, затуманенные слабостью глаза отыскали меня. Улыбка тронула побелевшие губы.

– Помнишь, Андрий, что согласие спросить надо?

Я кивнул, наклонился к Жанне. Не зная, что положено говорить в подобных случаях, я решил рубить правду-матку:

– Хочешь ли ты обрести бессмертие, потеряв при этом душу?

– Не…не… – слабо отвечала она. Неужели откажется? – Неправда. В вас души больше, чем во многих людях. – Ее голос шелестел, будто легкий утренний ветерок над заводью.

– Так ты согласна?

– Глупый… Конечно же…

– Тогда приготовься. Больно не будет, но может быть страшно.

– Постой…

– Что?

– Возьми там, в кармане.

Ей самой не хватало сил, но она все-таки сумела указать на правый карман джинсовых брюк, откуда торчала какая-то веревочка. Потянув за этот мышиный хвостик, я извлек продолговатую штучку, отдаленно напоминающую свисток, при помощи которых псари обучали своих подопечных.

– Что это?

– Флешка…

– Что-что?

– Да не мучь девочку! – возмутился Бестужев, отталкивая меня плечом. – Ты на нее что-то записала?

– Да… – выдохнула она.

– Заклинание Семи Древних Богов?

– Да…

– Слава Великой Тьме! – воскликнул Амвросий. – Теперь, ежели этот молодой кровосос неблагодарный откажется дать тебе вечную жизнь, только знак подай мне. Лучшие учителя у тебя будут!

Она только улыбнулась.

– Не трать времени зазря, Андрий! – повернулся ко мне киевский Князь. – Начинай! Я прослежу, чтобы все получилось.

В третий раз я попробовал кровь Жанны на вкус. Чеславу удалось опустошить ее почти досуха, мне хватило едва ли на глоток, и тот неполный. А когда державший пальцы на пульсе девушки Амвросий кивнул, я прокусил запястье и пролил первую каплю ей на губы.

Я верил, что нам предстоит долгая жизнь, которую люди в неразумении своем зовут «не-жизнью». Может быть, не самая легкая… Сколько еще предстояло сделать? Сколько врагов, о которых мы даже не догадываемся, могут таиться в тени и принимать личины друзей? Но вместе мы осилим всех. Первый бой мы уже выиграли. Не за горами второй, а сколько их там еще?..