Братья крови - Владислав Русанов

Когда я умолк, Амвросий только крякнул.

– Упустили, – наморщил лоб Князь Сергей. – Дали себя обойти. Вот и получили «паровоз» на мизере. – Он долгие годы был большим любителем и непревзойденным мастером этой карточной игры.

– Вы как хотите, ваши светлости, а мне в Перхушково надо позарез.

– Про «позарез» это ты хорошо придумал, – тряхнул головой Прозоровский. – Извини. Андрей Михайлович. Вспылил. Был неправ. Располагай мною.

– Что вы, Князь, – я поклонился, опуская клинок. – Это – моя битва. Я справлюсь. Дайте только к нему вплотную подойти.

– А кто сказал, что он позволит тебе приблизиться? – поднял бровь Амвросий. – Ты думай, мудрая головушка. У него завсегда люди на подхвате имеются, так?

– Имеются.

– С пистолетами, прочей заумью хитрой. Гранатомет даже был – мне Семен отписывал. Так?

– Верно, княже, говоришь.

– Верно, верно… А подумать никак? Расстреляют тебя, только шагнешь на подворье. Изо всех стволов. А потом, для верности, голову отсекут, если в прах к тому времени не обратишься. Ты им меч как на блюдечке принесешь. И девицу не спасешь, и сам зазря поляжешь.

– Жанну не брошу, – стиснул зубы я.

– Никто и не требует, рыцарь ты мой дорогой.

– А что же делать?

– Драться – вот что! – воскликнул Прозоровский. – Я сейчас своих соберу!

– Погоди, свет Никита, погоди. Пока ты своих соберешь, он от нас снова на шаг вперед уйдет, кровососище этот… – Киевский Князь задумался ненадолго. – Так, молодежь! Снялись и полетели. Андрий будет дорогу показывать.

– Полетели? – слегка ошарашенно переспросил Бестужев.

– Ну это я так, для красного словца. К машине идите. Тряхнем стариной, князья дорогие?

– А и тряхнем! – воскликнул князь Никита, на глазах превращаясь из столичного денди в гвардейского офицера из петровских времен. – Засиделись мы что-то князья, n’est-ce pas?[123]Как там говорил Бонапарт? Un ennemi doit aller de l’avant![124]

– А не Суворов ли это говорил? – покосился на него Бестужев. – Только по-русски.

– И Суворов тоже, – легко согласился москвич. – Неприятель нас не чает, считает нас за сто верст… Вдруг мы на него как снег на голову. Закружится у него голова!

– Ой, закружится! – вздохнул Амвросий. – Кто ее «раскруживать» будет?

Он задержался на миг, щелкнув пальцами перед лицом Спицына, а потом размашисто зашагал по обочине. Князья обеих российских столиц потянулись за ним.

Олег Иванович моргнул и откинулся на спинку сиденья. Пока я забирался на место рядом с водительским, он смотрел вслед князьям.

– Что это было? Вернее, кто это был?

– Их светлости… Впереди Князь Киева Амвросий. За ним Князь Москвы Никита Прозоровский и Князь Санкт-Петербурга Сергей Бестужев.

– Бестужевы еще батюшке моему служили… – пробормотал полковник.

– Что?

– Да ничего. Это из фильма детского. Вы меч добыли?

– Добыл. Только, боюсь, отдать его придется.

– Князьям, что ли?

– Хуже. Вы, Олег Иванович, вот что… Гоните к себе на дачу как можно быстрее. Князья следом поедут.

– Не отстанут?

– Это их трудности.

– Ну и замечательно. Проблемы индейцев шерифа не волнуют. А что-то я не понял насчет – отдать меч…

– По дороге расскажу. У вас оружие при себе?

– Ну зачем бы я его добывал? Чтобы дома оставить?

– Хорошо. Тогда прикроете. И готовьтесь к тому, что у вас, возможно, не будет больше дачи.

– Даже так? – Спицын повернул ключ в замке зажигания. Его «Daewoo» рванулся по трассе.

Позади остались Мамоново, а там и Одинцово. Тяжелый «лендровер» князя Прозоровского не отставал. Полковник сосредоточенно глядел на дорогу. Мой рассказ его не испугал, а настроил на боевой лад. Коротко заметив, что гада, который женщинами прикрывается, готов своими руками задушить, он больше не вставил ни словечка. Я не стал ему объяснять, что этот гад даже элитного спецназовца прожует и выплюнет. Не важно, что ты не в силах сдвинуть гору, важно, что ты решился ее сдвинуть. Это, и только это достойно уважения.

Перед въездом в дачный поселок Амвросий послал мне ментальное предупреждение. Он предлагал остановиться и обсудить дальнейшие действия.

По моей команде Спицын притормозил. Пока я ожидал, когда подойдут князья, полковник деловито осмотрел автомат Калашникова, вытащил из-под сиденья запасной «рожок» и сунул в карман. Пистолет он пристроил за поясом.

– Атакуем разом! – без обиняков заявил Прозоровский.

– Нет! – в один голос воскликнули мы с Амвросием.

– Они правы, – рассудительно добавил Бестужев. – Он не знает, что Анджей не один. Так зачем открывать карты раньше времени? Сыграем втемную. Он наверняка подготовился, и хорошо подготовился. Неожиданность – наше единственное преимущество.

– Пойду вперед, – кивнул я. – С мечом Александра. Главное, ввязаться в сражение, а там поглядим.

– Вот это точно Бонапарт говорил! – воскликнул Князь Сергей.

– Если там стрелки спрятались, это – наша забота, – добавил Амвросий. – Ты, Андрий, главное, в дом попади. Постарайся девочку спасти, а там он от нас не уйдет.

– Знать бы еще, кто он… – протянул Бестужев.

– А я бы атаковал с четырех углов, – покачал головой Князь Никита. – Но подчиняюсь большинству. Давайте, Анджей. Помните, что от вас зависит, быть или не быть под этой луной кровным братьям.

– Я помню.

Держа коробку со сломанным мечом в одной руке, а шпагу в другой, я медленно пошел к даче Спицына. Полковник, не говоря ни слова, нырнул в боковую улочку с «калашниковым» наперевес.

Я не оглядывался. Знал, что князья где-то недалеко, но увидеть их все равно не получится. Снег похрустывал под подошвами. Округу освещали лишь звезды и холодный серп луны. Окна соседних домов казались черными провалами. Эти люди были мне чужими и незнакомыми, но я поклялся, если неизвестный враг сделал им что-то, то и за это он ответит.

У самой калитки меня окликнули. Говорившего я не видел, но чувствовал его запах – страх и решимость. Слышал хриплое, напряженное дыхание.

– Стой!

Я остановился.

– Подними руки. Что это?

– Меч просили?

– В коробке что?

– В коробке меч.

– А это что?

– Это? – Я посмотрел на шпагу, будто видел ее впервые. – На память прихватил.