Распутья. Наследие Повелителя - Оксана Панкеева

— Ты всерьез полагаешь, что кто-то пойдет проверять именно туда?

— Ну, если этот гипотетический кто-то не ворует артефакты в соседних мирах и не возит их контрабандой, то чего ему бояться Темной Канцелярии? Ну а если ворует и возит, то кто он такой, чтобы требовать от меня объяснений и доказательств?

Мужчина помолчал, словно к чему-то прислушиваясь (наверное, точно так же получал инструкции через крошечный приборчик в ухе), затем достал телефон и пробежался пальцами по клавиатуре.

— Я сбросил тебе один номер, по которому можно будет позвонить, когда ты все же решишь, что у тебя есть веские причины сотрудничать.

Саша демонстративно выпрямилась и снова улыбнулась, только на этот раз уже не играя в пай-девочку, а очень недобро и взросло.

— Если со мной или с кем-то из моих близких случатся эти самые «причины», я первым делом позвоню кое-куда еще. А персонально вам стоило бы быть аккуратнее с угрозами, потому что именно вас я видела и запомнила, уважаемый Ростислав Федорович. Да-да, я помню, что вы представились иначе, это был намек. На этом я оставляю вас гадать, что теперь будут делать ваши наниматели, узнав, что вас идентифицировали, — прикроют или просто избавятся, — и прощаюсь.

Прощаться было самое время, потому что к выходу, в котором недавно исчез второй охранник, уже спешило несколько групп людей в разных униформах — по идее врачи, водопроводчики и охрана. Как только потерпевшего приведут в чувство и он опишет, что с ним случилось, кто-то знающий сопоставит молнию из ниоткуда и испарившуюся раковину и догадается о причинах.

— А этого, — Таракан слегка удивленно кивнул на старательно посапывающего Ушеба, — так оставите или на руках понесете?

Саша скользнула взглядом по склоненной лысине и вскинулась, словно что-то вспомнила.

— Ах да, чуть не забыла… — Она достала из сумочки прозрачный мешочек и, накрыв им злосчастный стакан так, словно боялась прикоснуться руками, потянула к себе.

Мужчина в панике попытался перехватить компрометирующую посудину (наверняка со следами яда или чего там в ней было), но на полдороге его перехватили за запястье жесткие костлявые пальцы мумии, что уже отдавало подозрительной символичностью.

— Не сметь прикасаться к девочке, — прошипел Ушеб.

Мафей почти физически ощутил всплеск чужой Силы — видимо, словесных и физических методов воздействия грозному старцу оказалось недостаточно. Незадачливый переговорщик побледнел, пошатнулся и выпустил уже схваченный краешек пакета.

— Только проклинать не надо, — поспешно вставила Саша. — Он действительно всего лишь посторонний, которого наняли со мной поговорить, чтобы самим не светиться.

— Тогда пусть уходит отсюда, и быстро.

Объект Таракан поднялся, тяжело скрипнув стулом, и молча направился куда-то в глубь зала, оловянно глядя прямо перед собой замершими глазами.

— Мы уходим? — поинтересовался Ушеб, когда они остались одни.

— Да. Сейчас я найду Аленку и ее Сережика, объясню им кое-что, и уйдем вместе. Мы, наверное, вернемся в Тверь телепортом, а вас я попрошу проводить парня. Мало ли что может случиться, угроза была довольно внятная.

Они направились на поиски танцующих друзей, а Мафей неторопливо полетел за ними, внимательно следя, чтобы не задеть каких-нибудь скрытых под фантомами деталей интерьера. Сосредоточившись на прокладывании пути среди обилия свисающих с потолка украшений, он не особо оглядывался по сторонам и поэтому не сразу заметил знакомые приметы на противоположной стороне зала, которых не видно было ни от их столика, ни от двери, ведущей к туалетам.

А увидев, едва не шлепнулся прямо посреди танцующих.

Над одной из стоек, над головами продавцов, черных, как маэстро Гарри, только одетых в непристойные юбочки и ожерелья из листьев, извивалась мерцающая белая змея. А чуть правее, над столиками, выполненными в виде огромных пней, окруженных тропическими зарослями, порхали разноцветные полупрозрачные бабочки.

— Богомол! — возбужденно выдохнул он. — Скажите Скорпиону… И Пауку тоже… И Козявке! Я нашел это место! Место из сна!