Черное солнце - Майя Зинченко

– Господи, прости мне этот бардак… – виновато пробормотал он. – Но когда пытаешься заниматься с детьми, твоя жизнь превращается в стихийное бедствие. Ничего не успеваешь.

– Но тебе же это нравится?

– Всегда мечтал властвовать над душами. Тем более детскими. – Римус скорчил гримасу. – Но, похоже, мне это не слишком удается.

– Твоя музыка замечательная.

– Скажешь тоже… Кстати, я все-таки закончил свое сочинение. Во всяком случае, я не желаю больше в нем ничего менять, дабы не испортить. Мне кажется, Раэн бы оно понравилось.

– Ты мне сыграешь?

– Обязательно, – кивнул священник. – Но сначала ты расскажешь мне свою историю.

Римус гостеприимно распахнул дверь, ведущую в его покои. В раскрытое окно, расположенное под самым потолком, влетела голубка и, сделав круг, спокойно уселась на раскрытую ладонь священника.

– Ты еще и птиц приручаешь, – удивился мастер.

– Я их иногда подкармливаю, – признался Римус. – Не обижаю. Вот они меня и навещают.

– Чем больше я тебя узнаю, тем больше мне кажется, что ты святой. Музыка, голуби… Любовь к ближним. Ты действительно человек?

– Ах, Франц, меня мучают те же демоны, что и остальных. – Римус отодвинул в сторону столик с бритвенными принадлежностями. – Присаживайся, а я пока схожу в подвал.

Нужно признать, что Франц отлично провел время. Вино, разлитое по старым бронзовым кубкам, было отменным, собеседник доброжелательным. Два с половиной часа пролетели незаметно. Римус слушал его рассказ, не прерывая. Только когда речь зашла о зверствах черных магов, его руки непроизвольно сложились в молитвенном жесте.

– Не переживай, теперь с магами покончено, – успокоил его Франц.

– Упокой Господь их душу и прости злодеяния. Это же надо было так ошибиться…

– Они долгое время держали в страхе целый край. И все из-за этого камня. – Он протянул священнику Ловца Душ.

– Поразительно, – Римус покачал головой, – как такой маленький камешек способен стать причиной стольких бед.

– Хорошо, что все уже закончилось. Я ввязался в противостояние магов и гномов помимо своей воли, но в итоге результат стоил потраченных усилий.

– Я рад, что ты узнал, кто твой отец.

– Да… Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь… Мой отец известный, в узких кругах, разумеется, волшебник. Мог ли я себе такое представить?

– Ты отправишься на его поиски?

– Конечно. Собственно, других дел у меня сейчас нет.

– Как ты думаешь, где он теперь?

– Эрай в плену. – Франц сжал кулаки. – Гномы были о нем очень хорошего мнения, а они не пускают слов на ветер. Они сказали, что волшебник обязательно вернулся бы обратно. А раз не вернулся – значит, его удерживают силой.

– Будь осторожен, Франц. Когда волшебники выясняют отношения, простым людям лучше держаться в стороне. Понимаю, остаться безучастным ты не имеешь права, но осторожность не повредит. Тем более если ты как две капли воды похож на отца. Твои возможные враги заметят тебя раньше, чем ты их. У них будет преимущество, право первого удара. А первый удар, нанесенный умелой рукой, чаще всего бывает и последним.

– Ты прав. Может, мне изменить внешность? Отпустить бороду, например?

– С другой стороны, сочувствующие Эраю, его старые друзья тоже могут узнать тебя и снабдить необходимой информацией. Помочь.

– Хм, – Франц задумался, – в таком случае ничего не буду менять. Никаких бород, а то еще Элейс разонравлюсь…

– Симпатичная девушка, да? – Римус лукаво усмехнулся, допивая вино.

– Если бы ты не был священником, я бы начал волноваться.

– Боюсь, успех у женщин – это не для меня. – Он со значением потеребил рукав рясы. – Впрочем, сам виноват. Раньше надо было об этом думать. Женщины, любовь… Нет, я не могу принадлежать одной женщине, когда в моей любви и понимании нуждаются столько людей. Быть священником очень тяжело, Франц. И дело даже не в сохранении тайны исповеди. Больше всего угнетает необходимость быть постоянным примером для всех. Я стараюсь, очень стараюсь…

– И тебе это удается.

– А наша с тобой размолвка?

– Я уже и забыл о ней.

– Рад это слышать. – Римус взял лютню, лежавшую на кровати, и провел по струнам. – Моя прощальная песнь…

Он принялся играть, закрыв глаза. Тонкими длинными пальцами священник бережно касался струн, и Франц не спускал глаз с его рук, завороженный чудесной мелодией. Музыкальный талант Римуса был от Бога.

Мастеру снова привиделось лесное озеро, в окружении вековых деревьев и зеленых полян. Солнце ласково сияло, небо было чистым, без единого облачка. В холодной, прозрачной как хрусталь воде плавали белые и желтые кувшинки. Римус заиграл быстрее, и легкий ветер пронесся над гладью озера. По воде прошла мелкая рябь, кувшинки закачались. Где-то вдалеке послышался счастливый смех, а священник продолжал перебирать струны. Озеро, лес и солнце будут вечно. Они будут, пока существует вселенная, а в ней есть эта мелодия и надежда.

Римус уже давно перестал играть, а Франц все еще сидел, не шевелясь и слушая отзвуки музыки. Теперь она звучала в его сердце.

– Ну как? – осторожно спросил священник.

– У меня нет слов. Римус, ты превзошел самого себя.

– Серьезно?

– Это великолепно. Более душевного прощания я никогда не слышал и думаю, что и не услышу. И почему в обычном куске дерева, – мастер прищурился и посмотрел на лютню, – скрыта столь невероятная сила? Скажи, ты никогда не играл Раэн?

– Нет.

– Зря. Если бы ты хоть раз сыграл нечто подобное, она бы полюбила тебя, невзирая на рясу и общественное мнение. Ни одна женщина не устоит перед такими мощными чарами.

– Именно этого я и боялся, – тихо сказал священник. – Поэтому и не играл.

Франц посмотрел в окно, за которым уже наступили сумерки.

– Римус, мне пора.

– Спасибо, что зашел. Когда следующий раз заглянешь в Таурин, я буду рад тебя видеть.

– Взаимно.

Священник проводил Франца до дверей храма. Невдалеке от входа, пиная камешки, со скучающим видом бродила Элейс. Купив все необходимое в лавках, она уже больше часа ждала мастера. Ее конь стоял рядом, лениво пощипывая траву.

– Это она? – спросил Римус.

– Да, – ответил Франц и почувствовал, что краснеет. – Совсем не похожа на Раэн, правда?

– Не похожа, – согласился священник. – Но ведь важен человек, а не его лицо. А у Элейс под милой внешностью скрыта добрая душа… Достойный выбор. Смотри не обижай ее. Если девушка разуверится в тебе, то последствия могут быть непоправимые.

– К чему ты клонишь?