Маневры неудачников - Сергей Мусаниф

— Ты уже позаботился о своем пенсионном фонде?

— Акции, — сказал Джерри. — Кто знает, что они будут стоить завтра?

— Завтра и деньги могут сильно обесцениться, — сказал я. — Боеприпасы и консервы — вот твердая валюта грядущего.

— Обожаю оптимистов, — сказал Джерри. Амальгама закончила рыдать и теперь увлеченно зевала.

— Шла бы ты к себе, — сказал ей Джерри. — Утром я пришлю кого-нибудь, чтобы взять показания.

Амальгама кивнула и двинулась к двери. Как была, в простыне. Джерри перехватил ее на половине дороги и рекомендовал одеться. Движения жрицы любви были механическими и замедленными, как у водолаза на глубине. Или как у космонавта, оказавшегося за бортом корабля. Наверное, здесь и сейчас это сравнение было более востребованным.

— Собственно, я позвал тебя не для того, чтобы ужасаться смертью Халлена — да кому он был нужен — или беседовать о жизни, трудностях, которые готовит нам будущее, сложностях пенсионного фонда и политике Консорциума Бизнесменов, — заявил Джерри, когда мы остались одни. С нами был еще труп Халлена, но я сомневаюсь, что он захотел бы принять активное участие в разговоре. — На кого ты работаешь?

— Мне казалось, на тебя.

— Не держи меня за идиота, ладно? — сказал Джерри. — Когда ты появился здесь полгода назад с собственным космическим кораблем, туманной легендой и рекомендацией от Хасана иль-Джафири, владельца пятнадцатипроцентного пакета акций Консорциума, я удивился, но не стал задавать вопросов. Я думал, это простая инспекция, задуманная Консорциумом. Но твое пребывание здесь затянулось, а результатов инспекции все не было. Тогда я стал думать, что ты родственник кого-то влиятельного, временно сосланный сюда за какую-то провинность. Мне стало любопытно, и я решил провести небольшое частное расследование. Угадай, что я выяснил?

Я промолчал.

— Правильно, ничего, — сказал Джерри. — Обычно люди оставляют за собой хоть какие-то следы, и всегда можно найти кого-то, кто что-то знает. Но не в твоем случае. Такое впечатление, что ты и твой гребаный корабль соткались из ниоткуда за полчаса до того, как пришвартоваться к нашей станции.

— По законам жанра сейчас я должен осматривать обстановку в поисках тяжелого предмета, которым можно ударить тебя по голове? — уточнил я, видя, что руки Джерри вроде бы и расслаблены, но уже не скрещены на груди, а висят вдоль тела, находясь в непосредственной близости от набедренной кобуры.

Ленгстром носил с собой не положенный по служебной инструкции парализатор, а игольник «оса», оружие, попадание из которого в любую часть тела гарантирует служащему мишенью человеку смертельный исход. У меня был такой же, но в ножной кобуре, закрытой от любопытных глаз форменными брюками. Идеальное оружие для того, чтобы убивать людей в замкнутом пространстве космических кораблей и ремонтных станций, где лишний выстрел из плазмогана или импульсника может повредить какое-нибудь ценное и крайне необходимое для жизни оборудование или и вовсе пробить обшивку.

— Скажу честно, я не исключаю и такой возможности, — заявил Джерри. — Тяжелых тупых предметов тут полно.

Убранству апартаментов Халлена мог бы позавидовать и левантийский калиф. Если бы нынешний калиф Асад ад-Дин не был приверженцем спартанского образа жизни и был способен завидовать чему-то материальному, он бы обязательно позавидовал. Статуэтка танцовщицы, стоявшая на комоде всего в полуметре от меня, идеально подходит для проламывания голов. Если взять ее поперек плоского живота и ударить подставкой…

— То есть полгода тебя это не волновало, по крайней мере, волновало не настолько, чтобы ты решил поговорить об этом со мной, а теперь вдруг ты решил расставить точки? Что-то изменилось?

— Да.

— Что? Не смерть же Халлена подвигла тебя на этот шаг.

— Нет. Но здесь можно поговорить — мне доподлинно известно, что в комнате нет наблюдающих устройств. Я сам проверял, так как Халлен жутко боялся, что кто-то узнает о его оргиях.

— Это он просто настоящих оргий никогда не видел, — хмыкнул я. — Но если не смерть Дага, то что?

— Дерьмо находится в непосредственной близости от вентилятора, — сообщил Джерри. Эта метафора оказалась поистине бессмертной даже на комбинированном языке потомков. Я всегда подозревал, что непреходящие ценности будут носить именно такой характер. — И, судя по уже намеченной траектории, непременно в него попадет.

— Информативно, — согласился я. — И тревожно. А если конкретнее?

— Сначала ты мне ответь.

— А что бы ты хотел услышать?

— Правду, — сказал Джерри. — Хотя бы частично.

— Я — резидент разведки скаари, — сказал я. — Генетически измененный ящер, внедренный в ряды простых смертных с целью сбора информации, диверсий и саботажа. Вам конец, людишки.

— У меня нет времени на твое остроумие, — сообщил Джерри. — Ты работаешь на СБА?

— Нет.

— Верю, — сказал Джерри. — Для СБА это слишком топорная работа.

— Если бы я работал на Альянс, ты нашел бы кучу следов, свидетельствующих в пользу моей безобидности, — сказал я. — Впрочем, так бы произошло, если бы я работал на любую разведку. Создание легенд — это дело специальных отделов, которые только этим и занимаются.

Мне удалось очень ловко ввернуть в предложение слово «наверняка», которое должно было дать понять, что на самом деле я не имею ни малейшего представления о том, как делаются дела.

— Твоя легенда шита белыми нитками. Точнее, у тебя ее практически нет, — согласился Джерри. — В связи с этим у меня и возникает вопрос: на кого ты работаешь?

— Ни на кого. У меня нелады с законом на территории Альянса. — В этом месте я даже не соврал, на территории Альянса мне делать нечего. — Поэтому я обратился за помощью к надежным людям, и они создали для меня новую личность. Но на проработку деталей их возможностей не хватило.

— В этой комнате много тупых предметов, — повторил Джерри. — Но я к их числу не принадлежу. «Надежные люди» в такой ситуации не стали бы морочить себе голову, взяли бы деньги, а полиция Альянса или кто-то еще долго бы искали твой труп.

— Мне рассказать тебе про сложное выстраивание связи с «надежными людьми» и систему гарантий? Это займет какое-то время, а ты, по-моему, куда-то спешил.

— За что тебя ищут?

— Хочешь меня сдать? Награда не очень большая.

— Мне плевать на законы Альянса, — сообщил Джерри. — Тут ничья земля и законы совсем другие. Но я вроде как поддерживаю соблюдение этих законов и обеспечиваю на этой земле безопасность и хотел бы знать, кто и с какого калибра пушками может явиться сюда по твою голову. Чтобы вовремя отойти в сторону, например.

Вопрос про калибр пушек был чертовски хорошим вопросом, но ответ на него был мне неизвестен. Я искренне надеялся, что СБА забыла о моем существовании, потеряв мой след если не во Вселенной неудачников, то хотя бы после вторжения скаари, но убедить себя в этом до конца так и не смог. Калибр пушек мог зависеть от многих причин, и я понятия не имел, как развивались события после нашего с Визерсом побега из штаб-квартиры Службы Безопасности Альянса.