Вернуть дракону крылья. Книга 1 - Жасмин Майер

Мы дошли до размытой дождем дороги, и Эрик протянул мне руку и помог взобраться на гребень. Там я оглянулась, но так и не смогла найти перекошенный сарай с дырявой крышей.

— Но… — только и сказала я.

— Он появился там ради нас, а теперь в нем больше нет нужды, — ответил дракон.

— Вот просто взял и появился? А я думала, это твой дом.

Эрик оглянулся на простирающееся до горизонта зеленое море трав.

— Нет у меня дома. Даже такого, — он развернулся и пошел по тропе первым.

Я пошла следом.

По размытой дождем колее идти было неприятно. Грязь чавкала под ногами. Эрик пересек дорогу и стал спускаться с холма, снова взяв меня за руку. Его сапоги не скользили по мокрой траве, а вот я босиком ходить не привыкла.

— А чем ты вообще занимаешься, Эрик?

А потом пяткой наступила на что-то склизкое, упругое, с визгом дернулась, поскользнулась и чуть ли не кубарем скатилась вниз, так что разговор пришлось отложить.

Эрик подхватил меня в самом низу, сжав обеими руками талию.

— Это всего лишь водные прислужники, — сказал он.

— Кто?

Он потянул меня за собой в траву, и я плюхнулась на колени.

— Не задави, — прошептал он и тут же коснулся пальцем моих губ, призывая к молчанию.

Я вгляделась в поросший травой холм, усеянный огромными каплями росы, которые переливались на солнце. И только приглядевшись, заметила, что эти капли двигаются!

Наверное, у меня отвисла нижняя челюсть. Потому что, глядя на меня, Эрик усмехнулся, а потом медленно убрал палец с моих губ и перехватил запястье. Протянул мою руку к ближайшей радужной капле, медленно ползущей по стеблю растения.

— Коснись его, — прошептал он тихо. — Не бойся.

Я медленно вытянула руку и ткнула каплю указательным пальцем. Та спружинила, как желе, колыхнувшись бесцветной массой. И в тот же миг прислужник, развив с места неожиданную скорость реактивной улитки, стек по стеблю, спрятавшись от назойливых гостей в тени корней.

Я оглядела холм. То тут, то там в сочной зелени капли вспыхивали и переливались радужными всполохами, очень переползая с места на место.

С улыбкой глянула на дракона, который по-прежнему стоял так близко, что грудью касался моей спины. И все так же держал меня за запястье.

— Невероятно, — прошептала я. — Спасибо.

Он ответил мне странным непривычно-долгим взглядом, под которым сразу стало не по себе. Его лицо впервые было так близко, и только теперь я разглядела его необычные глаза. Под солнцем они стали темно-янтарными, а вот зрачок был узким и вертикальным, как у кота. Или у рептилии.

А еще если бы это было соревнованием в гляделки, Эрик однозначно вышел бы победителем.

За то время, что я его разглядывала, он не моргнул ни разу.

— Ты вообще хоть иногда моргаешь?

— Очень редко, — пожал плечами он. — А все люди моргают также часто, как ты? Как вы вообще видите хоть что-то, если то и дело смыкаете веки?

— Никогда не задумывалась об этом, — хмыкнула я. — Зато вы, драконы, похоже, видите слишком много.

Он отстранился, поднялся на ноги первым и протянул мне руку. Пришлось снова запахивать проклятую простынь, чтобы не сверкать голой задницей на всю округу.

— О да, — многозначительно отозвался Эрик.

С узлами мне опять не свезло, и Эрик, потеряв терпение, сам подхватил края простыни и затянул ее как следует. Я при этом глядела, куда угодно, только не на него.

С другой стороны чего мне стесняться? Сейчас я хотя бы одета, пусть и так скудно. Полчаса назад я вообще лежала перед ним абсолютно голая в позе, которая просто не оставляла простора для воображения. Эрик уже видел все, что его могло интересовать, как мужчину, успокаивала я себя.

Да и вообще, наверное, это противоестественно для человека заниматься сексом с драконом? Все равно что переспать с бульдозером!

— Как себя чувствуешь? Что-то болит? — спросил Эрик, закончив с узлом на моей груди и вглядываясь в мое лицо.

Ощущения, которые обуревали меня, не имели ничего общего с болью. Но головокружения, внезапной слепоты и тахикардии тоже не было.

— Все прекрасно, — ответила я чересчур бодро.

Эрик наградил меня фирменным долгим взглядом. Теперь хотя бы понятно, почему мне от него так не по себе.

— Тогда идем. Самое близкое поселение Райнхолл, город речных драконов. Должны скоро добраться. Там найдем тебе одежду и кое-что разузнаем о рунах.

— А мы так и будем идти пешком?

— До Райнхолла точно, а там можно взять лошадей, но сначала нужно решить проблему с рунами. Если что-то почувствуешь, говори сразу, ясно?

Я покивала. Хотя о том, как натирает эта грубая ткань мои соски, ему знать совершенно необязательно.

Было очень странно ощущать себя настолько сексуальной в этом мешке, но я ничего не могла с собой поделать: всю дорогу, пока мы петляли по лесу, я словно поджаривалась на медленном огне.

Эрик шел первым, и я не могла отвести взгляда от его спины и того, как светлая материя обтягивала спину. От широкого кожаного пояса на талии и крепких бедер. От сапог с высоким голенищем.

И всего остального, чего уж там.

Правда, потом в животе заурчало. И другие желания несколько померкли перед чувством голода. Ну да, прогулки по свежему воздуху они такие, нагоняют аппетиты.

— Хм, — кашлянула я. — А где здесь берут еду?

— А где вы брали еду в вашем мире?

— В магазине.

По лицу Эрика, когда он обернулся, стало понятно, что он понятия не имеет, что такое магазины.

— В Гийлире еду добывают на охоте, — сказал он.

— А менее кровожадного способа нет?

— Можно посадить что-нибудь. Подождешь?

Мой организм ответил за меня, ворчливо и во всеуслышание заявил, что ждать не намерен.

— Может, фруктов соберем? Ягод отыщем? Корней накопаем?

— Драконы не едят корни. Драконы едят мясо.

— Но ведь для этого придется кого-то убить!

Кровожадный драконище только покачал головой.

— Драконы убивают и едят мясо, Рин. Все просто.

— Но это жестоко!

Он так резко остановился, что я налетела на него всем телом. Среагировав куда быстрее меня, Эрик обхватил одной рукой оба моих запястья и завел мне за спину, пресекая на корню возможность даже случайно коснуться его.

— Охота это необходимость, Рин. А вот что такое настоящая жестокость, ты узнаешь очень скоро. Дай нам только дойти до Чертога, — процедил он.