Вернуть дракону крылья. Книга 1 - Жасмин Майер

Что за несносный дракон!

Большим пальцем он принялся поглаживать кожу, а после его ладонь скользнула выше к нежной коже под коленями, так что я чуть не замурчала, как довольная кошка, а он в этот момент выдохнул:

— Посмотри на себя, Рин…

Я опустила глаза и ахнула.

Кожа переливалась, словно обсыпанная бриллиантовой крошкой. Эрик водил пальцами сверху вниз по моей голени, и следом за его рукой на коже вспыхивали линии. Но стоило ему убрать руку, как сияние через миг тоже утратило краски, радужный блеск рун померк и вскоре они полностью исчезли.

Я снова посмотрела на свою самую обычную ногу, а после перевела взгляд на Эрика.

— И что это значит? — спросила я, полная нехороших предчувствий.

Эрик медленно поднял глаза, кажется, с трудом сфокусировавшись на моем лице. Еще бы. Сидела-то я перед ним далеко не в самой целомудренной позе, а сам он стоял передо мной на коленях.

— Сейчас мы с тобой на границе Гийлира, — сказал он медленно, словно собираясь с мыслями. — И здесь ослаблено воздействие магии.

— Да, я помню. Ты об этом уже говорил. Как и то, что без твоих волшебных рун, магия твоего мира… — я осеклась.

— Убьет тебя, — закончил Эрик.

Я натянула на плечи ту сухую простыню, что он достал из сундука, а Эрик отошел на благоразумное расстояние. Видимо, чтобы ничто не мелькало перед глазами и не мешало ему обдумать наше положение.

Лично у меня есть только один вариант, почему магия для девственниц не девствует на меня. Умирать я не собираюсь, да и обидно будет погибнуть на какой-то границе нового мира, так и не увидев настоящих драконов.

Поэтому придется признаться. Ох.

— Эрик, — аккуратно начала я, — ты говорил, что Гийлир выбирает невест драконам и никогда не ошибается, так?

— Это так, — кивнул он. — Вспомни, сколько женщин было вокруг меня. Веками женщин твоего мира тянет к драконам Гийлира, но не все из них оказываются следующей ночью здесь. Гийлир соединяет только истинные пары.

Допустим.

— И Гийлир всегда выбирает только невинных девушек?

— Да.

Что ж, у той уборщицы из больницы не было шансов очутиться здесь, но с другой стороны их и у меня быть не должно.

— Что ж, — я облизала губы, — дело в том, что я не невинна.

Эрик моргнул, уставившись на меня.

— В каком смысле?

— Еще до того, как ты появился в моем мире, я уже познала мужчину.

И не одного, но об этом не будем. И так слишком большой шок для отдельно взятого дракона.

— Ты поэтому спрашивала меня о том, было ли у нас что-то этой ночью? — нахмурился он. — Ты проснулась голой, в чужом месте и решила, что мы…

— Ну а о чем еще я могла подумать? — развела я руками.

Покосилась в окно — а вот и первые темные тучи на горизонте. Плохой знак. Не будем доводить ситуацию до стихийного катаклизма.

— Эрик, — быстро заговорила я, соскочив с кровати. — Раз твой Гийлир никогда не ошибается, то, значит, мне предназначено быть здесь. А если так, давай попробуем снова, может быть, есть еще варианты? Зелья? Амулеты? Вдруг что-нибудь да получится? Умирать я не хочу. Расскажи, к кому ты ездил сегодня утром? Может быть, стоит съездить еще раз?

Гийлир не ошибается в избранницах, значит, я в этом мире все равно по делу, пусть и давно не девственница. А на счет жениха, который ждет меня в Чертоге… Что ж, для начала до этого Чертога нужно дойти. Вдруг меня вообще никто не выберет или у Гийлира другие на меня планы?

— Я виделся с Маконом. Ты видела его рядом со мной в твоем мире.

Друг-блондин. Конечно.

— Тоже буревестник?

— Нет, он кремниевый дракон… Он относится к стаям стихии земли. Всего в Гийлире шесть стихий и к каждой относятся свои драконы: воздух, вода, земля, огонь и жизнь.

— А какая шестая?

— Время.

— Вам подвластно время?!

— Как иначе мы попадали бы в ваш мир? — пожал плечами Эрик.

Ага, это вам не разговоры о девственности, а научные лекции чей угодно пыл усмирят. Темная полоса вдоль снова горизонта посветлела.

Эрик запустил пальцы в волосы.

— Рин, мы не можем оставаться в этой хижине навечно. Нам нужно двигаться вглубь Гийлира. Может быть, там мы сможем найти кого-то, кто сможет ответить, почему руны с твоего тела как будто сдувает ветром.

— А она будет на мне вот так постоянно переливаться?

Я же буду светиться как Новогодняя Елка перед приходом Деда Мороза!

— Нет, руна должна впитываться в твое тело, и со временем на нем останется только едва заметный блеск.

— Уже лучше. Но как нам двигаться дальше? Если мне будет также плохо, как в тот раз, когда я убежала, и если это из-за магии, то в таком состоянии я далеко не уйду.

Эрик надвинулся на меня, не сводя темного взгляда.

— Я буду рядом. А для того, чтобы ты нормально переносила магию по мере того, как мы будем отдаляться от границы, мне просто придется обновлять руны на твоей коже так часто, как это будет необходимо.

— Обновлять руны, — повторила я.

— Да, — отозвался Эрик, пристально глядя на меня. — Хотя кроме рун на твоей коже, есть и другие варианты, учитывая, что ты больше не невинна.

Несмотря на то, что я стояла босиком и в несчастной простынке, мне стало невыносимо жарко.

— Хм, — кашлянула я. —  Ясно.

О боже.

Я подтянула простыню над грудью. Черт, голая и не невинная. Далеко я уйду в таком состоянии?

— Почему я попала сюда голой? — проворчала я, пытаясь затянуть узел над грудью еще сильнее.

— Считай это своим вторым рождением в новом мире. А люди не приходят на свет одетыми с ног до головы.

Эрик подошел ближе и коснулся ткани, которую я безуспешно дергала ослабевшими пальцами. Глядя на меня, затянул узел и завязал еще один, для надежности, сказал он.

Ну да. Ну да. Чтобы какой-то узел и остановил мужчину.

— Спасибо. И когда выдвигаемся? — хрипло спросила я.

Эрик так и остался стоять рядом, всем телом я чувствовала исходящий от него жар.

— Сейчас, — тоже с хрипотцой в голосе ответил он. — Путь и так не близкий.

Ох, что-то мне подсказывает, что это будет еще и о-о-очень непростой путь для нас обоих.