Прикосновение зверя - Ольга Аро

Вэл не до конца понимала, стоит ли вообще разговаривать с Зеффом на эту тему. Не понимала его отношение ко всему происходящему. Улыбка бородача могла лгать, а веселость от их встречи быть напускной.

В глубине души Вэл была уверена, что Зефф желал ей добра, но стая всегда верна своему вожаку, не так ли?

— В смысле? — Бородач с непониманием посмотрел на Вэл.

Рискнуть? Откинуть опасения и быть откровенной? Да какая уже разница.

— Все было не так.

— А как? Ты о чем вообще?

Вэл колебалась, чувствуя на себе пристальный взгляд Зеффа.

— Это сложно… я не уверена, что стоит говорить…

Бородач откинулся на спинку крепкого деревянного стула и сложил руки на мощной груди.

— Ну, как знаешь. Только, конечно, удивительно. Вот до сих пор не пойму, когда тебя на волка повело? Я был уверен, что ты от Раза под страхом смерти не отлипнешь. Ан нет. Удивила.

Вэл чувствовала его настороженность и что-то такое, что было сложно описать словами. Разочарование, возможно?

Голова заболела сильнее, и она, поморщившись, потерла висок пальцами.

— Зефф, Раза тоже… уверен, что все так и было? — осторожно поинтересовалась, поглядывая за реакцией бородача.

Зефф хмыкнул, смотря с немым упреком.

— Малая, ты странная какая-то. Либо уж говори как есть, либо молчи.

— Он, наверное, был очень зол на меня…

Подошедшая женщина с серым лицом молча покосилась на хрипло засмеявшегося мужчину и поставила на стол большие деревянные кружки с пивом.

— Зол? Не совсем то слово, конечно. — Зефф усмехнулся, покачивая головой. — Он был в ярости. Правда, мало кто об этом догадывался. Это же какой позор — у самого капитана Вторая с любовником сбежала! Да еще и с предателем! Мы, скажу по правде, думали, он за тобой ребят своих пошлет, так сказать, чтобы… ну, сама понимаешь. Но обошлось. Отпустил он тебя, позволил жить. Так что радуйтесь с волком — все быльем поросло.

Вэл закусила губу и низко опустила голову, прикасаясь кончиками пальцев ко лбу. В голове било набатом. Боль показала себя в полной мере, стуча в висках и мешая нормально соображать.

— Мы с Шейном не были любовниками. — Вэл протянула руку и взяла кружку.

Пиво оказалось кислым на вкус, но она в пару глотков осушила полную кружку.

Сегодня можно себе это позволить.

Зефф одобрительно крякнул и последовал ее примеру.

— Не понял… — Бородач вытер губы тыльной стороной ладони.

— Он, возможно, и хотел быть со мной. Я позволила ему думать, что он мне нужен, но лишь потому, что через него я могла узнать все о сговоре волков. Вемир знал обо всем, я рассказала ему.

Вэл задумчиво посмотрела на вторую пивную кружку.

Сколько же она не пила? Год? Больше?

Удивительно, почему, вернувшись, она так и не пристрастилась к выпивке, хотя это был самый простой путь забыться.

Видимо, нашла способ лучше.

Выпивка со всей своей пьянящей прелестью меркла перед чувством удовлетворения от погружения в грязь, которая манила ее сильнее прочего.

— Хм… да, слышал об этом. — Зефф нахмурился и задумчиво спросил: — Ну и зачем тогда вы сбежали?

— Раза убил бы Шейна. Я не могла допустить этого. Это было нечестно по отношению к нему. — Перед глазами Вэл мелькнули светлые волосы и яркие синие глаза. И роза, красная, как кровь. — Он… был моим другом, понимаешь?

— Не понимаю. Разве же кто заставлял волка идти против Раза? А ты, получается, оставила все и сбежала в свой город. Ради друга, который хотел убить твоего Первого?

Нещадно чадящая свеча на глиняной подставке зашипела и погасла.

Зефф вздохнул и отодвинул ее на край стола.

— Да. — Вэл не знала, что еще сказать.

Нужных слов не находилось. Она прекрасно понимала — Зефф был другой. И Раза был другой. И весь город за горами отличался от той реальности, в которой воспитывалась и выживала Вэл большую часть своей жизни.

Для них, людей, уживающихся со своей звериной сущностью, было невероятно слышать подобное. В том мире, сложном и суровом, оставить своего Первого ради невнятной дружбы (а разве то, что было между девушкой и волком, — это была дружба?) значило предать.

Вэл не надеялась на понимание Зеффа. Теперь, по прошествии времени, она и сама себя не понимала.

Куда уж тогда оборотню понять невразумительные и путаные мотивы поступков человека!

— Ну, надеюсь, оно того стоило. Потому что мы вот до сих пор расхлебываем, — грубовато проговорил Зефф, прикладываясь к пивной кружке.

— О чем ты? — Вэл с непониманием глянула на него.

Расхлебывают? Что могло произойти со стаей Раза после ее исчезновения? Правильно, ничего особенного, потому что их это не касалось.

— Да ни о чем, Валлери, — как ни в чем не бывало отмахнулся Зефф. — Ты лучше расскажи, как живешь, чем занимаешься. Как там Шейн, привык к вашей обстановке? Не представляю, каково ему жить среди людей. Уж не обессудь, но больно вонючий у вас городок.

Вэл взяла в руки вторую кружку, поднесла ее ко рту и сделала большой глоток.

Может быть, если напиться, головная боль утихнет. Хотя бы на время. До утра.

Она хмыкнула и подняла на бородача голубые глаза:

— Зефф, мы не дошли до города. Кое-что случилось, и…

— Случилось? О чем это ты?

Слова вырвались легко, будто только того и ждали.

— Шейн погиб.

Еще глоток. И еще. Удивительно, но пиво больше не казалось кислым. Вполне себе сносное.

Зефф надолго замолчал, меряя ее взглядом. Она видела растерянность в его потемневших глазах.

Не ожидал? Еще бы. Наверняка думал, что волк живет себе припеваючи среди людей, ходит утром на службу, может, работает в городской страже, где всегда пригодились бы сильные парни. А вечерами пьет горячий чай, а затем, счастливый, делит постель с любимой, которую забрал у великого и непобедимого Раза.

Так казалось Зеффу? Теперь Вэл была уверена, что так казалось всем, кто знал эту историю.

— Ты серьезно? — наконец произнес бородач каким-то странно опустошенным голосом.

— Да. — Вэл не видела нужды раскрывать подробности.

Они никого не касались. Что было — то прошло. Мертвому Шейну в любом случае было безразлично.

— И мне, видимо, не стоит спрашивать, что именно случилось? — серьезным тоном спросил Зефф, глубоко вдыхая.

— Нет, — отрезала Вэл, смотря прямо ему в глаза.

«Это моя вина, — хотела сказать она, — только моя. Я виновата в его смерти. Не Раза, а только я. Волк был честен со мной, а я обманывала его, играла его чувствами. Если бы я только могла все исправить, я бы никогда не поступила с ним так. Я бы сделала все, чтобы он жил. Стоило хотя бы поговорить с Раза, убедить его сохранить Шейну жизнь. Это же Раза, ради меня он переступил бы через гордость и свою силу, правда? Но правду больше не узнать. Никогда».