Очень древнее зло - Екатерина Лесина

— Погоди…

— Ари! Улыбайся… все просто. Я выхожу замуж в Вироссу.

— За того рыжего?

— Можно подумать, там выбор государей большой. Конечно, за него. А ты за своего…

…за кого?!

За кого, мать вашу, она выходит замуж?! И почему совершенно ничего не помнит?

— Я не помню…

— Конечно. Это случается. Мы добрались до дворца. Создали круг. И ты им управляла. Мы изгнали демона, но так получилось, что его сила вырвалась. И смешалась с нашей. В общем, там так хорошо грохнуло. И ты головой ударилась. Или это от демонической силы? Сперва думали, что ты совсем… но Ксандр тебя спас. А ты его оживила. И после этого просто обязана была, как порядочный некромант, выйти за него замуж. Это, если что, его слова. И да, он не слишком обрадовался.

— Замуж?

— Нет, тут, по-моему, все как раз нормально. Но он все не может привыкнуть быть живым.

Безумие.

Но… отец… в парадном одеянии. Он его терпеть не может. А тут стоит, выпятил грудь. Хмурится притворно, стараясь грозным казаться. Рядом с ним Ксандр. В белом. Это… это что за издевательство? Но хорош, нечего сказать. И сердце пропускает удар.

— Виросский посол не слишком доволен, но Яр их там крепко приструнил. И Славка… Дракона притащила. А дракон — такой аргумент, что как-то и не поспоришь…

Жрец.

Мрачный такой. Но читает… слова проходят мимо. Ариция пытается слушать. И вспомнить. И… и не выходит.

А её подводят к жениху.

Мужу… скоро мужу… и она берет его за руку. За теплую живую руку.

— Опять забыла? — шепотом спрашивает Ксандр. И слегка хмурится. Надо же, она чувствует его беспокойство. За кого? За Арицию… — Ничего. Со временем пройдет. Голова не болит?

— Нет.

— Не кружится?

— Нет.

Пальцы теплые. Даже сквозь ткань перчатки чувствуется. А еще она слышит, как бьется сердце. И… и надо спросить. Что-то спросить… про остальных. Брунгильду, про… степняков… город.

Демона.

Демоницу… а она молчит и смотрит в темные глаза того, кто был мертв, а теперь ожил. Разве такое возможно? Разве…

— Не думай, — Ксандр осторожно касается виска, поправляя тонкую прядку. — Ты всегда слишком много думала.

— Это плохо?

— Нет. Но порой лишнее…

Кто… и что…

— Ты меня любишь? — о чем она спрашивает? Да и самое время… жрец почти завершил обряд. Он зачерпнул горсть зерна и осыпал молодых.

Плодородие…

— Конечно.

— И… как давно?

— Наверное, с того момента, когда ты решила доказать мне, что я не мертв…

Ариция закрыла глаза.

Слишком хорошо. Слишком… благостно, чтобы быть правдой. Но не этого ли она хотела? Вернуться домой. Не проклятой, не… спасительницей.

Чтобы любили.

И ценили.

Чтобы…

— Нет, — сказала она тихо. — Ничего этого нет.

— Пока нет, — согласился туман голосом Ксандра. — Но все возможно. Ты же хочешь?

— И… и что нужно сделать?

— Просто убить демона.

Просто. Как будто это просто.

Она открыла глаза. Тронная зала исчезла. И отец. И матушка. И… и все-то, кроме сизого тумана. А в нем кто-то плакал. Громко. Надрывно.

— Чего ревешь? — спросила Ариция.

— Так, — ответили из тумана сдавленным голосом. Летти? — Просто… оплакиваю несбывшиеся мечты.

— Красивые?

— А то, — она протянула руку и коснулась. — Я… мы победили.

— И мир спасли.

— Тоже видела?

— Нет, — Ариция подвинулась чуть ближе и села рядом. Вдвоем не так страшно. И, что куда важнее, не так тоскливо. — Я все забыла. Будто. Как мы мир спасли.

— И я. Очнулась на свадьбе… моей…

— С рыжим?

— Не такой он и рыжий. Немного… но да. Меня короновали… как императрицу Виросскую.

— А я за Ксандра выходила.

— Он же мертвый!

— Я его сперва оживила, а потом замуж.

— А так можно? — откровенно удивилась Летиция.

— В мечтах можно… но вообще не знаю. Тебе тоже сказали, что нужно убить демона?

— Да, — сестра вздохнула и встала, потянув за собой Арицию. — Убить демона, спасти мир, а потом жить долго и счастливо. Только…

— Что?

— Как-то оно слишком… просто. Да и… не верю я.

Ариция кивнула и тоже встала. Огляделась. Туман редел. Он таял, возвращая солнечный свет. И тот был ярким, даже ошеломляюще ярким.

Она зажмурилась.

— Вы тут… — Брунгильда показалась из тумана. — Тоже… видели?

— Видели, — Мудрослава шла, опираясь на руку брата. — Меня на царство венчали, чтоб их…

— А я? — Яр придерживал меч.

— Ты… ты отправился новые земли покорять.

— Тогда ладно… я их покорил. То есть, открыл. Новые земли. Богатые. И там основал колонию. Мы строили город… удивительный. Я и она, — Яр указал на Летицию. — И перед нами был открыт весь мир.

Он вздохнул и почесал затылок.

— Хрень это все.

— Не выражайся.

— Я не выражаюсь. Я выражаю свое отношение. И частное мнение, — он выпустил руку. — Нам показали то, чего мы хотим…

— Замуж? — уточнила Ариция, которая вот точно подобного желания не ощущала. — Серьезно?

— Мне всегда было душно во дворце, — признался государь всея Вироссы. — Все-то по правилам, все-то… заседания Думы эти бесконечные. Отчеты, доклады… кто-то опять в казну руки запустил, кто-то письма пишет, к бунту подстрекая, кто-то еще чего удумал. А ты сиди и разбирайся, то ли казнить, то ли просто плюнуть. То ли дело… а тебе это нравилось.

Мудрослава покраснела и густо.

— Да ладно. Ты и вправду была бы более толковым правителем.

— Меня не примут, — тихо сказала она. — Саму по себе. Там, во сне, я собиралась выйти замуж…

— За кого?

— Не знаю.

— Это как?

— Смутное такое… ощущение, что вроде бы человек хороший и даже, наверное, его люблю. И Дума одобряет. Что я буду государыней, а еще продолжу род…

— Тебе просто никто особо не нравится, — Летиция быстро отерла лицо руками. — Поэтому и образ получился размытым. Это не будущее. Это…

— Вероятность будущего? — Мудрослава отвела взгляд. Но брат молча обнял её и сказал: