Старая Контра - Павел Марушкин

Застывший, подобно истукану, Ххай шевельнулся.

– Забирай своего дружка и уматывай! – пробасил ему Громила. – И больше чтоб я вас не видел, понятно? В следующий раз каюк заделаю – глазом моргнуть не успеешь!

– Нам нужна Книга! – пискнул шаман.

– Ну, дело твоё! Ребята, давайте-ка… Каюкеры бросились вон; Ххай подхватил так и не пришедшего в сознание Хадзме и припустил следом. Шаман несколько мгновений пребывал в нерешительности, потом неразборчиво ругнулся и выскочил на лестницу. Из башенки раздался яростный вопль ведьмы, обнаружившей, что добыча ускользнула. В следующий миг старуха испустила ещё один крик, куда более громкий – духи вступили в игру… Громила ухмыльнулся и захлопнул дверь.

Друзья ссыпались вниз по лестнице. В подъезде Хлюпик не выдержал и расхохотался, сгибаясь пополам. Иннот задрал голову, с расплывшейся во всю физиономию улыбкой прислушиваясь к доносящимся сверху ударам и воплям – их слышно было даже отсюда.

– А, чтоб тебя!!! – орала Перегнида. – Когда ж оно кончится, это моё клятое невезение!!!

Всё новые и новые ?-здюли вылетали из коробочки…

– Пойдем, старина, – поправил очки Афинофоно. – У нас есть куда более интересные дела, чем торчать здесь.

– Угу! – важно кивнул Хлюпик. – Думаю, на затянувшейся карьере Марамбиты Долборождь можно поставить наконец жирную точку.

– Но Подметалу мы так и не достали, – напомнил Громила. – Мало того… Этот ловкач, похоже, лишил нас плавсредств.

– Не может быть! – Иннот выскочил из подъезда и в растерянности остановился, погрузившись по пояс.

Длинной узкой пироги кипадачи нигде не было; борта зафрахтованной обезьянцем плоскодонки еле виднелись над водой – мощный удар зонта пробил фанерное днище.

– Вот сволочь…

– Сами виноваты, лопухи, – хмыкнул гориллоид. – Кто же оставляет своё имущество без присмотра… Это Биг Бэби, старина!

– Нам сойдёт сейчас любая лохань… Похоже, я знаю, куда он направился; ещё не всё потеряно!

* * *

Изенгрим Фракомбрасс, по кличке Ёкарный Глаз, всю свою жизнь имел дело с прожжёнными негодяями и поэтому вполне мог определить ложь на слух. Страшно подумать, сколько бутылок так и остались бы неразбитыми о головы пиратов, не имей он этого маленького таланта. Сидящий напротив него определённо не врал. «Значит, псих», – подумал Фракомбрасс, зная, впрочем, что это не так.

На психа втащивший его в лодку не походил совершенно. Ни заторможенности, ни лихорадочного возбуждения, ни мути или безумного блеска в глазах, столь характерного для душевнобольных, не было и в помине. Напротив – ясный и твёрдый взгляд принадлежал человеку редкостного самообладания и уверенности; да и всё его поведение говорило о том же.

– Тебе, наверное, трудно поверить в мои слова, – усмехнулся Подметала. – Но знаешь – действительность бывает порой куда причудливее самых замысловатых выдумок!

– Я одного не понимаю, – медленно проговорил Фракомбрасс. – Если в этом вашем горном монастыре так уж хорошо обучают драться и всяким волшебным штучкам, почему никто из вас не сделался правителем Бэби?

– О! Те, кого вы называете «правителями», на самом деле ничего не решают – я имею в виду глобально. Понимаешь, обыкновенная, сиюминутная власть меня не интересует совершенно. Это… Ну, я даже не знаю, как объяснить… Это и не власть вовсе… Это просто человек, который разрешает постоянно возникающие мелкие вопросы. Бригадир на стройке, в крайнем случае – прораб… Но никак не архитектор! Моим бывшим коллегам с юных лет прививают именно глобальное видение любого процесса; да иначе и нельзя – они ведь метеорологи… Но мне показалось куда интереснее работать с человеческим материалом, чем с воздушными или водяными массами.

– Ну и работал бы себе на здоровье, – хмыкнул пират. – Зачем тебе понадобилась вся эта немыслимая бормотология? Дверь в прошлое, надо же!

– Как раз работать на здоровье мне бы и не позволили, – покачал толовой ухайдакер. – Да, я много круче любого из горожан… Почти любого, но, по законам метеорологов, кара должна настигнуть отступника неизбежно. В монастыре найдутся мастера получше меня – и в колдовских умениях, и в рукопашной схватке. С той минуты, как вспыхнут твои старые одежды, дороги назад нет – ты должен повиноваться уставу всю оставшуюся жизнь!

Фракомбрасс ухмыльнулся.

– И тебе, ясное дело, это пришлось не по нраву… Понимаю…

– Ещё как! – весело подтвердил Шамполамо. – У меня, знаешь ли, были довольно-таки обширные планы… И я предполагал уже тогда, что волшебную палочку можно использовать для перемещений во времени. Разумеется, я не мог сделать это сам – в монастыре, в специальных кельях с мягкими стенами содержатся те, кто считал, будто им это по плечу… Очень поучительное зрелище, надо сказать! Но в этом городе обитает некто, способный совладать с древним артефактом; верно говорят, что в Биг Бэби можно найти буквально всё!

– Я вот никак не могу взять в толк, зачем тебе это понадобилось, улыба!

– Да очень просто. Посланцы монастыря искали Чакву Шамполамо, двадцати двух лет от роду; искали всеми доступными средствами, магическими и немагическими – но искали именно двадцатидвухлетнего! А тем временем ухайдакер Подметала, тридцати девяти лет, делал что хотел, нимало не опасаясь возмездия! Понял теперь?

– Да, – медленно произнес Фракомбрасс. – Скажи-ка… Ты ведь не просто так рассказываешь мне всё это?

– Верно! – Подметала опустил весло и сложил руки на коленях, с интересом глядя на пирата. – Я и подобрал-то тебя не просто так. Не знаю уж, кто ты, но, судя по всему, у тебя возникли некоторые проблемы; и довольно серьёзные, верно? Поэтому я и рискнул открыться. Видишь ли, все, кто с моей лёгкой руки ушёл в прошлое… Я не посылал туда случайных людей, поверь! Сквозь дверь между временами шагнули те, чей талант не был востребован в теперешнем Вавилоне: инженеры, чьи крылья подрезала ежедневная рутина; изобретатели, чьи гениальные проекты были похоронены тупыми и напрочь лишёнными воображения патентоведами; врачи, чьи революционные методики оказались никому не нужны… Каждый из них попал в то время и в то место, которое наиболее соответствовало его целям и устремлениям. Осталась лишь самая малость, чтобы претворить мой грандиозный план в жизнь: я должен отправиться в самое отдалённое прошлое и убрать тот краеугольный камень, что лежит в основании всей пирамиды лжи и несправедливости; я должен уничтожить тех, кто многие века правил Вавилоном, лепя из него ту злую и искажённую химеру, которую мы видим поныне!

– Ты хочешь бросить вызов Великим Магам древности?! – восхитился Фракомбрасс.

«Нет, этот парень всё-таки сумасшедший!»

– Именно. Так уж сложилось, что мы с тобой оказались в одной лодке – я бы сказал, что это судьба, если бы не знал в точности, как она на самом деле работает… Я лишь чуть-чуть опоздал с исходом; моё потайное жилище каким-то образом обнаружили враги, и сейчас я лишён тех средств, при помощи которых надеялся одолеть в схватке. Видишь ли, самое трудное заключается в том, что мне придётся забраться на самый верх их знаменитой Вавилонской Башни; а кто справится с этим лучше обезьянца!