В конце времен - Дмитрий Мансуров

— Ты прав! — неожиданно ответил граф. — А у меня нет времени. Но это и не важно. Приказываю: открыть секретный гараж!

Посыльный выбежал в коридор, но на выходе развернулся и спросил:

— А что с нападением на таможню?

— В гробу я видел эту там… — сплюнул граф, посыльный тронулся с места. — Стоять! Это не приказ! Граница — второстепенна. Главное — поймать Кащея и Аникса. Готовьте машины!

— Так точно! — посыльный сбежал по широкой мраморной лестнице на первый этаж. Граф вернулся в комнату и победоносно посмотрел на Бога.

— Теперь вы оба у меня в руках, мне остается найти сундук и заполучить Вселенную в свои руки! Всё-таки Кащей поехал именно сюда. С его стороны это весьма удачно для меня!

— Ты думаешь, сказал остроумную фразу? Нет, она тупая. Как и ты!

— Извини, как создали! — пожал плечами граф. — Не будем указывать пальцем, ведь ты и так знаешь, кто этот бракодел. Все претензии к нему.

— Ты не забывай: поймать Кащея — это половина дела! Главное — найти человека, который утащил сундук. До того как он сломает иголку.

— Не порти мне настроение! — огрызнулся граф. — Я занимаюсь и тем и другим одновременно. Хочешь зубоскалить — пожалуйста, тебя никто не держит, говори всё, что пожелаешь. Я и слова не скажу. Но запомни: хорошо смеется тот, кто побеждает.

— Тебе три дня мчать до границы. Не рановато ли ты присуждаешь себе первое место?

— А судьи кто? — спросил граф. — Назови мне хоть одну фамилию, и я с ними разберусь по-свойски, ты меня знаешь!

— Придет время, узнаешь. А теперь сделай одолжение — исчезни отсюда, мне надо подумать.

— О чем, Господь? О чем тут думать?

Граф приказал охранникам забрать свой стул.

— Возможно, мы еще вернемся! — сказал он напоследок. — С хорошими новостями.

— Для кого хорошими?

— Для меня, разумеется! — Граф хитро улыбнулся. — В противном случае сюда уже никто и никогда не заглянет. А если сундук окажется в моих руках, то я приеду попрощаться лично с тобой, а потом уничтожу Вселенную и ее Создателя, чтобы он, в смысле ты, больше не путался у меня под ногами. Покомандовал — хватит, дай и другим порулить.

— Сначала верни себе права на управление Вселенной!

— А зачем? Те, что ты когда-то отобрал, устарели. Я самолично создам себе новые. Удачи, Бог! Сиди отдыхай, думай о прошедшем. А когда умрешь, то дай мне знать, есть ли Рай для умерших богов или это религиозные россказни?

— Ты всё равно туда не попадешь! — Граф остановился у выхода:

— Имея в руках собственную Вселенную, — наставительным тоном произнес он, — как-нибудь обойдусь и переживу. И кстати, я доберусь до границы за считаные часы. Сказать как?

— Как?

— Пока вы перемещались во времени, я тут вкалывал за троих! И собрал за это время двадцать высокоскоростных танков! — воскликнул граф.

— И чего на них не ездил? — язвительно ответил Бог. — Бензоколонку не нашел или не сумел наладить добычу и переработку нефти?

— Много ты понимаешь в средневековой романтике!

— Из тебя романтик, как из меня — балерина!

— А не пошел бы ты…

— Да хоть сейчас! — Бог привстал.

— Сидеть! Я сам пойду!

Дверь захлопнулась, щелкнул замок. Бог остался в полном одиночестве. И просидел, уставившись в одному ему известную точку, целый час.

Через час он был готов действовать.

Он подождал, высчитывая время, когда охранники, ходившие по коридору, отойдут от импровизированной камеры на максимальное расстояние, и рванул нагрудный карман рубашки.

— Не ты один тут сюрпризы в рукаве прячешь, граф! — буркнул Бог. Под первым слоем ткани находился второй, скрывающий собой потайной четырехмерный кармашек.

Когда-то, увидев, во что Кащей превратил собственный плащ, Бог втихаря перенял оригинальный способ хранения необходимых в хозяйстве вещей. И перед отправкой в будущее создал себе рубашку с такими же свойствами, что и у плаща.

Теперь, когда в царство прибыл Кащей и граф покинул дворец, лично озаботившись его поимкой, пришло время совершить побег и присоединиться к поискам сундука.

Шансов на то, что он догонит умчавшегося на танке графа, было ничтожно мало. Но всё-таки они были: граф поедет по дороге, чтобы увеличить скорость, но дорога в двух местах делает большой крюк. И если поскакать на коне, то можно догнать их у первого поворота. Пересесть на последний танк и приехать к месту битвы с Кащеем в то же время, что и граф.

Дешево и сердито.

Но для начала надо бы освободиться.

Охранники возвращались, бесшумно ступая по подушкам, и заглянули в окошко именно в тот момент, когда Бог досчитал до тридцати трех. Он сделал вид, что погружен в глубокие раздумья. Охранники посмотрели, ничего интересного не увидели и пошли дальше. Бог вскочил, снял рубашку и прорвал ее. Достал из четырехмерного кармашка и надел новый костюм. Рассовал боеприпасы по карманам, повесил на плечо пулемет, а к поясу прикрепил меч — все боезапасы когда-нибудь заканчиваются, и только меч вечен. Пока не сломают.

— Ну, со мной! — пожелал он себе и сам себе ответил: — К черту!

Пулемет нацелился на дверь.

— Огонь! — сказал Бог. И был огонь.

И не было больше двери.

И кусок стены превратился в невесть что, и пух разлетелся по коридору, как снег в сильную метель.

— Удобная отмычка, — сказал Бог. — Можете со мной не соглашаться. Аминь.

Охранники торопились на шум, пока еще не зная, что их ожидает в ближайшем будущем. Вынимая мечи, они бежали к превращенной в щепки двери, а когда сквозь падающие перинки увидели выскочившего с пулеметом наперевес Бога, то мгновенно поняли, что бежали не в ту сторону. Не сказать, что они раньше встречались с пулеметами, но соображали неплохо. И поняли, что только эта вращающаяся штука могла сотворить столько разрушений. И когда пулемет пробил первые дыры в стене, вырывая из нее большие куски камня и разрывая подушки, метнулись кто куда: пустых комнат хватало. Открыли окна и выпрыгнули. Благо второй этаж и внизу, окромя аккуратно подстриженных кустов, ничего нет.

— Кого еще благословить на дальнюю дорогу? — кричал Бог, периодически расстреливая фигурные фонтанчики на своем пути. Хотя душа и требовала мира в обычные дни, ныне пришло время раскидывать камни, а не собирать их. И куда удобнее раскидать их с помощью пулемета, а не с помощью меча. Тот хоть и разрежет всё, что можно, но сделает это не так эффектно, как хотелось бы.

Из-за угла бокового коридора осторожно выглянула молодая девушка. Она увидела, что Бог смотрит прямо на нее, и испуганно вздрогнула.

— Ты кто? — спросил Бог, наведя на нее лазерный прицел. — Прислуга?