Уркварт Ройхо - Василий Сахаров

Дивизион пошёл в бой. Всё как всегда. И бывший командир дружины герцога Грига твёрдо решил, что сегодня он сбежит на волю и станет искать молодого графа Ройхо, того, кто повинен во всех его бедах. И в этот момент, проходя через ворота армейского лагеря, он почувствовал запах своего врага и поначалу обрадовался. Ему не надо было его искать, он здесь, где-то совсем рядом, и Пран было хотел кинуться в сторону ненавистного Ройхо, пробить своим телом толпу имперских солдат и вцепиться в горло Уркварта. Однако маг с управляющим кристаллом был настороже, и боевой монстр не смог ослушаться прямого приказа и пошёл в атаку.

Бой был на смерть, и боевые единицы 3-го дивизиона БМ погибали одна за другой. Такая же участь ждала Скира. Но его разум вновь был свободен, и он не хотел умирать, не исполнив того, что был должен. Получив пару серьёзных ранений, мутант смог спрятаться под трупами ассирских драгун и лёгких кавалеристов. Прошёл час, всё вокруг затихло, и теперь ему предстояло определиться со своими следующими действиями.

«Был бы я здоров, – думал человек в теле монстра, – то немедленно вернулся бы в лагерь имперцев и убил врага. Но я ранен, сил осталось на один рывок, и, видимо, придётся ждать того момента, когда организм сам восстановится, а на это уйдёт семь-восемь часов. Решено. Надо лежать и быть терпеливым, иначе цель не будет достигнута».

Монстр вновь замер без движения. Томительные минуты ожидания текли очень медленно. Прошёл час, за ним другой, и из армейского имперского лагеря начали выходить отряды воинов и кавалеристы, которые мимо него, через усеянное трупами поле боя двинулись в сторону Маирских гор. Воины шли сотнями и тысячами, нос Прана улавливал их запахи. И среди множества других он вычленил запах Ройхо.

«Стой! Жди! Не время!» – выкрикнул мозг. Но волна ненависти и ярости, которую нельзя было объяснить, вырвалась из его истерзанной муками и страданиями души, подняла тело боевого монстра из груды трупов и кинула Прана на имперских солдат и всадников, среди которых был враг…

На прорыв пошли все, кто был готов драться. Около девятисот имперских пехотинцев, пара тысяч пеших наёмников, четыреста всадников из разных подразделений, порядка трёхсот слуг и конечно же жрецы и маги. Впереди двигались имперцы, которые выстроились «клубками», квадратами, которые со всех сторон были прикрыты щитами и копьями. Следом – защищающие магов и жрецов наёмники, а позади и по флангам – конница.

Мы с Альерой уходили вместе с «Лихой сотней», и наша задача была проста: держаться самой большой группы воинов, отбиваться от вражеских конников и, как основного ориентира держась тракта, постараться к рассвету добраться до первого укрепрайона на перевале.

– Ярин! – выкрикнул полковник Мурманс, немного полноватый мужчина в новеньком стальном панцире и гребенчатом шлеме на голове, который вскинул в сторону тёмных небес, мрак которых рассеивался светом яркой луны, свой ирут. – Благослови!

– Благослови! – глухо поддержали оказавшегося нормальным мужиком, не глупцом и не трусом столичного офицера его солдаты.

Голоса стихли, слышится чёткая команда полковника, который встал в передовой «клубок»:

– Вперёд!

Солдаты покинули лагерь и двинулись на запад. Первые три сотни метров они преодолели спокойно, разумеется, если не считать серьёзным препятствием тот факт, что идти пришлось по трупам. И вот находящиеся в фильтрационном лагере ассирские драгуны и конники забили тревогу. Поднялся шум, впереди замелькали зажжённые факелы, и мы приготовились к бою. Однако лишь только мой арбалет оказался в руках, как справа от нас одна из больших куч с трупами разлетелась, словно в неё попал миномётный снаряд, и из-под этого завала появился один из боевых монстров школы «Трансформ», которые дрались с ассирами несколько часов назад. Чудовище молча кинулось на нас. Испуганные лошади понесли меня и Альеру куда-то влево, через тракт. Мутант не отставал, он ловко прыгал на одной ноге, не сворачивая, пробивая дорогу через людей и отталкивая в сторону лошадей, сминая строй пехоты и двигаясь точно на нас. Наши верховые животные никак не могли от него оторваться, да и трудно это сделать на поле боя.

Монстр был к нам всё ближе. Мы разрядили в него арбалеты, но толку от этого было немного, а тут ещё лошадь Вирана напоролась на что-то грудью и свалилась замертво. Альера упал с ней рядом. Бросить друга было нельзя, и я сделал то, что посчитал нужным.

Сознание потянулось за «Плющом», и рука кинула его в направлении мутанта. Однако энергетические плети лишь немного притормозили сошедшего с ума боевого монстра, но убить не смогли, видимо, из-за того, что он после трансформации наполовину принадлежал дольнему миру. Оставалась только «Чёрная петля», и я был готов её применить. Но в дело вступил Альера, который с ирутом в руке бросился навстречу монстру, а тот его просто сбил наземь и, ногой притоптав тело Вирана, пошёл на меня.

– А-а-а! Падла! – услышав хруст костей моего друга, по-русски выкрикнул я и метнул в противника «Чёрную петлю».

Энергетическая верёвка обвилась вокруг торса обезьяноподобного урода, и я потянул её на себя. Сопротивление трансформированного тела было сильным, верёвка дёргалась в моих руках, словно я тянул дикого быка, но злоба на тварь не давала мне отступить, и, наконец, раздался хлопок, и на усыпанную металлом и мусором землю упали тяжёлые бронзовые доспехи и каска.

На миг я обессилел и впал в ступор. Но лошадь подо мной дёрнулась, мои подрагивающие от напряжения руки её успокоили, и я вернулся в реальность. После чего подъехал к Альере и увидел, что друг ещё жив, хотя у него была разбита грудная клетка, а его губы выплевывали хлопья кровавой пены, и смертный час молодого дворянина был близок.

– Сейчас, сейчас, дружище. Потерпи немного.

Я торопливо спустился на землю и, не задумываясь, словно порошком, осыпал тело Вирана зеленью «Полного восстановления». Вовремя. Ещё десять – двадцать секунд, и ему уже ничто бы не помогло. А так всё было сделано своевременно и как нельзя кстати. Раны на глазах затягивались, кости вправлялись, и вскоре, погрузив находящегося в бессознательном состоянии Альеру на свою лошадь и привязав его руки к высокой луке седла, а ноги закрепив в стременах, я вернулся на тракт. Здесь влился в последний конный отряд наёмников. Держа свою лошадь под уздцы, бегом я устремился туда, где имперская пехота уже пробила себе и следующим за ней войскам дорогу к горам.

Левая ладонь на ируте, правая держит лошадь, а в голове мысли о том, что необходимо вырваться из этого дикого и неконтролируемого хаоса под названием война. Задача хоть и не простая, но предельно ясная, а значит, граф Уркварт Ройхо будет бежать столько, сколько понадобится, и примет бой с любым противником на своём пути. Иначе никак. Хочешь жить, суетись. А если имеешь желание жить хорошо и долго, делай то, что кажется невозможным и нереальным, превозмогая себя и выкладываясь полностью.

Вперёд! Бегом марш! До спасительного укрепрайона на перевале всего ничего, каких-то тридцать километров. Для выпускника военного лицея «Крестич» это нормально. А когда хочется жить и есть ради чего, то все препятствия преодолеваются гораздо легче, чем обычно. На будущее много планов, и хочется достичь каких-то высот, так что умирать на окраине огромной империи ни я, ни мой друг Альера просто не имеем права. Бег без остановки к жизни и свободе, к горам, где можно найти защиту от врагов, с которыми мы ещё посчитаемся и которым припомним сожжённые деревни и города, распятых людей и ограбленные храмы. Однако это будет потом, а пока приходится бежать.