Акция «Ближний Восток» - Олег Шелонин

— Вон!

— Ваше высочество, — деликатно поскребся в дверь главный визирь, — разговор есть.

— А-а-а, это ты, Гассан? Заходи.

Главный визирь бесшумно просочился в будуар принцессы. Жасмин вертелась около зеркала, нанося последние штрихи. Она тоже активно готовилась к встрече с женихом.

— Ну как я тебе? Ррр… — Принцесса сделала зверскую физиономию и двинулась на визиря, потрясая накладными ногтями с полметра длиной. Волосы джиннии торчали дыбом. Лицо размалевано тушью для ресниц в боевую раскраску, которой позавидовал бы любой индеец, а вместо свадебного платья, валявшегося в углу, на стройной фигурке девушки висело рубище, которым побрезговал бы даже нищий.

— Ну зачем это, ваше высочество? — простонал Гассан, делая пасс. Принцесса мгновенно приняла свой обычный прелестный вид. — Папенька опять расстроится, ругаться начнет…

— Пусть расстраивается, — топнула ножкой Жасмин, — пусть ругается, а за уродов этих замуж не пойду!

— Ну почему сразу уродов? — укорил девицу визирь. — Вот чем тебе плох был Тор? Силен, могуч! Одно слово — мужик!

— Питекантроп он, а не мужик. И фетишист к тому же. Над молотом своим трясется, как над писаной торбой. Очень ему нужна супруга. А рога на шлеме? Ну как с таким быть верной до гроба?

— Хорошо, Кришна чем не угодил?

— Ха! — фыркнула Жасмин. — Чтобы я была шестнадцать тысяч сто девятой женой?

— Вах! Шариат позволяет…

— Он не мусульманин.

— У индусов тоже гаремы есть.

— Дудки! Хочу быть единственной и неповторимой.

— Жасмин, я тебя умоляю, ну хотя бы ради меня не давай сразу волю рукам… в смысле эмоциям. Не бей сразу. Некультурно это! Поговори сначала об искусстве, о живописи, а там, глядишь, слово за слово дело и сладится.

— Ладно, — подозрительно легко согласилась принцесса. — Только ради тебя не буду. Сразу не буду, — уточнила Жасмин, как только дверь за торопливо откланявшимся визирем закрылась, и перевела взгляд на стену, завешанную ятаганами и сковородками.

Осчастливленный визирь помчался докладывать владыке об успешном окончании миссии.

Пока Гассан подготавливал невесту, его брат на всех парах несся к воротам, в которые уже ломились слоны жениха и его свиты.

— Помягче, говоришь? — бормотал он на бегу. — Будет вам помягче. Она ему такой прием устроит…

От одной жабы он уже избавился, затолкав ее в ближайшую гостевую комнату рядом с покоями Жасмин, от другой жабы — жабы зависти к собственному брату — избавиться не мог. Вид жениха заставил его нервно икнуть.

— Красавец-мужчина, — хрюкнул он, мысленно потирая руки. — Кажется, мое дело выгорит.

Жених в позе лотоса восседал на помосте, который несли сразу четыре слона. Нижняя пара рук упиралась в ляжки, не уступающие по толщине ляжкам несущих его слонов, верхняя раздирала лежащую перед женихом тушу жареного быка и запихивала в рот. Правый глаз жениха смотрел направо, левый — налево, средний, торчащий на лбу, был устремлен в неведомые дали и думал свою, непонятную простым смертным думу. Свита жениха была очень скромной и состояла из одного-единственного человека. Именно человека! Омар с недоумением посмотрел на невозмутимую коричневую фигурку советника, небрежно развалившегося внутри шатра, который мерно покачивался на спине слона. Из шатра периодически вылетали клубы дыма.

— О мудрейший из мудрейших, — подобострастно начал приветственную речь Омар, вспомнив о своих обязанностях. — О храбрейший из храбрейших…

— Где твой король? — прогудел Шива. Третий глаз индусского бога уставился на посланника Ад-Димирияту.

— Готовит торжественную встречу в тронном зале.

— Почему невеста не встречает жениха на пороге?

— Ах, она такая стеснительная, ваша мудрость, — елейно пропел визирь. — Волнуется. Все уже готово к свадьбе, если, конечно…

— Что — конечно? — нахмурил чело жених.

— Вопрос интимный, — деликатно потупил глазки Гассан, — не для посторонних ушей.

— Здесь нет посторонних, презренный. — Шива, кряхтя, сполз со своего насеста, подхватил одной из свободных рук слегка струхнувшего визиря и подтащил его к своему уху. — Я за своего советника ручаюсь. Излагай.

— Тут дело такое, — торопливо зашептал коварный визирь. — Наш повелитель уже отчаялся дочку замуж выдать. Красавица! Пери! И всем подряд отказывает. Никому и невдомек, а я-то знаю, в чем дело! Ты у Ад-Димирияту полцарства в приданое проси — отдаст сразу, если дело сладится. Ежели ты мне от его полцарства половинку откинешь, я тебе секрет скажу, как недотрогу нашу завоевать.

— Что скажешь, Палван Кумар? — скосил жених левый глаз на советника.