Месть колдуна - Юрий Иванович

Но отвечать надо было по существу и как можно более правдоподобнее.

– Да вот жалею о том, что не замахнулся на звание сотника. И теперь вынужден выполнять не всегда дальновидные приказы и безропотно выслушивать несправедливые придирки.

– О! Да ты нахал редкостный! – воскликнула Ландра удивлённо. – В твоём возрасте ты и так достиг невероятного.

– Это ещё не предел! – хвастливо позволили себе высказаться десятник.

– А не боишься, что тебя за такие замашки и недовольство сотником вообще разжалуют в рядовые?

– Нет, не боюсь. Приказы я всегда выполнял и буду выполнять беспрекословно. Думая лишь о том, что выполнить их как можно быстрей и лучше. А о моём отношении к себе Куцер Манк и так знает и если до его ушей дойдут наши откровения, ещё больше не любить меня просто не сможет. Больше некуда.

– Значит, называешь наш разговор откровениями? – многозначительно прогудела колаба.

– Конечно. Я, правда, не знаком с другими дамами вашей расы, но уж к вам у меня особая симпатия и доверительное отношение.

Ландра забулькала смехом и её тоне действительно появилась некая мягкость:

– Ну ты и хитрец! Наверняка бы смог и драконихе навешать комплиментов.

– Да что вы, госпожа лейтенант! – с почти непритворным страхом воскликнул молодой колдун. – К этим созданиям мне вообще на глаза страшно появляться. Ведь они говорят, лишь своим взглядом могут насквозь прожечь.

– Ха, ха! Может быть и такое! Особенно когда они услышат твои «откровения». Но зубы заговаривать ты мастак, и я теперь не удивляюсь, что самая красивая самочка из вашего племени сразу к тебе жить перешла.

– Неправда, уж ей-то я и не пытался зубы заговорить! Наоборот старался не поддаваться её соблазнам.

Последние слова Кремон послал уже вслед веселящейся колабе, которая прибавила скорости и укатилась в голову колонны. Но в душе остался очень неприятный осадок от этого разговора. Что-то в этом пристальном внимании к своей особе лейтенанта очень не нравилось. Да и вообще в последнее время она определённо крутилась всегда неподалёку от того места, где находился десятник. К чему бы это? Ведь не секрет, что Ландра при полковнике занималась анализом поведения каждого наёмника с определённой, скорей всего психологической стороны.

Полк тем временем двигался на самой максимальной походной скорости. И когда для завтрака не сделали даже короткой остановки, стало логично вырисовываться лишь два предположения. Либо наёмники сегодня же достигнут конечной цели и таки приступят к неким манёврам, либо случилось что-то страшное и невероятное. И поэтому коней загонят насмерть, дадут на подмену других и, не считаясь с потерями, доставят людей к нужному месту к нужному времени.

Но, судя по спокойствию и деловитой уверенности старших командиров, скорей всего верным было первое предположение. Может, в том направлении у колабов построен учебный полигон? А может решили проверить боеспособность полка в условиях густого и заснеженного леса? Как бы там ни было, но появилась некая уверенность, что в Кихон люди ещё обязательно вернутся. А раз так, то надо чаще демонстрировать свою исполнительность и желание выслужиться. Поэтому десятник со всем надлежащим усердием принялся придираться к вверенному ему личному составу.

Действительно, когда до обеда оставалось всего полчаса, полк съехал с основного тракта, упругой змеёй втянулся в густой молодой подлесок и выехал на внушительный заснеженный луг, который с лёгким уклоном упирался в огромное озеро. Несмотря на минусовую температуру, которая уже стояла в окрестностях добрую неделю, вода в озере чернела незамерзающей рябью. Лишь у берегов, на мелководье заросшим камышом виднелся тонкий и непрочный ледок.

По команде наёмники спешились и стали располагаться лагерем в углу поляны. Как раз на пересечении леса, озера и открытого пространства. Расседлали коней, вытерли их насухо и накрыли попонами. Затем задали корма, подвесив мешки с овсом к лошадиным мордам, и стали сами готовиться к обеду. Весело запылали костры, притягивая к себе теплом и запахом разогревающихся колбасок. Горячие напитки каждый воин кипятил себе индивидуально, с помощью котелков, больших кружек и разжигаемыми под ними мушками. И естественно, в каждом десятке только и слышались обсуждения и предположения по поводу присутствия в этом глухом и необжитом месте.

Разговоры сразу же стихли, когда раздался приближающийся скрип от сминаемого снега и на поляну стали выкатываться колабы из ДТО. Они огромными блестящими колёсами закатывались под кроны деревьев, трансформировали свои тела из боевого в обычный вид и расслабленно замирали между гигантских стволов. Видимо отборным силам Дивизии Тотального Опустошения поставили весьма сложную задачу: достичь этой точки в ещё более короткие сроки, чем люди.