Лики смерти - Джим Батчер

Вернувшись домой, я первым делом позвонил Мёрфи на мобильный. Не вдаваясь в детали, я описал ей ситуацию.

– Боже правый, – выдохнула Мёрфи. Могу я убеждать людей или где? – И они способны весь город заразить этим своим проклятием?

– Похоже на то, – подтвердил я.

– Чем я могу помочь?

– Нам надо помешать им подняться с этим в воздух. Но, конечно, рейсовыми полетами они пользоваться не будут. Выясни, есть ли заказы на чартерные вылеты между семью и половиной девятого. И вертолеты тоже.

– Погоди, – сказала в трубку Мёрфи.

Я услышал легкое пощелкивание компьютерных клавиш. Мёрфи спросила кого-то о чем-то – полицейская рация, не иначе. Когда она взяла трубку снова, голос ее звенел от напряжения.

– Тут неприятности, Гарри.

– Ну?

– Пара детективов выехали, чтобы арестовать тебя. Похоже, отдел убийств хочет тебя допросить. Ордер не выписывали.

– Блин. – Я сделал глубокий вдох. – Рудольф?

– Крыса длинноносая, – буркнула Мёрфи. – Гарри, они уже на подъезде. У тебя в распоряжении несколько минут.

– Ты можешь запудрить им мозги? И послать людей в аэропорт?

– Не знаю, – призналась Мёрфи. – Мне вообще положено не приближаться к этому делу больше, чем на милю. И не могу же я объявить, что террористы собираются атаковать город биологическим оружием.

– Используй Рудольфа, – посоветовал я. – Шепни ему неофициально, что я говорил, будто Плащаницу вывозят из города на чартерном рейсе. Пусть уж поколотится лбом об стену, даже если не найдет ничего.

Мёрфи хрипло усмехнулась:

– Знаешь, Гарри, временами ты даже способен говорить умные вещи. Каждый раз это застает меня врасплох.

– Спасибо на добром слове.

– Что я еще могу?

Я сказал.

– Ты шутишь.

– Нет.

– Нам нужны люди, а твой отдел вмешаться не может.

– Как раз когда я начала надеяться на твой здравый смысл.

– Так сделаешь или нет?

– Угу. Обещать не могу, но постараюсь. Ладно, шевелись. Они ведь сейчас приедут.

– Уже ушел. Спасибо, Мёрф.

Я положил трубку, открыл шкаф и достал пару старых картонных ящиков с разным тряпьем. Порывшись в них, я нашел-таки свою старую брезентовую ветровку. Она здорово выцвела и в паре мест порвалась, зато была чистая. Ей, конечно, недоставало той приятной, успокаивающей тяжести на плечах, но она скрывала пистолет гораздо лучше, чем куртка. И вид я в ней имел крутой. Ну, по крайней мере круче, чем без нее.

Я рассовал по карманам причиндалы, запер за собой дверь и сел в Мартинову машину. Мартина в ней не было. Сьюзен сама сидела за рулем.

– Давай быстрее, – сказал я. Она кивнула и нажала на газ.

Отъехав от дома на некоторое расстояние, я оглянулся. Нас никто не преследовал.

– Я так понимаю, Мартин отказался помогать?

Сьюзен покачала головой:

– Нет. Он сказал, у него есть другие дела, важнее. Еще он сказал, что это относится и ко мне.

– А ты что?

– Сказала, что он узколобый, твердокожий, выживший из времени, эгоистичный ублюдок.

– Стоит ли удивляться, что ты ему нравишься.

Сьюзен чуть улыбнулась.

– Братство – это вся его жизнь, – сказала она. – Он предан делу.

– А ты? – спросил я.