Скандал в Дуате - Алекса Богунова

Апопа трудно застать врасплох: он вновь всех опередил − ударил башкой в пол, вернее, на этот раз в потолок. Я, Анубис и пантера с воплями и рычанием попадали вниз, точно в образовавшийся пролом, прямиком в центр удушающего кольца, которое Апоп свернул для нас из собственного туловища. И тут же с силой сжал, как только мы угодили в ловушку. Я едва не задохнулась в его недружеских объятиях. Еще немного − и мои кости хрустнут и сломаются.

− Бей его посохом! − проорал Анубис. Даже он не мог вырваться из кольца Апопа.

− И что будет?!

− Не спрашивай! Просто дай ему хорошенько посохом по башке − и всё!

Советник. Учитель. Ума палата.

− Не могу! Он мне руки зажал! Разве не видишь?!

Из нас троих пантера оказалась более проворной. Она вывернулась из объятий змея и вприпрыжку понеслась по его телу к голове. Заскочив на голову, пантера впилась зубами в макушку Апопа. Он заверещал от боли и выгнулся, чтобы сбросить кошку. Переключившись, Апоп несколько ослабил хватку. Мы с Анубисом выбрались, в прыжке сделали замысловатый кульбит, и сказались прямо перед змеем. В этот момент Апоп сбросил пантеру, однако она вновь вскарабкалась на него. Апоп плюнул в Анубиса обжигающим паром. Тот в ответ ударил его мечом по носу. Некоторое время они обменивались жесткими выпадами. В конце концов, Апоп поддел Анубиса хвостом и выкинул в угол, заодно дернул головой так, что и пантера съехала на когтях по чешуе вниз.

Мы оказались со змеем лицом к лицу − точнее, моим лицом к его разъяренной страшной морде. Разгоревшиеся уголья глаз Апопа готовы были спалить меня ненавистью. Надо мной зависла разверстая пасть исполина.

Я отступила на один шаг, взяла посох двумя руками и занесла его для атаки.

Итак, сказала я себе, соберись, страха не существует для того, кто помнит сорок два принципа Маат. Помни о них. Шенти верил, что они укрепят мой дух. Так пусть укрепят − с каждым ударом ключа жизни по этой огнедышащей физиономии абсолютного зла.

Принцип первый. «Я не чинила зла людям!»

И − раз! По зубам его, вот так, чтобы посыпались, как сухой горох. Апоп удивленно отпрянул. Мой голос окреп.

«Я не нанесла ущерба скоту!»

А ты, Апоп, рептилия. Значит, и − два! Наносим ущерб. Подавись!

«Я не совершала греха в месте Истины!»

И − три! В лоб ему. По носу. И по хвосту, чтобы не маячил перед глазами

Я колотила посохом по гигантскому, но такому верткому туловищу Апопа. От моих ударов ему явно становилось несладко. Рептилия уворачивалась от ударов, корчилась, шипела, брызгала огнем и горячим паром. Апопу досаждали укусы пантеры и чувствительные тычки Анубиса. Мы не давали ему развернуться во всю силу в зале, где он успел почувствовать себя хозяином. Однако и перелом в битве никак не наступал.

«Я не поднимала руку на слабого!»

Но ты пока не слаб, Апоп. Получи еще разок!

«Я не убивала!»

Но сейчас я очень зла, поэтому − получи еще раз!

«Я не ловила в силки птицу богов!»

Апоп в очередной раз сбросил пантеру. Она не растерялась и весьма вовремя переключилась на его хвост. Апоп использовал его как плетку, которой постоянно сбивал нас с Анубисом с ног. Пантера придавила хвост лапами и принялась перегрызать. Что-то хрустнуло: через секунду Апоп лишился кончика своего хвоста. Он противно заверещал, так, что заложило уши.