Двери во Тьме - Мария Круз

– Да – и к своей работе ближе, и безопасней считается, – кивнул Сергей. – Пошли, нас ждут.

Почему-то я ожидал каких-то особых мер безопасности, но ничего такого не было. Ни охраны на входе, ни телохранителей. Поднялись по добротным, тщательно очищенным от снега сходням, позвонили в дверь – и нам открыла молодая женщина в традиционном здесь прикиде, то есть в брюках со множеством карманов, крепких ботинках и толстом свитере, из-под которого немного высовывался край кобуры. Сергей назвал ее Наташей. Я почему-то сразу подумал, что расписной «жук» как раз ей и принадлежит.

Она показала нам, куда вешать верхнюю одежду, а на пистолеты на ремнях даже внимания не обратила. Ну может, и правильно – мы там все равно никого убивать не собирались. Ну и принимающей стороне честь делает: не параноик в стиле многих других власть имущих.

Из тесноватой и явно пристроенной позже прихожей мы вошли в просторный холл, скорее даже гостиную, отделанную сплошь светлым деревом, – самая престижная отделка из доступных по местной убогости. У дальней стены даже камин был, сложенный из круглых речных голышей, и в нем сейчас плясал небольшой огонек. По стенам головы всякого зверья развешаны – и медведь есть, и кабаны, и лось огромный, и волки. На дальней стене пяток винтовок – ничего особенного, наши трехлинейки и немецкие маузеры. И двустволка одна, в очень пышном исполнении: сплошное серебро.

– А что, уютненько, – одобрительно сказала Настя.

– Вы в столовую проходите, сейчас обедать будем, – сказала Наташа, показав на двустворчатую дверь справа. – Отец сейчас спустится, он там по телефону разговаривает, – добавила она, указав куда-то на потолок.

Столовая по стилю соответствовала гостиной – тоже сплошь дерево, которое, похоже, еще и прижимало к стенам дополнительный слой утеплителя. Иначе бы так тепло в этом просторном сооружении не было, невзирая на батареи и камины. Камин имелся и в столовой, но главным в ней был все же просторный, человек на двадцать, обеденный стол.

– Отец гостей любит, – пояснила Наташа. – Присаживайтесь.

Стол был уже накрыт скатертью, приборы расставлены, хотя, по моим прикидкам, количество приборов никак количеству приглашенных не соответствовало: маловато нас как-то. Сразу же за нами молодой толстый парень вкатил в столовую сервировочный столик, уставленный кастрюлями и судками, а не менее упитанная тетка сноровисто взялась расставлять все это по столу. Охраны нет, но прислуга имеется.

Запахло. Аппетитно так запахло, всерьез, чуть слюнями не захлебнулся.

Дверь в столовую вновь распахнулась, вошел мужик лет пятидесяти с виду, сухощавый, невысокий, с седоватыми короткими волосами. А с ним еще мужик, повыше, рыжий, носатый, красномордый, с широкой блестящей лысиной.

– Присаживайтесь, что стоите? – спросил с ходу худощавый. – И давайте знакомиться. – Он первый протянул руку Насте. – Я – Павел Болотов, здесь за гостеприимного хозяина. А это Егоров Иван Степанович, всем он более как Егор известен.

Вот как… чего не ожидал, того не ожидал. Слыхал, что Болотов с Егором вроде как даже не в ладах, а тут на тебе. Или это Болотов действительно решил сыграть в открытую со всеми и собрал для этого всех в одном месте? Может, и так, почему бы и нет.

Перездоровались все за руку, расселись за стол. Тетка взялась разливать по тарелкам совершенно роскошный борщ, какого я уже давно не пробовал. Поток слюноотделения возобновился. Толстый же хлопец обежал всех сидящих с графинами, разливая традиционный здесь морс и ледяную водку по рюмкам. Когда прислуга свои дела заканчивала, все молча сидели, и лишь когда они из столовой вышли и двери за собой закрыли, Болотов заговорил:

– Я с тоста начну. За понимание. Потому что без понимания ситуации мы можем такого наворотить, что сами потом не расхлебаем последствия. Поэтому предлагаю за это самое понимание и выпить.

Выпили. Закусили. Я схватил с большого блюда черемши, ею загрыз водку. Болотов продолжил:

– Гости у нас появились неожиданно для себя, – он кивнул в нашу сторону. – В Углегорске кто-то начал вопросы по беспределу решать – к счастью, не очень удачно. Люди теперь здесь, вроде как у меня в гостях, – он искоса посмотрел на Егора, который просто мотнул лысой головой. – То есть могут в определенных пределах себя в безопасности чувствовать, если уж совсем голову не потеряют. Так ведь, Егор?

– Могут, могут, – вновь кивнул тот.

– Вот, и Егор так говорит, – ухмыльнулся Болотов. – Но взамен за наше гостеприимство мы о малой услуге попросим. Справедливо? – посмотрел он на меня.

– Если о малой, то почему бы и нет? – осталось усмехнуться мне.

– Пока о малой – о больших потом беседовать будем, – ответил он вполне серьезно. – Хотим, так сказать, из первых рук правду услыхать. За чем таким все гоняться стали и из-за чего такой шум?

– А вы за чем гнались? – спросил я у него и, не дожидаясь ответа, предположил: – За проходом назад, в тот мир, откуда провалились? Только честно, если можно.

– Честно можно, – кивнул он. – За проходом, все правильно. Егор, а ты за чем? – обернулся он к своему соседу по столу.

– Да за этим же, – буркнул Егор, работая ложкой.

– Да, кстати, вы угощайтесь попутно, а то все остынет, – напомнил Болотов. – Спешки нет, никто нас отсюда никуда не гонит, все обсудить успеем.

Тут же заработали ложки.

– За проходом, – повторил я. – А для чего он вам?

– Был бы проход, а для чего он – всегда решить успеем, – ответил вместо хозяина Егор, а тот лишь кивнул, соглашаясь с такой трактовкой.

– Боюсь, что вы себя несколько… излишне вдохновили, – сказал я, подбирая слова. – Насколько мне удалось разобраться, проход существует только в теории. На практике его существование пока никак не подтвердилось.

– Серых ушел, – продемонстрировал осведомленность Болотов.

– Ушел, но куда – неизвестно, – пришлось повторить мне вслух уже как-то высказанный аргумент. – И пока оттуда не возвращался. Повторить его маневр, как мне кажется, никто еще не решился. Лично я бы экспериментировать не стал, потому что оказаться в каком-то еще худшем месте, во Тьме, например, мне не хочется. Проверить возможности нет. Вся информация об исследованиях была у самого Серых, как мне кажется, он никому ничего не оставил.

– Человек с ним работал – он сказал, что у Серых все получилось, – заговорил Егор.

– Павел Тягунов, он же Петров? – предположил я.

– Нет, не он, – покачал головой Егор. – Но про Павла я в курсе, есть такой.

– Понятно, – усмехнулся я. – Семен Могилевич. Он от них к вам перешел, так?

Все кусочки головоломки начали становиться на свои места.

– И что? – вместо ответа переспросил Егор.

– И вы финансировали «исследования», так? – уточнил я.

– А что? – опять ответил вопросом Егор.