Пленники вечности - Дмитрий Морозов

Асторокань — современная Астрахань. Наряду с Тьмутароканью, была областью наибольшего продвижения русских на юг.

«Время рогатки отмыкать…» — улицы крупных городов в военное, а на Москве — и в мирное время по ночам перекрывались рогатками и стрелецкими «блокпостами». Соответственно, утро именовалось военными людьми «временем отмыкания рогаток».

Гизарма — разновидность алебарды. Вместо топора с крюком для стаскивания всадника с коня, была снабжена особым стальным зубом, выступающим на широком копейном лезвии.

Губной староста — должностное лицо, заведовавшее «губой», т. е. исполнявшее судебно-полицейские функции на местах.

Засечники — название этой особой породы русских ратников идет от засек, засечных черт, отделявших Россию от Дикого Поля на юге. Оборонительные валы, поваленные бревна, завалы и укрепленные посты чередовались в них с секретами и разветвленной системой подвижных патрулей. Созданные вначале для обороны, засечные черты с успехом использовались русскими для наступления на Степь и дикие племена. Сейчас об этом мало кто помнит, однако именно засеки позволили Москве значительно расширить свои владения. Первые оборонительные линии тянулись едва ли не в десятках верст от столицы, а последние достраивал уже Суворов по Тереку, вдоль Кавказского Хребта. Такой способ продвижения на юг создал в течение столетий особую касту воинов, мало пригодных для регулярных полевых сражений, но являвшихся доками в полупартизанской войне. Чем-то подобным были и казаки, но они никогда не отличались безусловной верностью Короне. Вспомним: во времена Смуты, уже после смерти Иоанна Грозного, тысячи казаков не единожды входили в Москву вместе со всевозможными лжедмитриями и польскими оккупантами. А вот засечники всегда оставались верны царю и отечеству. Из этой среды впоследствии вышла знаменитая русская легкая пехота — егеря и пластуны.

Игра в кости — любимейшее времяпровождение солдат многих веков, известна, по крайней мере, с римских времен. На глиняных кубиках рисовались римские цифры, и игроки выбрасывали их поочередно, набирая очки и спуская золото, нажитое нелегким ратным трудом. Костяные игральные кубики известны и у скандинавов, так что есть по меньшей мере два пути, по которым игра в кости могла попасть на Русь: греко-античный, и викингский. Из иных азартных игр известен так же древнеримский вариант русской игры «орел или решка», именовавшийся в империи «голова или корабль». Через Византию игра попала на Русь и в слегка модифицированном виде дожила до наших дней.

«Казаков, что хуже орд Гогов и Магогов, хуже мавров и сарацинов…» — русские (и не русские) казаки, действительно, наводили ужас на европейцев своей диковатой, бесшабашной храбростью и неприемлемой для рыцарства тактикой. Долгое время маститые католические богословы на полном серьезе спорили, не являются ли казачьи войска «ордами Гогов и Магогов» — демонов, которые должны вторгнуться в мир накануне Апокалипсиса. Легенда о демонах восходит корнями к монголам Чингисхана — уже в них крестоносцы увидели Гогов и Магогов. Впрочем, ее можно проследить и еще дальше, к временам Византии, когда считалось, будто Александр Македонский во время знаменитого своего восточного похода «на край света» усмирил и «посадил на цепь» некие злокозненные и могущественные демонические племена. Христиане, ожидавшие скорого конца света и Божьего Суда, верили, что накануне этих событий «падут оковы, наложенные Александром Македонским на племена Гога и Магога», и они придут с Востока, чтобы сокрушить христианский мир и приготовить путь Сатане.