Последнее волшебство - Мэри Стюарт

Я смутно помню эту скачку. Вскоре Кей нас покинул, свернув к Камелоту. Потом мы нашли лодки, и в них Бедуир отослал половину своих людей напрямик через озеро. Остальных разделил пополам, и одну половину отправил по берегу в объезд, другую же – по насыпи через болото прямо на пристань. Дождь между тем перестал, со всех сторон с приближением ночи наползал колышущийся туман; а в вышине небо взблескивало звездами, как невод – серебряной рыбой. Запалили новые факелы, плоскодонные барки, нагруженные людьми и конями, отпихиваемые шестами, поплыли в тумане по мелководью в отраженных мутных потоках факельного света. Те, что двинулись по берегу, ехали, по плечи одетые в белесую пелену тумана. А вдали над их головами вверх по склону Тора подымался огонь – кто-то бежал с факелом: в море показались паруса Артура.

В сумятице нам с Бедуиром легко удалось улизнуть. Наши кони свернули с крепко убитой дороги и тяжело поскакали по вязкому займищу, покуда наконец не выкарабкались снова на дорогу, уводящую на юго-запад.

Вскоре остров с его огнями и голосами канул у нас за спиной. Справа и слева снизу, клубясь, поднимался туман. Звезды в небе еще указывали путь, но тускло, как светочи вдоль дороги призраков. Наши кони шли размеренной рысью. Дорога вскоре раздалась, мы могли уже ехать бок о бок.

– Охотничий домик? – задыхаясь, спросил Бедуир. – Мы туда едем?

– Надеюсь. Ты знаешь, где он находится?

– Разыщем. Тебе затем и понадобилась помощь Мельваса? Но ведь он, когда узнает об исчезновении королевы, уж конечно, допустит наших людей обшарить из конца в конец всю его землю. А если сейчас его там нет...

– Будем надеяться, что нет.

– Ты говоришь загадками. – В первый раз за все время нашего знакомства я услышал в его голосе раздражение. – Ты же обещал объяснить мне. Сам говорил, что знаешь, где она, а теперь ищешь Мельваса. Как же так?..

– Бедуир, неужели ты не понял? Я думаю, что Гвиневера находится в этом охотничьем домике. Мельвас ее туда увез.

Его ответное молчание прозвучало как громкий возглас. Потом он заговорил, но едва слышно:

– Мне незачем спрашивать, уверен ли ты, что это так. Ты всегда знаешь наверняка. Раз тебе было видение, значит, говорить не о чем. Но ответь мне, как же так? Почему?

– Почему, понятно само собой. А как, я еще не знаю. Боюсь, он готовился к этому исподволь и давно. Все знали, что она любит ездить кататься и часто заезжает в лес на краю болота. Если она, скажем, скакала одна впереди своих спутников и повстречала его, то, уж конечно, остановилась с ним поболтать. Этим можно объяснить, почему не слышно было криков, когда ее хватились.

– Да... И если он задержал ее за поводья и попытался вырвать из седла, а она хлестнула свою кобылу... этим можно объяснить разорванный недоуздок и следы на берегу той заводи. Но клянусь богами, Мерлин, ведь это похищение! Да еще если, как ты говоришь, он готовился заранее...

– Это пока только предположение, – сказал я. – Вполне возможно, что он уже примеривался несколько раз, пока не подвернулся такой удобный случай: королева без сопровождения и лодка рядом.

Я не рассказал о том, что невольно припомнилось: ярко освещенная, празднично убранная комната; шахматная доска с фигурами; королева в изящной позе с улыбкой на устах. Не выразил я и промелькнувшей мысли: сколько уже времени прошло, как она туда попала?

Об этом же, как видно, подумал и Бедуир.

– Он что, безумен? Такой мелкий властитель, как Мельвас, и чтобы не устрашился Артурова гнева. Должно быть, он лишился рассудка.

– Бывает, – сдержанно сказал я, – когда замешана женщина.

Снова молчание. Наконец в темноте он натянул удила и сделал мне знак придержать коня.

– Не торопись. Где-то здесь будет поворот.

Наши кони перешли на рысь, затем на шаг. Мы ехали медленно и всматривались в темноту справа от дороги. Вот наконец она, тропа, уходящая прямо в болото.

– Сюда?

– Да. Но проезд тут плохой. Дальше, может быть, и вплавь придется. – Он оглянулся на меня. – Ты как, проедешь?

И на память мне пришло, как мальчиками Бедуир с Артуром в Диком лесу гоняли коней во весь опор, но всегда заботливо озирались на меня: я считался неумелым всадником.

– Как-нибудь справлюсь.

– Тогда спускайся сюда.

Его конь, оскользаясь, ступил в черную жижу между камышами, сделал шаг, другой и по брюхо погрузился в воду, продвигаясь вперед, будто лодка; я направил коня следом. Странная это была поездка: туман скрывал гладкое зеркало воды под нами и даже головы коней терялись в тумане. Я подивился, как Бедуир определяет направление, но потом и сам заметил впереди, за стеной темноты и тумана, среди смутно черневших древесных куп еле проглядывающий огонек: жилище. Огонек медленно, но верно приближался, а в голове у меня проносились лихорадочные мысли – об Артуре, Бедуире, Мельвасе, Гвиневере... И все время во мне, точно арфа перед тем, как польются, сплетаясь, звуки музыки, гудела и дрожала моя сила и влекла меня вперед – куда?

Кони выбрались из воды и стояли, фыркая, на сухом взгорке. Вода стекала с них струями. Впереди, в полусотне шагов, возвышалось темное строение. Но его отделяла от нас новая полоса воды. И моста не было.

– И лодки тоже нет! – Бедуир вполголоса выругался. – Остается вплавь.

– Бедуир, эту последнюю часть пути тебе придется проделать одному. Но только смотри...

– О да, клянусь богом! – Меч его шелковисто прошелестел, вырываясь из ножен.

Я протянул руку и схватил его коня за повод.

– Смотри, делай так, как я тебе скажу.

Молчание. Потом прозвучал его мягкий, упрямый голос:

– Я его убью, понятное дело.

– Ни в коем случае! Ты должен уберечь от хулы имена короля и королевы. А это – не твое дело, это – дело Артура. Предоставь все ему.

Опять молчание, еще более долгое.

– Ну хорошо. Я буду слушаться тебя.

– Отлично. – Я отъехал за густой ольшаник. Его конь двинулся за моим, так как я не отпустил поводья. – Подожди минуту. Взгляни вон туда.

Я указал в ту сторону, откуда мы с ним приехали. Где-то там, в черной ночной дали за болотом, высоко, будто звезды на небе, засветились разноцветные огни. Это был замок Мельваса на острове. И так как владелец еще не возвращался с охоты, эти огни могли означать только одно: прибытие Артура.

Но тут отчетливо, как бывает, когда звук разносится по воде, послышался скрип открываемой двери и журчание воды под лодочным днищем: из-за дома, осторожно всплескивая веслами, невидимо для нас отплыла лодка и ушла за стену тумана. Что-то тихо произнес мужской голос.

Бедуир рванулся к берегу, его конь выгнул шею, сдерживаемый моей рукой.

– Мельвас, – сдавленно произнес Бедуир. – Он заметил огни. Проклятье, Мерлин, ведь он ее увозит...