Кристалл желаний - Майя Зинченко

– В этой позе он мне кого-то напоминает, – задумчиво произнес Эрик, – и очень сильно. И рост подходящий. Прямо как будто только что сошел с картинки из учебника истории. Только вот борода и рыжие волосы немного не к месту. Но вот если сделать Фокса гладко-выбритым брюнетом...

– Интересно, кого именно он тебе напоминает? – полюбопытствовал Квинт.

– А? О чем речь? – спросил Фокс, остановившись. – Вы не согласны с тем, что я сказал?

– Согласны, – поспешно ответил Квинт. – Прости, мы немного отвлеклись от темы.

– Так как вы считаете, стоит поговорить по душам с господином Шарлем или нет?

– Стоит. – Эрик согласно кивнул. – Он вполне подходящая кандидатура.

– И говорить с ним буду я. Придется делать это осторожно, чтобы не спугнуть. – Квинт снял с пальца золотой перстень и помахал им. – Он не сможет мне солгать так, чтобы я не узнал об этом.

– А как же я и Фокс? – спросил Эрик. – Что делать нам?

– Будете стоять рядом со мной в качестве группы поддержки. – Квинт лукаво улыбнулся. – Вдруг он вздумает оказать сопротивление?

– Удивительно – в его возрасте творить такие безрассудства. И все из-за женщины. – Фокс недоуменно развел руками.

– Седина в голову, стрела Амура между ребрами, – поучающе изрек Квинт, подняв указательный палец. – Стрела попадает прямо в сердце. В горячке любви можно всякого натворить. Если похищение Майка действительно дело рук компаньона Локса Ховераса, остается только радоваться, что он не расправился с Майком сразу.

– Если наши подозрения подтвердятся, то что в таком случае мы скажем Ховерасу?

– Правду. Пусть сам разбирается со своими друзьями и родственниками. Мы больше помочь ничем не можем. Наше дело оказать ему услугу и получить за это деньги. И все. – При упоминании о деньгах глаза Квинта радостно заблестели.

Счет Агентства Поиска в банке, как всегда, стремительно таял. Его давно не мешало бы хорошенько пополнить.

После длинного и всячески завуалированного разговора с начальником Агентства организовать встречу с господином Шарлем вызвался Локс Ховерас. Он не понял, зачем это нужно, но решил, что, раз Квинт об этом так печется, значит, это важно. Дело в общих чертах представили как беседу с возможным свидетелем происшедшего.

Господин Шарль оказался чрезвычайно вежливым мужчиной лет шестидесяти. Что было довольно неожиданно – ведь сотрудники Агентства ожидали увидеть очень вредного, препротивного старика и настроились вести себя с ним должным образом. После непродолжительного знакомства стало ясно, что господин Шарль приятный во всех отношениях человек. В том числе и внешне: аккуратно подстриженная бородка, совершенно седой, но лицо практически лишено морщин, а глаза яркие, пронзительно-голубые. В глубине души Квинту даже захотелось, чтобы Шарль оказался ни при чем и предстоящий разговор снял бы все подозрения с этого человека. Но как только закрылась дверь за хозяином дома – встреча происходила в доме Ховераса – и Шарль остался наедине с сотрудниками Агентства, он устало вздохнул и, подняв полные слез глаза, протянул руки к Квинту:

– Да-да, я знаю, зачем вы пришли. Можете заковать меня в кандалы, если они у вас с собой. Это конец... это полный провал... я больше так не могу...

– Что вы хотите всем этим сказать? – Квинт, игнорируя протянутые к нему руки, решил не торопиться с выводами: вдруг подозреваемый толкует совсем о другом?

– Ах, вы же ее видели... – Шарль еще раз вздохнул и обреченно покачал головой.

– Кого? – осторожно спросил Квинт. – Миранду?

– Ее. Она прекрасна – богиня, олицетворение совершенства. Я ее не достоин. Поэтому она меня не замечает. А ведь весь Мир мог быть у ее ног. Я могу говорить о ней бесконечно, о ее красоте, о ее очаровании...

Квинт кивнул Эрику, и тот встал за спиной отвергнутого влюбленного – мало ли на что тот способен в расстроенных чувствах. Не исключено, что лишь на глупости.

– Так вы будете меня заковывать или нет? – деловито поинтересовался господин Шарль, поправляя белоснежный воротничок рубашки. – Быть может, если Миранда увидит меня в кандалах, у нее появится ко мне хоть капля жалости?

– Вынужден вас разочаровать: кандалы и прочие предметы устрашения не входят в нашу компетенцию.

– Вот как? Жаль... – искренне огорчился мужчина. – А я думал, что вы меня хотя бы крепко свяжете, перед тем как отправить в Купол.

– Не путайте, мы представляем интересы Агентства Поиска, а не Патруля Города. – Квинт невольно чувствовал симпатию к этому человеку. – Вполне возможно, что если вы расскажете нам всю правду, то... – Он не договорил, предлагая Шарлю домыслить самому.

– Я расскажу. Буду с вами сотрудничать. – Его поза выражала полную готовность. – Мне больше ничего не остается.

– Давайте по порядку. – Квинт устроился удобнее. – С чего все началось?

– Крушение всех моих надежд. Я подвел себя и своего лучшего друга. Локс, и почему именно у тебя выросла такая замечательная дочь? – Шарль обратился с риторическим вопросом к картине на противоположной стене. – А ведь в том, что мой план не удался, есть и ваша вина. Но я не держу на вас зла, – добавил он поспешно. – Как знать, не вернись муж Миранды, может, у меня еще был бы шанс. Хотя нет, – Шарль покачал головой, – умом я понимаю, что это невозможно...

– Вот видите! – обрадовано сказал Фокс.

– Но сердцем я чувствую иное. – продолжил Шарль. – Чего я только не делал, чтобы добиться ее благосклонности...

– Мы наслышаны о ваших... подвигах, – сказал Квинт. – Расскажите лучше, как вы организовали похищение Майка и где документация, посвященная разработкам нового мыла? Вы же знаете, о чем идет речь?

– У меня дома. В целости и сохранности, если вас это интересует, – признался похититель. – Мне нужен был только Майк, а бумаги попали ко мне совершенно случайно. Потом я подумал, что так даже лучше. Хотите, я расскажу вам все как есть? Только пообещайте, что выслушаете меня не перебивая.

В последующие три часа сотрудники Агентства изрядно обогатили свои знания в области личной жизни господина Шарля и его злоключений на любовном фронте. Квинт на протяжении всего рассказа следил за реакцией своего перстня, который так ни разу и не вспыхнул, что означало: сидящий напротив человек говорит только правду. Квинт ни разу не перебил своего собеседника (хотя в некоторые моменты ему этого очень хотелось) и гневным взглядом пресекал всяческие попытки своих подчиненных сделать это. Повествование хоть и страдало многочисленными и никому не нужными мелкими подробностями, было в общем довольно занимательным. Жизнь господина Шарля изобиловала приключениями. Чего только стоила хотя бы история его облачения в рыцарские доспехи, доставшиеся ему от какого-то дальнего предка и хранившиеся на чердаке в качестве будущего музейного экспоната. Доспехи оказались на размер меньше нужного, и до сих пор остается загадкой, как Шарль ухитрился в них влезть, причем без посторонней помощи.