Ржавая Хонда - Владимир Яценко

Борка глянул вверх и почему-то успокоился: бес уже снимал люк со шпилек. На нём висело трое чистильщиков. За кого они цеплялись: за беса или друг за друга – понять было невозможно. Борка оценил самоотверженность своих товарищей. Вот только старались они понапрасну: ещё одно движение чёрных плеч, и люди полетели в разные стороны.

Всё напрасно.

Борка опустил голову. Всё. Конец.

Конец света, к которому его так долго готовили, наступил…

Спустя минуту жизнь всё-таки продолжалась. Борка опять глянул на беса, которому уже никто не мешал. Люк был снят. Но вместо уничтожающего всё на своём пути потока из люка вылез второй бес. Повыше первого и примерно в таком же костюме, только на голове – колпак из прозрачного материала. Второй бес повёл себя вполне обычно, даже буднично: крутил во все стороны головой, потом, разглядев разбросанные по палубе тела, откинул с головы колпак и быстро спустился вниз.

Первый бес, Чёрный, тут же начал прикручивать люк обратно.

Второй бес направился к Борке. Будь у Борки ещё один нож, он, не задумываясь, пустил бы его в ход. Но ножа не было. Обломок, оставшийся после схватки с Чёрным, где-то затерялся. Поэтому Борка, с холодной яростью наблюдая за приближением врага, мог просто ждать, когда тот подойдёт достаточно близко, чтобы вцепиться ему в горло. «Впрочем, – горько подумал Борка. – Если и этот сделан из железа, то большого толка от этого не будет. Что-то больно крепкий нынче бес пошёл».

Бес приблизился. Борка уже было дёрнулся, но тварь предостерегающе подняла руку, и в лицо брызнула струя быстро испаряющейся жидкости со сладким, дурманящим запахом. Дальнейшее Борка воспринимал как во сне: вроде бы всё видел и даже что-то понимал. Но всё было зыбким и призрачным, немного кружилась голова, хотелось петь…

Бес снял перчатки и положил обе ладони на искалеченную ногу. Боли не было. Было всемерное, всепоглощающее счастье. Бес приблизил своё лицо, и в сумраке эйфории Борке удалось разглядеть его. Ничего необычного: нос, рот, глаза… всё на месте: бес, как бес, одним словом. Вот только смотрит как-то непонятно: то ли жалеет, то ли прощения просит…

Борка чуть склонил голову, пытаясь рассмотреть, что там поделывает первый бес. А Чёрный уже сидел на задвижках. Поднимал их.

Через минуту второй бес потерял к искалеченной ноге Борки интерес, поднялся, приторочил перчатки к поясу и направился к ближайшему из чистильщиков.

Понемногу приходя в себя, Борка признал, что ситуация небывалая. Они умудрились пропустить не одного беса, а двух! Застонав, Борка приподнялся и с удивлением понял, что сломанная нога не болит. Он ощупал её от колена до ступни: нигде даже не побаливало.

Чёрный, закончив свою работу, спрыгнул с труб и присоединился ко Второму. Когда они вдвоём перешли к последнему из лежавших чистильщиков, в ангар, топая ножищами, ввалились Григ и Кушна. Второй бес, что склонился над бесчувственным телом чистильщика, даже головы не повернул, а Чёрный стремительным движением выдвинулся навстречу нападающим.

Борка скривился: две горы плоти так ничего и не поняли. Они двинулись напролом, размахивая молотами. И вновь два удара… стоны… колени… Только на этот раз их, по-видимому, угостили изрядной порцией дурманящего газа – оба гиганта прилегли на пол и затихли.

Борка рискнул подняться наверх по трубам. Проверил люк – все гайки на месте и задвижки, судя по высоко поднятым шпилькам, открыты до упора. Выходит, жаркое из экипажа не являлось целью нечисти. Тогда что тут происходит?

Он двинулся к бесам. Понятное дело, что ему одному с этой парочкой не справиться. Но не прятаться же от них?

Второй бес закончил возиться с последним раненым, кажется, это был Вар, поднялся и спокойно следил за приближением Борки.

– Почему-то нет ощущения, что вы рады меня видеть, – спокойно сказал бес. – Меня зовут Алексей, я из службы спасения, мне нужно поговорить с вашими людьми.

Многое из сказанного казалось тёмным и загадочным, но то, что бес пришёл за людьми, и без его признания было ясно.

– Меня не волнуют твои ощущения, бес, – процедил Борка, предусмотрительно останавливаясь в нескольких шагах. – Меня зовут Борка, а с нашими людьми ты поговоришь обязательно…

* * *

Когда они пришли в экипаж, в актовом зале уже собралась приличная толпа. Их ждали.

– У меня есть возможность вытащить вас отсюда, – обратился к людям бес Алексей, взобравшись на подиум. – Для этого мы с вами перейдём к распределительным щитам генераторного отсека. Там я подключу к источнику питания транслятор…

Он подозвал к себе Чёрного. Тот с готовностью подбежал, и спина его распахнулась, как створки мусоропровода. Все ахнули: из спины беса Алексей достал сверкающую огромную чашу и высоко поднял её над головой:

– Это транслятор! Ему не нужна наружная антенна…

Борка стоял рядом, всё ещё пребывая в растерянности.

Основная концепция, которую ему внушали с детства, покоилась на абсолютной уверенности, что бесы стремятся к холодильнику, чтобы нарушить циркуляцию и тем самым зажарить экипаж. Но бесы БЫЛИ в холодильнике. И даже нарушали циркуляцию. А теперь вот стоят. И куда-то зовут…

Между тем толпа веселилась вовсю. Одни недоумевали: почему Борка медлит – молотком по голове – и на удобрения. Другие, наоборот, радовались празднику: молодцы, пограничники, вот это развлечение! А то чуть что – сразу молотком по голове: «этак скоро всех бесов изведём…».

Алексей, конечно же, слышал их. Но понимал ли, о чём идёт речь, было неясно. По крайней мере он никак не реагировал на едкие замечания глумившейся над ним толпы.

– Вы, наверное, даже не знаете, что произошло? – сделал бес странный вывод. – Ваша станция попала в зону гравитационной турбулентности и опустилась в верхнюю кромку хромосферы Солнца. Ваш пассажирский передатчик вышел из строя, поскольку сгорели все наружные антенны. Нам всем повезло, что нуль-связь по хладоагенту уцелела. Никакого другого контакта с вами нет! Прямая стыковка невозможна – по поверхности станции ходят приливные волны из расплавленного металла. Но мы не теряли надежды до вас добраться и спасти. Об этом вы, конечно, знаете. Но я не вижу наших добровольцев, которые отправились к вам с вестью из Большого мира…

– О чём он говорит, Бо? – возвысился над общим гомоном визгливый голос старика Слота. – Что ещё за связь? Мы ничего не понимаем! Или пусть яснее выражается, или ты переводи…

Алексей умолк и перевёл взгляд с толпы на Борку.

– Он говорит, что есть иной мир. И бесы, которых мы отправляем на удобрения, – всего лишь вестники из этого мира.

Алексей вздрогнул, но промолчал.

– А где этот мир? – не унимался Слот.

Борка вопросительно глянул на Алексея.

– Там, снаружи, – бес неопределённо махнул рукой куда-то в потолок. – Там жизнь, Солнце, небо, звёзды… Большой мир, где все любят друг друга…