Ржавая Хонда - Владимир Яценко

Видел я глаза его светлые. Как по-нашему – не злые и не добрые. НЕ ТАКИЕ глаза у него…»

– Что ж, – тихо сказал бес. – Пришёл, увидел и ушёл. Старший тут есть у вас кто?

– Я старейшина Мира, бес, – с достоинством представился Рональд. – Что тебе нужно от нас?

– Ничего мне от вас не нужно, – он ещё раз посмотрел на одежду Акрама. – Ухожу я. Вам тут нужны психиатры, а не спасатели.

– Вот и хорошо, – согласился Рональд.

«Видно, уже справился об утреннем побоище», – понял Борка.

– Иди. Я тебе провожатых дам. Чтоб не заплутал.

Но бес его не слушал. Кивнул и пошёл к выходу. Чёрный за ним, след в след. Толпа перед ними молча расступалась.

– Постарайся всё-таки прикончить этого говоруна, Бо, – сквозь зубы процедил Рональд. – От его бесовских речей большая смута пойти может. А этого чёрного не трогай. Слыхал я о таких. На подкормку он не годится. А так может быть полезен и что молот его не берёт, и что помалкивает. Оч-чень полезный бес. Мы его вместо молотобойцев приспособим. Ты сам-то как?

– Порядок, – спокойно ответил Борка.

– Ага, – сказал Рональд, – Тогда всё. Ступай за ним. А я тут ещё пару слов чистильщикам скажу…

Борка шёл за бесами, всё больше увязая в раздумьях: «Если это он так смерть жены своей, бесовки, переживает, то, выходит, бесы – те же люди. Вот дела… как же их теперь молотом? Как-то не по-людски. Прав Рональд: если думать, голова кругом идёт. Всё так ясно было…»

Они вышли на узкий мостик над бездной машинного зала. Когда-то у моста были высокие перила, делающие переход по нему безопасным и простым. Перил давно не было. Срезали на ограды и решётки. И Борка почему-то совсем не удивился, когда двое чистильщиков со стены на тросах метнулись к Чёрному и своими телами столкнули его вниз. Оставшаяся тройка, не мешкая, понеслась на Алексея.

У Борки не было времени думать. И как это произошло, он и сам толком не понял. Только крикнул: «Берегись» – и оказался рядом с Алексеем. Первого, самого заводного, Ваима, Борка свалил ударом прута в горло. Ваим разжал руки, схватился за искалеченную глотку и бесшумно исчез в пропасти.

Вар и Тим высадились на мосту и, раскручивая над головой цепи, приближались к ним с двух сторон. Ладонью левой руки Борка прикоснулся ко лбу Алексея, откинул его голову назад и чуть вправо. Алексей охнул и стал заваливаться вниз. Не ослабляя давления, Борка уложил его на мост у своих ног, перепрыгнул через него и атаковал Тима. Он ударил Тима концом прута в живот, а когда тот согнулся, выплёскивая содержимое желудка Борке на обувь, легко столкнул его с моста.

Борка развернулся, вновь перепрыгнул через Алексея, шагнул под прожужжавшей над головой цепью и ударил Вара прутом по переносице. Бессильно опустив руки, Вар опрокинулся на спину, чуть подёргался и замер.

– Джабра! – послышался крик Алексея.

Борка подумал, что это бес так ругается или благодарит за спасение. Но Алексей всего лишь обращался к Чёрному, который стоял перед Боркой и был готов к бою.

– Джабра, – повторил Алексей. – Нет.

Джабра выпрямился, и Борка почувствовал облегчение. «Уж лучше сойтись с чистильщиками, – подумал он, – вместе с молотобойцами, чем с этой тварью сражаться. Как же он уцелел после такого падения?»

– Зачем ты сделал это? – спросил Алексей.

– Не знаю, – честно ответил Борка, не выпуская Чёрного из виду. – Просто глупым как-то всё показалось…

– Глупым? – Алексей зло усмехнулся.

«Странная злость у него, – решил Борка. – Будто одежду ни разу не надёванную примерил: хоть и новая, а неловко ему в ней перед людьми. Вдруг кому смешным покажется…»

– Это, друг мой, только у вас убийство глупым называется…

– Да не знали мы, – угрюмо сказал Борка. – Они же все к затворам лезут да сказки о запретном мире, в который никому проходу нет. Вот люди и озверели… от невежества…

– А как же иначе сигнал от вас получить? На Солнце вы: радио нет, визуального контакта нет. Ничего нет. Только циркуляция хладоносителя: вы нам перегретый водород, мы вам с теневой стороны Меркурия – жидкий. Всё! Ведь повезло же: только пассажирский передатчик вышел из строя. А пассажирский приёмник и приёмник-передатчик по хладагенту работают. Так прикройте на время задвижки, и мы поймём, что есть живые…

– Так вот почему бесы к задвижкам стремились… – понял Борка и поспешил поправиться: – Вестники…

– А вы их, значит, на удобрения?

У двери щитовой Алексей остановился.

– Почему ты вступился за меня? – повторил он свой вопрос.

– Потому что у меня не было времени подумать, – ответил Борка. – Но лучше час перед трибуналом, чем всю жизнь с больной совестью.

Они помолчали.

– Наука не стояла на месте, – сказал Алексей. – Мы сделали для вас передатчик, которому не нужна наружная антенна. Если хочешь, пойдём со мной.

– Не могу, – сказал Борка. – Дела…

Алексей кивнул. Он достал из спины Джабра чашу и подбросил её в руке.

– Я транслятор подключу и оставлю. Зайдёшь, нажмёшь кнопку и тут же окажешься у меня в кабинете.

Борка представил себе двух джабров с молотами, и ему стало холодно…

– Робота здесь оставлю, – сказал Алексей. – Тебе. Нужен будет – позовёшь. Придёт, поможет, если что… а пока будет вход стеречь. Знаешь, что-то я не уверен, что хочу твоих земляков в своём мире видеть…

Кажется, он хотел ещё что-то добавить, но передумал, махнул рукой и вошёл внутрь, с чашей в руке. А джабр перед дверью замер, на Борку уставился.

– Что смотришь? – спросил Борка. – Не видишь, тошно мне…

«Вот она – Истина, – подумал он. – За этой дверью. Время ещё есть, может, успеем из грязи выползти? Потому и останусь здесь, надеюсь, что отмоемся да в дверь эту войдём…»