Игра в Реальность. Путь - Елена Райдос

Он взял с Антошиной тарелки ватрушку и демонстративно постучал по столу. Раздался гулкий звук. Улыбнувшись, Антон протянул ватрушку гному. Тот осторожно попробовал её на зуб и удовлетворённо откусил кусочек.

– А захочу, и сделаю ватрушку хрупкой, словно стекло,– продолжал Творец.

Гном вздрогнул, и ватрушка рассыпалась в его руках на мелкие осколки. Антоша обиженно шмыгнул носом. Осколки быстро притянулись друг к другу, и вскоре в руках гнома была та же надкусанная ватрушка. На всякий случай он отложил её в сторону и потянулся за новой.

– Видите, как просто,– Антон весело рассмеялся. – А вот с гномом так не выйдет, потому что у него есть ум, а значит, свобода воли.

– Хочешь сказать, что сделать бифштекс из гнома у тебя кишка тонка,– с показной серьёзностью осведомился Вертер.

Антоша весь сжался, его глазки испуганно забегали.

– Боюсь, он не согласится,– Антон вопросительно глянул на любителя ватрушек.

Тот замотал головой с такой силой, что у присутствующих возникло опасение за сохранность его шеи.

– Прекратите эти издевательства,– возмутилась Алиса. – Антоша, не обращай на них внимания. Как дети, ей богу.

– Ну, не всё же только ему над Вертером прикалываться,– миролюбиво заметил Антон.

– Выходит, ум – это главная движущая сила прогресса,– Вертер подвёл итог дискуссии. – Пока у тебя ума нет, ты – ватрушка, а как только появился, то ты уже…

– Гном,– подсказал Даня и показал Антоше язык.

Все опять расхохотались, только несчастный объект насмешек не участвовал во всеобщем веселье. Скорчив злобную гримасу, он демонстративно окунул свою ватрушку в варенье и откусил чуть ли не половину.

– Вообще-то, значение ума не столь однозначно,– Антон успокаивающе похлопал гнома по круглому плечику. – С одной стороны, без ума проявленное сознание не может осознать себя, и процесс самопознания, то есть творчества, становится невозможным. Следовательно, такая «безумная» форма проявленного сознания останется частью сознания Творца. Это его воля будет управлять ватрушками и табуретками. А с другой стороны, ум является ограничителем развития сознания, он создаёт некие границы, за пределы которых сознанию не вырваться.

– А как формируются эти границы,– спросил Даня. – От чего они зависят?

– Сама по себе проявленная форма сознания пластична,– пояснил Антон,– она может трансформироваться, изменяться. Принципиальных ограничений для этого нет. Например, наше сознание может менять свою мерность. А вот ум этого не может. Он только инструмент, и инструмент индивидуальный. Формируя ум, проявленное сознание опирается на два критерия. Первый – это уровень развития осознанности, а второй – условия воплощения, то есть параметры конкретного сегмента Игры. В нашем случае – это трёхмерное пространство. Соответственно, ум у людей будет трёхмерным.

– А если сознание перерастёт эти ограничения,– Даня впился взглядом в рассказчика.

– Если инструмент стал негодным, его придётся заменить, не так ли? – усмехнулся Антон.

– Как это, заменить,– вскинулся гном,– каким-таким способом? Чай, не портки́. Ум в магазине не купишь.

– Через перевоплощение,– догадался Даня,– правильно?

– Да, сейчас мы для этого используем такой способ, как смерть,– подтвердил Творец. – Смерть уничтожает прежний ум, и сознание формирует новый, который больше соответствует его нынешним потребностям и условиям воплощения.

– А без этого никак нельзя? – Вертер скорчил недовольную мину. – Какой-то слишком радикальный способ.

– Я слышал, что раньше люди умели впадать в состояние, близкое к анабиозу,– подал голос Макс,– и за несколько месяцев полностью обновлялись.

– Боюсь, сейчас эта техника людьми утрачена,– пожал плечами Антон. – Но венны, к примеру, это умеют, они проходят трансформацию ума во плоти. Впрочем, это касается только уровня Создателей. Возможно, и люди так могут. Просто не было прецедентов.

– Выходит, Создатель отличается от Творца только тем, что умеет сотворять объекты с высокой степенью осознанности,– вернулся к началу разговора Даня. – Неужели, это единственное отличие?

Антон молча кивнул и налил себе ещё чаю.

– Но если всё так просто, то почему наши Высшие не становятся Создателями? – продолжал давить юный Творец.

– Это совсем не просто,– возразил его старший коллега,– это похоже на то, как если бы тебе пришлось сделать самостоятельными и независимыми части своего тела. Как бы тебе понравилось, если бы твоя рука вела себя по собственному усмотрению? Это я утрирую, конечно, но суть, полагаю, ты уловил.

– Да уж, мало кто на такое безобразие согласится,– гном тяжко вздохнул. – Это ж как нужно себя не любить, чтобы отпустить свои руки-ноги в свободное плавание.

– Просто нужно очень любить свои творения,– подала голос Марика и тут же смущённо опустила глаза.

– А ведь малышка права,– Антоша покачал головой,– уела старика, значит.

– Тоха, а вот объясни такую штуку,– Вертер задумчиво посмотрел в потолок. – Если твои ангелы от тебя не зависят, почему же их сознания должны будут слиться с твоим, если ты, не дай бог, помрёшь?

Вопрос явно застал Антона врасплох. Он замер, словно движения причиняли ему невыносимую боль, его невидящий взгляд неподвижно уставился куда-то в пространство.

– Ты прости, если я чего-то не то спросил,– испуганно оборвал сам себя Вертер, видя какое действие произвёл его вопрос.

– Нет, всё в порядке,– Антон судорожно вздохнул и сделал не совсем удачную попытку улыбнуться. – Я и сам много раз думал над этим вопросом. Нет никаких сакраментальных причин для этого явления. Это просто алгоритм нашей Игры.

– Лексеич, нешто это наш Создатель удружил тебе такую бяку,– ошарашенно пробормотал гном.

– Понимаете, какое дело,– Антон уже полностью пришёл в себя и обрёл прежний невозмутимый вид. – Ум формируется сознанием не сразу. Это довольно продолжительный процесс. Как определить, когда этот ум станет достаточно сильным, чтобы обеспечить самостоятельное существование данной проявленной формы сознания? Тут требуется ясный и однозначный критерий. На месте нашего Создателя я бы, наверное, тоже выбрал в качестве такого критерия перевоплощение. Если сознание сумело создать ум для новой жизни, то флаг ему в руки.

– А если не сумело? – встрял Макс.

– То становится частью мира Создателя,– вздохнул Антон,– неосознанной частью, то есть сливается с Его сознанием. Умы ангелов были сформированы для условий ангельского мира, который отделён от остальной Игры. Для нашего Создателя они как бы не существуют отдельно от моего сознания, потому что в базовой Реальности их умы не регистрируются. Пока ангелы не пройдут через перевоплощение и не сформируют ум, подходящий для базовой Реальности, для Создателя они останутся всего лишь частью меня. Если я умру, то…, ну, сами понимаете, что случится.