Буран, Тайга и Асмодей. Выход - Денис Чистяков

– Как и ваше нападение на мага из портала, – парировал я, – Только у меня в отличие от вас есть преимущество: я тоже владею магией.

– Почему ты уверен, что маги бросятся за тобой? – разумно спросил Дарлис.

– Либо за мной, либо за Вероникой, – пожал плечами я, – Главное, что не за вами.

Зная, что мой план как всегда полон допущений и я никак не убедил друзей в его разумности, я использовал последний аргумент:

– К тому же, если мне придется прибегнуть к огненному смерчу, никому из вас лучше не быть поблизости.

– Да уж, это верно, – криво улыбнулся капитан, испытавший мое пламя на себе.

Дарлис с Пикселем переглянулись. Времени на споры у нас не осталось, поскольку нежить, теснимая элидримами уже подступала к нам.

– Только если встретишь Родмунта, оставь его мне, – наконец вздохнул Пиксель, приготовив топор.

– И не лезь на рожон, – добавил Дарлис, – Мы заберем Андрюху с Элидрис и двинемся за тобой.

Кивнув, я призвал на друзей и капитана защитные руны и направился к подступающим рядам нежити, прочь от своих союзников. В моей голове созрел конкретный план: я снова проношусь сквозь ряды врагов, на этот раз атакуя их магией и как только вражеские чародеи придут по мою душу, я призываю огненный смерч. Возможно сразу я их не прикончу, но если вдруг повезет, то на этом битва в Тиверхолме и закончится и все мои друзья останутся живы. А если нет… мне придется заново привыкать к смертному уделу.

Впервые мой план не развалился с самого начала: нежить перла на меня, я атаковал ее мечом и магией, упорно продвигаясь к дому губернатора. Периодически я натыкался на элидримов и именем Владычицы направлял их к своим друзьям, рассчитывая создать вокруг них непроницаемый щит из ботов, а после шел дальше, атакуя огненными шарами каждого встречного мертвеца. Мои магические силы были на исходе, но я не спешил использовать последний пузырек зелья, дожидаясь нападения магов. Я крутил головой во все стороны, рассчитывая застать появление порталов и тут же призвать огненный смерч, едва из них появятся чародеи, но кроме нежити, которой оставалось все меньше, никто на меня не бросался. Я был уверен, что после моего огненного шоу, засранцы маги решат со мной поквитаться, но теперь все чаще оглядывался назад, опасаясь увидеть всполохи молний и огня там, где оставил друзей.

– Бл…ть и где вы, суки?! – зарычал я, снеся голову ожившему мертвецу в солидных латах.

Как ни странно, скабениты на моем пути тоже не встречались. Я сильно сомневался, что они все погибли и вот когда уже решил, что маги с северянами просто сбежали, а весь мой самонадеянный план лишен смысла, как впереди у самого губернаторского поместья засверкало знакомое зеркало портала. Из него возникла тень в балахоне, к которой из домов тут же повалили уцелевшие скабениты!

Один за другим они исчезали в портале и явно не планировали возвращаться.

– Вот ведь суки трусливые! – осознав, что главные отморозки вот-вот сбегут от возмездия, прошипел я.

Стиснув зубы от дикого желания поквитаться с предателями, поставившими под угрозу жизнь Санрайз, я, хлебнув зелья, бросился к ним, готовый призвать смерч и обратить в пепел и северян и чертова мага! Но заметив меня, северяне и маг вопреки ожиданиям не бросились в атаку, а ускорившись скрылись в портале, который мигом растворился в воздухе! Огненный шар, который я успел выпустить в него угодил в дом губернатора разнеся дверь в щепки.

– Сука!

Я быстро огляделся, надеясь увидеть, где маг появится снова, но вместо этого столкнулся взглядом со знакомым изуродованным шрамом северянином, который, похоже, не успел сбежать.

– Какая встреча! Сам милорд Рейнар! – в кривой улыбке оскалился заметно потрепанный Родмунт, поигрывая топором, – Знаменитый защитник ведьмы Санрайз!

Я не представлял, в какой момент вдруг стал знаменитым, но эпитет в адрес Санрайз пробудил во мне такой гнев, который я прежде не испытывал.

– О ваших подвигах болтали в каждом трактире Эглидея. Не иначе с легкой руки вашего жалкого короля! Какая ирония, что вас не оказалось в городе, когда мы захватили его… и ваша любимая ведьма Санрайз ничего не смогла сделать…

Мне казалось, что мир замер, растворился где-то в стороне, оставив меня один на один с этим мудаком. Моя рука до боли сжала рукоять меча, а внутри пробудился целый вулкан пламени.

– Что вы сделали с Санрайз?! – звериным голосом прорычал я.

Внутри я ощущал себя монстром, но очевидно Родмунт не мог разглядеть его за моей внешностью и возможно только поэтому продолжал молча таращиться на меня все также улыбаясь. Смотрел так, будто это я остался без союзников и проиграл битву! И после его слов мне казалось, что так и есть… Я бросил взгляд по сторонам пытаясь отыскать источник его самоуверенности, но мы оказались в стороне от угасающего сражения и рядом не было ни моих ни его друзей.

– Всего лишь то, чего она заслужила, – наконец произнес скабенит.

На миг мое сердце будто перестало биться. Я вообразил, что весь наш дикий марафон из Кельморна в Эглидей уже не имеет смысла…, что Санрайз уже нет в живых…

– Я прикончу каждого предателя скабенита, который ступал по Эглидею! – едва осознавая себя, пообещал я.

На этот раз улыбка внезапно сползла с лица северянина, а глаза презрительно прищурились:

– О нет, мы не предатели, – покачал он головой, – Мы дрались за чужую страну, а когда пришел час взаимной услуги, Слидгарт отвернулся от нас! Это нас предали!

Эту историю я уже слышал, но после слов ублюдка о Санрайз мне было плевать на беды северян. Я был готов лично вырезать всю армию Кранаджа и начать собирался с этого урода!

– Мой народ лишился короля по милости ведьмы Санрайз! – все больше распаляя мой гнев надрывался скабенит, – Мой народ бросили на растерзание армии мертвецов некроманта! Но…

Родмунт усмехнулся, раскинув руки:

– Теперь вы видите, как все обернулось!

Я огляделся по сторонам и оскалился в ответ:

– Да, твои новые мертвые дружки спасаются бегством…

– Этот бой вы выиграли, но лишь благодаря численному превосходству, а оно не долго будет на вашей стороне! Теперь Кранадж обладает силой поднимать мертвецов на бой и скоро весь Орлинг станет страной трупов!

Устав от пафосной демагогии скабенита, ощущая, как